Тихоня. Тайный малыш для босса - Роза Александрия

— Конференц-зал! И вот, держи эту папку. Пять копий нужно распечатать каждому представителю.

— Но это твоя работа! — возмущенно шипит девушка, а я улыбаюсь.

— Нет, дорогая, Максим Александрович поручил это тебе!

Она скрипит зубами, а я разворачиваюсь на каблуках и ухожу. Нужно успеть добраться домой, переодеться и чуточку поспать, а то совершенно вареная.

Приезжаю домой и сметаю быстро завтрак, заботливо оставленный Ниной Михайловной. Скидываю надоевшую одежду и, наскоро помывшись в душе, падаю в кровать. Еще часик есть, чтобы вздремнуть.

Тут раздается звонок, и я вижу на экране номер секретарши. Вот еще коза, что ей нужно? Не весь яд на меня вылила? Или, может, хочет узнать в подробностях, как мы провели ночь с Максимом Александровичем?

— Алло?

— Василиса? Это Елена.

— Да, я поняла.

— Василис, ты прости меня, не знаю, что на меня нашло… — жалобно говорит девушка. — Я понимаю, что между вами ничего не может быть, вы просто работали. Я поговорила с Вишневским, он подтвердил, что между вами только рабочие отношения…

Надо же, они застрагивают такие темы? Так, может, Елена не просто так ревнует?

— Ничего, я понимаю… — выдыхаю я устало.

— Я очень рада! Спасибо тебе, Василиса! Не сердись на меня!

— Хорошо, я не сержусь. Лен, я хочу успеть поспать, у меня всего час до встречи, так что…

— Ох, а Максим Александрович тебе не сказал?

— Не сказал что?

— Так встреча переносится на два часа дня. Позвонили инвесторы и сказали, что задерживаются. Вишневский сказал, что раньше часа в офисе не появится.

— Даже так? Здорово! Значит, есть время отдохнуть! — радостно восклицаю я.

— Именно! — добавляет Елена.

— А про меня оо ничего не говорил? Может, дал какое-то задание?

— Нет, он так и сказал: «Нас с Василисой раньше часа не жди», так вот я и думала, что он предупредил.

— Нет, не звонил. Ну ладно, спасибо!

— Пока! — отвечает радостно Елена и отключает звонок.

Я смотрю на экран и вижу пропущенный от Максима Александровича. А, так он все же звонил, а я была в душе и не слышала.

Перезваниваю, но мужчина уже не берет трубку. Видимо, спит. Ну, значит, и мне пора. Завожу будильник на двенадцать и, замотавшись в одеяло, крепко засыпаю.

Будит меня дико кричащий звонок телефона. Спросонья не могу понять, что это. Неужели будильник так кричит?

Поднимаю телефон и вижу, что звонит Максим Александрович.

— Алло?

— Тихонова!! Позвольте поинтересоваться, вы где?! — кричит – нет, орет в трубку босс, а я подскакиваю.

Неужели проспала?

Смотрю на часы и вижу, что на них только десять. Ничего не понимаю.

— Дома… — глупо отвечаю я.

— А можно спросить, какого черта вы там делаете?! Я же сказал к десяти быть в офисе!!! Инвесторы уже на пороге!

— О боже! — шепчу я. — Как на пороге? Так, а что ж?.. А как?

— Как? А я вам отвечу как! Поднимайте свою красивую задницу и пулей в офис!

— Но Елена же сказала…

— Я сказал: пулей, Тихонова!

Звонок разъединяется, и я подскакиваю как ужаленная.

Неужели Лена меня обманула? Не может быть…

Но потом все пазлы складываются в одну картинку. Она увидела нас вдвоем, поняла, что мы сблизились, пусть даже этого и не было, и просто приревновала. Вряд ли между ними что-то есть, Максим Александрович не стал бы так ее третировать, если бы они были любовниками. Да и смотрит он на нее совсем как на шкаф или тумбочку…

Что ж, если сегодняшняя встреча не сорвется, если Вишневский меня не выгонит, то Елена поплатится за свою выходку. Уж я обещаю. Не позволю никому обижать меня. Я сама никому ничего плохого не делаю, но и к себе не позволю подобного отношения.

Надеваю самое красиво офисное платье из тех, что у меня есть, красные лодочки на шпильках, делаю неброский макияж. Все, готова!

Вызываю такси и мчу в офис. Навстречу разъярённому тигру в лице Вишневского Максима Александровича.

***

Забегаю в офис и сразу несусь в кабинет к боссу, но по пути он сам меня ловит.

— Тихонова! Что ты вытворяешь?

Мужчина хватает меня за локоть и затаскивает в какую-то подсобку. Оглядываюсь, пытаясь немного отойти от разъярённого босса, но места слишком мало. Упираюсь спиной в стену, а Вишневский нависает надо мной пыхтящей глыбой.

— Так и будешь молчать?

— Я пыталась объяснить, но вы меня не слушали! — пищу я.

— А что тут объяснять? Я сказал быть к десяти! Инвесторы уже в зале! Все ждут только вас!

— Я не специально…

— Не поможет, Тихонова! В топку все ваши оправдания! — рычит Максим Александрович, и я вижу по его взгляду, что он действительно очень злой.

— Простите… — выдыхаю.

— Одним «простите» тут не отделаешься! И не надейтесь, что, надев это облегающее платье, вы сможете заслужить прощение!

— Да я и не пыталась…

— Вы хоть понимаете, что это за контракт?! Да я ради этой встречи год работал ночами! Выходил на нужные связи, заводил новые знакомства!

— Я понимаю…

— А мне кажется, ни черта ты не понимаешь, Тихонова… — гортанным рыком сообщает мужчина и наклоняется еще ближе.

В его глазах горит злость, а губы сжаты в тонкую линию. Я замечаю, как взгляд Вишневского опускается на мои губы, и инстинктивно облизываюсь.

Что-то странное загорается в его глазах. Будто они поддергиваются пеленой, и мужчина в ту же секунду накрывает мой