Опасная для босса - Элен Ош

еще чего вздумает проверить на месте, девственна ли я. Только не это! По крайней мере, не здесь и сейчас.

— Обувь? Другую куплю! Идем, Матильда, — увлекает меня за собой.

А я рот от испуга открываю, когда в смежную комнату выходим. К горлу тошнота подступает от удушливо-сладкого запаха крови.

Возле обеденного стола посреди комнаты на полу тело Марлена. Валех запоздало говорит:

— Не смотри!

Я глаза отвожу. Но картинка уже успела впечататься в мозг. Рот ладошкой зажимаю. За Валехом на цыпочках мелкими шажочками прохожу. С опаской на пол смотрю, чтобы в лужицу крови не наступить.

— Он умер, да? — шепчу отчего-то.

— Жалеешь? — в голосе ирония сквозит, чуть оборачивается, а на губах усмешка.

— Нет. То есть… Из-за меня? Вина теперь на мне?

— Нет, Матильда. Он предал меня, за то и поплатился. К слову, хату у вас по его наводке сняли. Следить за мной, да заодно тебя использовать.

— Меня?

— Как слабое место.

— Ахиллесова пята, — привожу в пример, а в памяти слова Марлена звучат, об отмщении Кайсарову посредством меня.

Но для этого я должна занимать в его душе и сердце хоть какое-то место. А Вал спорил на меня со своими джигитами. Игрался.

Руку выдираю. На крыльце дома останавливаюсь. Валех поворачивается. Смотрит с недоумением.

— Это правда?

— Что именно, девочка?

— Что ты спорил на меня? Проведешь со мной неделю, заводить будешь, но не тронешь. Так? Спорил?

Валех подходит ближе. Смотрит снизу-вверх. Я на голову выше за счет ступенек. Удобная позиция для пренебрежительного взгляда. Еще и руки в боки, чтобы вид более грозный принять.

— На тебя спорить недопустимо. Так сказал! А я…

Не дает договорить. Смеется, чем еще больше из себя выводит. А после делает шаг вперед. Чуть склоняется. Обхватывает меня под колени обеими руками и через плечо перекидывает. Да так быстро, что только охнуть и успеваю…

Глава 21 Жертва обстоятельств

Свисаю вниз головой. По спине Валеха колочу и кричу:

— Отпусти меня немедленно!

— Тише, девочка! Деревню разбудишь, — по попке шлепает, а после поглаживает.

А у меня кровь к лицу сильнее приливает от мысли, что в коротком платье да в таком положении, на плече у Кайсарова, вид у меня более, чем непристойный.

Одно хорошо: кроме Ройса сопровождения нет.

Это получается, он только с ним против Марлена приехал. Как-то выяснил, где тот скрывается или подсказали. Но спрашивать не собираюсь. Меньше знаю, лучше сплю, это верно.

А Валех к машине подходит, на землю меня ставит. Платье тут же одергиваю под его насмешливым взглядом. Морщусь от того, что в босые ступни камешки острые впиваются.

Кайсаров дверцу открывает:

— Садись в машину!

— Валех, я это…

— Что?

— В туалет хочу, — честно признаюсь.

Удивляюсь, как я не оконфузилась перед Маром за это время, ведь сходить по-маленькому еще в клубе мечтала. На нервной почве обычно у людей недержание, а на меня, наоборот, ступор напал. А теперь все вернулось на круги своя.

— Иди, — позволяет Валех и кивает на палисадник.

Благо уже темень на дворе, а фонари на улице не горят. Только свет из окон дома бросает скудное освещение.

Поджимая пальцы на ногах от соприкосновения ступней с острыми колючками, камешками и прочим природным мусором, я кое-как добредаю до ближайших кустов. Смотрю в сторону машины, но Валех и не думает глазеть на меня.

Кайсарова куда больше интересует труп Марлена, который, по всей видимости, вытаскивают из дома двое. Один из них явно Ройс. Я узнаю рослого парня даже при слабом освещении. Второй мне незнаком. Значит, поддержка все же была или…

Пока я удовлетворяю естественные потребности, в голове крутится вопрос: а тело в машину положат? Наверное, в багажник. И мы с ним поедем? Куда?

Если в первую минуту моего спасения страх улетучился, уступив место облегчению, то теперь по спине пробежал холодок, а здравый смысл вернулся на место.

Кто из этих троих убил человека? Да, Марлен еще тот урод. Мне неслыханно повезло от того, что он тянул время. А ведь мог изнасиловать меня еще в машине, когда украл и по голове тюкнул.

А если было? А я просто в отключке находилась? Такое возможно? И что я должна в таком случае чувствовать? Боль внизу живота или… Мысли путаются. Договорить не получается.

Я никогда прежде не была с мужчиной и не могла знать подобных нюансов. Прислушиваюсь к себе. Кроме запястий, ничего не болит. Только жуткая усталость.

Машинально провожу рукой по внутренней стороне бедра. Девчонки говорили, что когда лишают девственности, идет кровь.

Но в таком случае, Валех бы первый заметил. Он настолько внимательно рассматривал меня там, в комнате, когда нашел меня, привязанную к изголовью и с задранным подолом.

— Матильда, ты живая там?

— Да. Уже иду! — поправляю на себе одежду и выхожу из укрытия в тот момент, когда Ройс захлопывает багажник.

Вздрагиваю. Невольно замедляю шаг, а нос опять улавливает тошнотворный запах крови. Или это уже на подсознание! А может, именно так и пахнет смерть?

Меня всю передергивает. Я не хочу садиться в машину. Готова пешком идти до города. Только скажите, в каком направлении.

— Матильда, быстрее ножками передвигаем! — командует Вал.

— А кто его убил? — шепчу, но в машину не сажусь.

— Это имеет значение?

— Я теперь тоже замешана в этом, да? Он предал тебя, но украл меня, чтобы… А ты… А я…

Валех в два шага сокращает расстояние между нами. Обхватывает мое лицо ладонями.

— На меня смотри! — приказывает, я подчиняюсь. — Ты ни в чем не виновата! Жертва обстоятельств. Но пойми, девочка, что опоздай я хоть на минуту…

Кайсаров рычит, сжимая зубы. Представил живописную картину. Он прав! Но мне от того не легче. Так и буду жить с мыслью о том, что невольно ускорила процесс.

Вал бы все равно разобрался с Марленом рано или поздно, но…

— Валех, я домой хочу! Пожалуйста…

— А вот это я обещать тебе не могу, девочка.

— Почему?

— Там ты будешь в опасности, Матильда. Пока разборки не закончатся. Мар — это одна крыса, но есть и другие. Вычислю всех, и тогда ты будешь свободна. А пока ты под прицелом, поверь!

— И как долго, — выдыхаю я.

— А тебе не все ли равно, девочка, — усмехается и подталкивает меня к машине, дверца которой открыта. — Ты должна мне. И не только за спор!

— А за что еще?

— За твое спасение, глупышка.

— Еще месяц? — охаю я.

— Больше, Матильда. Всю жизнь!

Глава 22 Я