Елена Ямпольская - Гимн настоящей стерве, или Я у себя одна

Только в таких человечески слаборазвитых странах, как наша, женщины могут ненавидеть предмет, необходимый им регулярно и позарез. Что стоит за подобной «скромностью» на самом деле? Гигантские комплексы. Отвращение к собственной природе. Поистине средневековое ханжество. И обычная российская затюканность. Стыдно быть женщиной. Стыдно признаться, что раз в месяц ты пользуешься прокладками (впрочем, и каждый день — тоже). Оказывается, такая позиция до сих пор актуальна. Хотя я все чаще вижу в супермаркете, как молодые люди, никого не стесняясь, выбирают и складывают в корзину заказанные им подругами Allways или «Беллу». И, по-моему, это нормально.

Считать, что главной бедой России, страны матерящихся детей, является сексуальный разгул, на мой личный взгляд, — глубокая патология. Нашли, наконец, корень всех бед (извиняюсь за двусмысленность формулировки). Не нищета и невежество, не наркотики и пьянство, не придушенная как бы между прочим свобода слова, а чрезмерный интерес к сексу. Более того: свободу сексуального слова тоже желательно придушить. Такая ненавязчивая инициатива низов. Доярки колхоза имени Ленина просят дорогого Леонида Ильича…

Может быть, конечно, я зря завожусь: секс — это такая песня, которую не задушишь, не убьешь. И молодежь всегда будет отдавать предпочтение простым телесным радостям, мало задумываясь о душе, потому что до любви надо дорасти, любовь — это компас всей жизни, а юношеские гормоны — Курская магнитная аномалия. Я тут изучала интереснейшую книжицу, «Толковый словарь молодежного сленга», и нашла массу терминов, обозначающих определенные части тела и определенные действия, которые с их помощью можно совершать. Фантазия безгранична, конспирация достойна Рихарда Зорге: тут тебе брандспойт, амортизатор, гланды, вертолет, гаубица, банкомат и т. д. и т. п. (попробуйте расшифровать на досуге). И единственное на весь том обозначение любви — «агу-агу».

Ноу комментс. Можно с утра до ночи рассказывать подростку, насколько лучше хранить целомудрие и терпеть, стиснув зубы, до прихода настоящего чувства, но полезнее все-таки объяснить ему азы сексуальной безопасности. А любовь нечаянно нагрянет, когда ее совсем не ждешь. Дело-то известное.

_____

БРИДЖИТ ДЖОНС В БОЛЬШОМ ГОРОДЕ

Чем телесериал отличается от любви? Принципиально ничем. И то, и другое — род психологической зависимости. Желательно, разумеется, и здесь, и там подсесть на нечто стоящее, чтобы не стыдиться перед дальними и ближними (то есть самыми язвительными) подругами ни своего мужчины, ни своего сериала. С первым пунктом каждая из нас разбирается самостоятельно. Со вторым вдруг коллективно пофартило. Не потому, что об ушедших — либо хорошо, либо ничего, а просто из чувства справедливости надо признать, что «Секс в большом городе» — умное, смешное, стильное зрелище, и мне лично не хватает теперь круглой луны над Манхеттеном, где неунывающие полуночники упорно ищут себе пару…

Правда, предчувствуя тяжелое расставание, я заблаговременно слетала на «Горбушку», и разноцветные конверты с фигурками в маленьких черных платьицах занимают сегодня почетное место в моей видеотеке, символизируя… что? Наверное, международную солидарность женщин, пытающихся сохранить лицо (и тело, естественно). Добиться успеха и остаться собой, сделать карьеру и остаться собой, родить ребенка и остаться собой. Найти любовь — и опять-таки не потерять в ней себя.

С фактами не поспоришь: все мы смотрели SEX & THE CITY, обсуждали по утрам свежие серии; под финал дружно впадали в дремоту у офисных компьютеров, потому как в связи с 300-летием Питера «Секс…» перенесся на после полуночи, из-за чего на официальном сайте сериала даже возникла грубая чат-перепалка, а рейтинг душки Парфенова среди женского населения страны съежился до размера XS. Саманта сказала бы, что такой рейтинг надо искать с члено… пардон, рейтингоискателем.

Теперь, благодаря телевидению, мы знаем, что секс, как и исторический путь, у нас совершенно особый, отличный от других. В частности, с американским аналогом явно ничего общего. Кто бы мог подумать, что Нью-Йорк — город таких сексуальных контрастов… С одной стороны, складывается впечатление, будто две любые разнополые особи, встретившиеся в магазине, спортклубе, кафе или просто на перекрестке, немедленно примеряют друг друга для будущего соития — иногда мысленно, но чаще вслух. С другой, оторопь берет, когда видишь, что количество партнеров у четырех подружек категорически не переходит в качество секса, и на пути к сорока они открывают для себя невинные постельные истины, без которых быть вдвоем — только время зря терять. То есть насчет того, что Керри Брэдшоу действительно knows good sex, есть сомнения. Занятия любовью в бронебойном дезабилье даже обсуждать не будем. Жанр семейного сериала диктует свои суровые законы.

Кстати, что касается семейности. У русских мужчин к сексу энд сити большие претензии. Говорят, он вдребезги рушит и без того не очень крепкие постсоветские семьи. Когда жены отрываются от телевизоров, мужья уже спят. «Перезвоню после «Секса…» — обещает подружка. «Я забыл, что это такое!» — вопль ее законной половины по ту сторону трубки.

Он забыл, она — нет. Еще бы: ей напоминают об этом два, три, а если повезет, и четыре вечера в неделю.

Мы смотрим «СвБГ» и верим в то, чего на свете не бывает. Например, что можно лопать всякую гадость и злоупотреблять коктейлями, оставаясь при этом тощей, как спичка. Что тридцатипятилетняя женщина способна прогулять ночь и отлично выглядеть утром. Наконец, что в большом городе есть шанс познакомиться на улице с первым встречным и не попасть после этого в хронику происшествий: «Зверски расчлененное тело жертвы до сих пор не опознано»…

Таковы законы истинной веры. Раз уж принимаешь религию «СвБГ», то изволь — вместе с чудесами, прозрением слепых и очищением прокаженных. Женское евангелие от Кендис Бушнелл и Даррена Стара скрасило вечера и подарило надежду многим россиянкам. Причем сделало это здесь и сейчас. А наше отечественное ТВ начнет производить продукцию такого качества и такого уровня продвинутости, когда мы станем бабушками…

Интересно, что из «Дневника Бриджит Джонс», другого культового книго-фильма, лично для меня евангелия не получилось. Потому что это дневник трусливой женщины. А «СвБГ» повествует о женщинах отчаянно смелых. Они смело говорят и живут без оглядки, и робость, периодически сковывающая их души, видна только нам. Нам, для которых они вывернули себя наизнанку.

Секс способен обходиться без разговоров, однако человеческая свобода начинается с разговора о сексе. Может быть, четыре подружки озвучивают кое-что лишнее. Зато мы до недавних пор не умели произнести вслух даже самое необходимое.