Жаклин Айрес - На контракте (ЛП)

Я выскальзываю вместе с ним из полумрака, мы выходим на улицу в этот солнечный день, пятнадцатого мая, поднимаю голову вверх, пытаясь захватить теплые солнечные лучи.

— Что ты делаешь? — нетерпеливо спрашивает он.

— Принимаю солнечный свет, радость, — говорю я, улыбаясь ему. — Ох, Митч, пожалуйста, не будь таким раздраженным. — Я отталкиваю его руку.

— Я не раздражен.

— А мне кажется, что да, — настаиваю я.

— Ну, может быть, немного, — он чуть-чуть улыбается, направляясь по Конгресс-Стрит, открывает для меня дверь в «Charles Schwab». — У тебя есть документ? — интересуется он, положив руку мне на спину и направляя мое движение.

— Да. Ты хочешь, чтобы я открыла здесь счет, положив на него чек, который ты мне дал? — лампочка на арке металлоискателей мерцает в половину мощности.

— И да, и нет. Сломай это приспособление, когда мы будем уходить, — говорит он тихо, завидев менеджера банка, который со всех ног, спотыкаясь несется к Митчу.

— Мистер Колтон! — говорит он слишком восторженным голосом, протягивая руку.

— Добрый день, мистер Уилсон, — приветствует Митч, отвечая на рукопожатие.

— Чем могу быть полезен вам сегодня, сэр? — спрашивает Уилсон... слишком подобострастно. Как насчет, чтобы не лизать ему зад, Уилсон, а?

— Все просто, Уилсон. Моя подруга и я хотим открыть совместный счет.

Подруга? Ах да ...

— Конечно. Следуйте за мной, сэр.

Конечно? Он что делал это раньше?

— Шарлотта ... детка, давай, — Митч подталкивает меня вперед, нагибается и тихо шепчет на ухо. — Что за взгляд, детка?

— Ты уже делал это раньше? — также шепотом спрашиваю я.

— Нет ... почему ты решила? — он смотрит на меня испытующим взглядом.

— Почему он сказал «конечно»?

— Я не знаю. Почему он готов засунуть свой нос в мою задницу каждый раз, когда я прихожу сюда, что в конечном итоге я начинаю себя чувствовать Джоном Уэйном? (Джон Уэйн (англ. John Wayne, урождённый Мэрион Роберт Моррисон (англ. Marion Robert Morrison), 26 мая 1907 — 11 июня 1979) — американский актёр, которого называли «королём вестерна». Лауреат премий «Оскар» и «Золотой глобус» (1970). Снимаясь ежегодно примерно в пяти фильмах, он был едва ли не самым востребованным голливудским актёром эпохи звукового кино. В июне 1999, Американский институт киноискусства назвал его 13 из списка 100 величайших звёзд кино за 100 лет по версии AFI)

Я как можно быстрее закрываю рот, пытаясь не расхохотаться.

— Прости, — улыбаюсь я.

— Все хорошо ... мне нравится тебя смешить, — он дарит мне смущенную улыбку. Я легонько игриво толкаю его плечом, когда мы входим в офис Уилсона. Мы занимаем место за столом, и я замечаю несколько наград, висящих на стене, оказывается, подхалимаж все-таки имеет свои плоды.

Уилсон кладет перед Митчем листок с счетом, как будто он является самым любимым клиентом. Я моментально вдохновленная придуманным планом, хочу подколоть его, действительно ли он держит такие заготовленные списки, но нет ... я знаю, что это не так. Краткая форма договора ложится на рабочий стол. Митч стреляет в меня любопытным взглядом, я качаю головой и говорю «потом».

Уилсон просит мои документы, я вздыхаю с облегчением. Единственные счета, которые наполняют мой бумажник, это уведомление об отключении электроэнергии. Скорее всего, мне неудобно, потому что это позорит нас обоих.

— Только сверка?

— Аккуратней, пожалуйста. Вы тоже используете статью 401(к) план, а? – спрашиваю я.

— Да, мисс МакКендрик.

— Хорошо. Эту возможность недавно отобрали у меня, — я смотрю на Митча, который улыбается и качает головой.

— У вас есть чек на депозит или вы хотите перевести с другого счета, сэр? — Уилсон смотрит на Митча.

— Перевести, — кивает Митч. Уилсон дает заполнить ему очередной листок, заставляя меня подписать его. Глаза Уилсона выпучиваются, когда он предполагает, что совершил описку. В чем проблема? Конечно, он делал депозиты на двадцать пять тысяч долларов, прежде. Уилсон просит меня забрать мои чеки.

Мы уложились в десять минут, имея на руках новую дебетовую карту и чеки. Уилсон провожает нас к входной двери и открывает перед нами. Я держу козырьком руку надо лбом, всматриваясь по обеим стороны улицы.

— Сейчас что ты делаешь?

— Выискиваю твою лошадь, мистер Уэйн, — продолжая поиск.

— Прекрати, — он смеется и дергает меня за руку, чтобы схватить ее.

— Так, тебе было больно? – спрашиваю я.

— Что больно, Шарлотта?

Мне кажется он пытается рассмешить меня.

— Когда ты вышел за дверь и голову Уилсона окончательно выбил из своей задницы.

— Боже, это ужасно, правда? — он качает головой.

— Да ... немного, — соглашаюсь я, увертываясь от его руки. — Теперь что, сэр?

— Стой, — он смотрит на меня каким-то своеобразным взглядом. — У меня встреча через двадцать минут. Мы просто направляемся назад и отдыхаем, звучит не плохо, а?

— Конечно. У тебя есть ноутбук, который я могла бы одолжить? — я могла бы на нем пока оплатить мои счета и наконец-то избавиться от некоторых надоедливых кредиторов и их постоянных звонков. Митч пишет какие-то смс-ки, потом убирает телефон в карман.

— У тебя будет ноутбук в течение тридцать минут, — он подносит мою руку к губам, до того, как мы заходим в лобби отеля.

— Ты хочешь заказать в номер или выйти на ланч? — спрашиваю я, когда мы входим в лифт. Митч в упор смотрит на меня и притягивает близко к себе, слегка целуя в губы. — У тебя есть какая-либо пищевая аллергия или то что ты не любишь? — интересуюсь я между поцелуями.

— Нет, — он целует меня снова.

Двери лифта открываются.

— Это наш этаж, Митч, — он слегка улыбается и выводит меня. — Эй ... что с тобой происходит? — интересуюсь я, пока мы движемся по коридору.

— Я не знаю, к сожалению, — он открывает дверь. Я скидываю шлепанцы и подвожу его к дивану.

Сажусь с края и хлопаю по бедру.

— Приляг и положи голову.

— Хм ... — он смотрит на часы.

— Твоя встреча проходит в конференц-зале здесь, я полагаю? — выгибаю я брови.

— Да.

— У тебя есть десять минут. Голову сюда, сейчас же! — сурово приказываю я, показывая на свои колени.

— Хорошо, — он улыбается, прежде чем лечь на спину и положить голову мне на колени.

— Закрой глаза, малыш, — тихо говорю я и провожу пальцами над его веком. Он закрывает их, и я, легко дотрагиваясь подушечками пальцев, изучаю и обвожу каждую маленькую линию и морщинку на его лице. Моя правая рука нежно расчесывает ему волосы снова и снова.