Наталия Орешкина - Витька, или Бабник — это звучит гордо

И тут Витька понял, что мозги, оказывается, вырубаются не только от стояка, но и от странной реакции на поведение некоторых женщин… а точнее, одной конкретной, с ехидной улыбкой и шоколадными кудряшками. Ноги сами понесли его к «секретничавшей» парочке с намерением… а вот каким именно, он узнал, только когда, выдернув Наташку из объятий «Бандераса», схватил того за грудки одной рукой, а второй прицелился тому в глаз. Вряд ли у него получился бы этот удар, не обалдей противник от внезапности нападения. Глаз у «рэпера» начал стремительно заплывать. Но если Витька и ждал ответного удара, то нападение произошло с неожиданной стороны: девушка запрыгнула к нему на спину с криком:

— Это мой брат, не тронь его, придурок!

Витька замер от этих слов, и тут уже его глаз вспыхнул болью — «рэпер» не терял времени даром. Тяжесть с Витькиной спины исчезла, а перед его одноглазым взором возникла Наташкина спина — расставившая руки в стороны девушка, заслоняла его от покрасневшего от ярости «Бандераса», изо рта которого рвалось громкое рычание:

— Урою на хрен!!!

Боковым зрением Витька уловил появление Ленки, которая, притормозив на мгновение от удивления, рванула вперед со спринтерской скоростью. Ее быстрое передвижение отвлекло внимание «рэпера» и дало Витьке время осмыслить Наташкины слова.

— Он твой брат? — пробормотал Витька.

— Да, двоюродный. Мы друг с другом с колыбели дружим.

И тут Витька понял, что Ливнёв, вроде бы сказавший «правду», вложил в нее другой смысл, а точнее, это сделали кипящие возмущением и ревностью Витькины мозги.

Глава 13

«Рэпер» рванул к Ленке с криком:

— Не беги, упадешь!

Ленка на его вопль снизила скорость, но не настолько, чтобы в считанные секунды не оказаться в объятиях мужа. А потом начался взаимный осмотр, словно это не Мишке поставили фонарь, а Ленка как минимум кувыркнулась с лестницы. Витька с Наташкой переглянулись.

— А тебе идет, — сказала она, указывая на подбитый глаз.

— Наташ, тебе не мешало бы его уволить, — посоветовал подошедший Мишка, — сейчас не обеденное время, а он по улицам шастает и, мало того, на родню босса кидается.

Слова Мишки в другой ситуации вполне могли бы осуществиться, хотя Наташка не была любительницей увольнять кого-то, не выяснив причины. Но тут главным действующим лицом был Витька, со своим показательным кулачным боем, принявшим нелепую, гротескную форму. Наташкино любопытство росло с угрожающей быстротой. Какая невероятная причина заставила вроде бы вполне адекватного мужчину ни с того ни с сего броситься в драку? Глаз брата было, конечно, жалко, да только, если бы не ее вмешательство, не факт, что Витька отделался бы фингалом, скорее всего, Мишка, как следует, пересчитал бы агрессору ребра. Молчание и злобные взгляды мужчин заставляли Наташку нервничать.

Выход нашла Ленка:

— Эй, бабуины, потом будете меряться, у кого задница краснее, а сейчас пойдемте в кафешке посидим, а то на нас уже люди таращатся. Я хотела бы узнать, что же все-таки случилось.

Тут Мишка не утерпел:

— А че тут выяснять, одному ревнивому дятлу нужно научиться держать себя в руках.

— Я не ревнивый, — огрызнулся Витька.

— Так значит, то, что ты дятел, сомнению не подлежит? — подколола Наташка, начавшая приходить в себя.

— А что делать, если я постоянно вижу тебя в объятиях других мужчин, а от меня ты шарахаешься, как черт от ладана?

— Я не шарахаюсь…

— Да? А куда тогда ты так неожиданно сгинула? И только вот не надо мне впаривать, что типа вдруг, откуда ни возьмись, навалилась усталость, и тебе срочно потребовался отдых, — закипел Витька.

Мишка и Ленка синхронно фыркнули, не обращая внимания на Наташкин грозный взгляд.

— Я тебе что, должна письменный отчет давать?

— Не помешало бы, и желательно поминутный! Ладно этот, — он указал на Мишку, — верю, что двоюродный брат, а Ливнёв кто? Двоюродная сестра?

Официант, принесший заказанный Мишкой кофе чуть не уронил поднос и, прикрывая рот от смеха, быстро ретировался. Но тут очнулся Мишка.

— Что у тебя с Ливнёвым? — зарычал он. — Если он на тебя глаз положил, то только намек с твоей стороны, и ты, считай, замужем!

Люди вокруг начали с интересом прислушиваться к происходящему за столиком, где сидели двое потрясающих мужчин и не менее впечатляющие женщины.

— Какой на хрен «замужем»?! Не позволю! — заорал Витька.

— А кто тебя спросит?! — огрызнулась Наташка. — С какой стати ты лезешь в мою жизнь?!

— Я тебя люблю… — рявкнул Витька и тут же замолчал, осознав, что сказал. Замолчали и сидящие… не только за столиком, но и в кафе. Бразильские сериалы против этого, как «Мурзилка» против «Плейбоя». Теперь все с интересом уставились на Витьку. Неожиданное заявление унесло прочь все вопросы, кроме желания узнать, как это он ухитрился так вляпаться. Тишину нарушила Наташка.

— Ты сам-то понял, что сказал? — осторожно спросила она, судорожно сжимая при этом в руке телефон, словно готовая при неадекватном ответе сразу звонить в дурку, пока Витька не начал кусать присутствующих за пятки.

— Сказал — значит, так и есть, — проворчал он. — Что мне женщина не может понравиться?

— Вить, между «нравится» и «люблю» огромная разница. Некоторым нравится массаж простаты. Не дергайся, я имела в виду в лечебных целях.

Ленка и Мишка изо всех сил пытались не заржать. Витька только дергался, будто его пинали, и беззвучно хлопал ртом. Мишка поводил рукой перед Витькиным лицом, тот оттолкнул руку.

— Я в порядке… почти… местами. — Витька повернулся к Мишке и Ленке: — Она всегда такая?

Эти двое согласно кивнули.

— Хорошо, не соскучишься и на походах в цирк можно сэкономить. Надеюсь, она над детьми так не издевается?

Витька понимал, что его понесло, но остановиться уже не мог. Помирать, так с музыкой!

Мишка и Ленка отрицательно помотали головами.

— Так, не поняла. — Наташка вскочила со стула. — Я с тобой переспала пару раз, а точнее, полтора, а ты тут какую-то хрень несешь про детей. Да с чего ты взял, что вообще мне нужен? Если уж выбирать, то Ливнев и то лучше, с ним я хоть буду уверена, что мои деньги ему не нужны.

— Да на фига мне твои деньги? — разозлился Витька. — Мне и своих хватает!

— Все вы так говорите!!! А потом, глянешь, нижнее белье пропадает, — зашипела Наташка.

— Я че, фетишист, трусы тырить?! — громкость нарастала с каждым словом.

— Так не для коллекции, извращенец! Оно у меня дорогое!

Витька аж обалдел, его только что обвинили, что он из тех, кто приторговывает краденым бельем! Охренеть!