Рябиновый костёр - Жанна Даниленко

Мамочка, мы же с тобой умеем хранить секреты! — многозначительно заявила дочь.

— Это ты о чём? — удивилась Лара.

— Об Артуре Алексеевиче. Я же не сказала папе, что вы с ним обнимались, а ты не скажешь, что оставила меня одну дома. Мамочка, я обещаю не ходить на улицу и не высовываться в окна. Ну пожалуйста! Я спать лягу, и голова пройдёт.

Алиска снова нырнула под одеяло с головой.

Лара задохнулась от возмущения, но проводить воспитательные мероприятия времени не было и ей пришлось идти на компромисс, хотя с педагогикой это не имело ничего общего.

— Алиса, я куплю тебе куклу, которую ты просила, только встань, пожалуйста, с кровати и соберись в школу. Если дед застанет тебя дома, когда ты в школе должна быть, то никакое враньё нам с тобой не поможет. Алиса, — Лара была на грани, — у меня люди записаны, и я должна работать, а из-за твоих капризов… Ай! — Она махнула рукой и отправилась на кухню.

Сварила кофе и намазала тост повидлом. Надо бы и Алисе приготовить, но варить кашу долго и совсем не хочется. Ещё предстоит ужин со свёкром, а он умный, въедливый, наблюдательный. Перед ним надо на цыпочках ходить, доказывать, что она примерная жена и хорошая мать. Потому что, по большому счёту, она сама профессору Недлину совершенно безразлична, его волнует лишь то, насколько комфортно с ней живётся его сыну и его внучке. Хорошо, что свекровь не показывается — звонит иногда, и всё. Предпочитает принимать их у себя. Как же она устала! Как устала от всего этого! Сил никаких нет! А главное, что всё напрасно. Не будет у них с Федей нормальной семьи. А когда весь этот цирк вскроется, то его родители обвинят во всём её, Лару. И утверждать станут, что она их мальчику жизнь сломала!

Лариса бросила в чашечку пару кусочков коричневого сахара и надкусила бутерброд. Пора ставить жирную точку в их семейной жизни. Найти нормального мужчину, родить ребёнка, пока время не ушло окончательно и бесповоротно. Да хоть с Игорем замутить, пусть и без обязательств… А для этого нужно попасть на работу.

— Алиса! Вставай быстро! — закричала она. — Прекращай капризничать. Сколько можно?! С папочкой своим устраивай фокусы, а со мной не надо!

— Ну и что ты кричишь? — Алиса села за стол. — Я уже умылась и зубы почистила. Первым уроком у нас чтение, надо ответить, зря мы, что ли, с папой стихотворение учили.

* * *

Когда они наконец вышли из дома, времени на дорогу осталось совсем чуть-чуть. Лара попыталась вызвать машину, но десяти минут на ожидание у них не было. До школы рукой подать, вот они и пошли пешком, почти побежали. Когда перешли дорогу, Лара отпустила дочь, но не уходила, дожидаясь, пока та скроется за воротами школы, и крутя в руках телефон, чтобы сразу вызвать такси.

И всё было бы хорошо, Лариса успела бы на работу, но то ли день был не её, то ли судьба-злодейка решила поиграть, внеся свои коррективы. В тот самый момент, когда дочь скрылась из виду, Лару кто-то крепко схватил за локоть. Она испугалась, вскрикнула и обернулась.

— Доброе утро, Лара. — Перед ней стоял тот, кого она и не чаяла уже увидеть. — А ты совсем не изменилась, хотя девять лет прошло, как мы виделись в последний раз. Всё такая же красивая и молодая.

Лариса одёрнула руку, глянула в глаза человека, которого, как ей казалось когда-то, она любила. Однозначно, любила, столько ночей прорыдала в подушку после их разрыва, инициатором которого была она сама. Но дело не в этом. Вот сейчас смотрела она на него, и кроме нахлынувших воспоминаний, тёплых, острых, а потом жестоких, видела то, что видеть не хотелось: дочь была до жути похожа на него… Только этого ей сейчас не доставало!

А он не собирался уходить, стоял и смотрел, как будто считывал все её страхи и сомнения. А ещё он наверняка видел Алису. Нужно было что-то срочно предпринимать, чтобы отвлечь его внимание, если он успел рассмотреть дочку, но в голову ничего не приходило.

— Здравствуй, Костя, и до свидания. Рада была бы с тобой поболтать, но очень тороплюсь, на работу опаздываю. — Лариса старалась говорить так, чтобы дрожи в голосе слышно не было. — Извини.

Она попыталась уйти, но он снова схватил её за руку. Высокий, красивый, в лётной форме.

— Нам надо встретиться. — Его тон не допускал возражений.

— Зачем? — Лара искренне недоумевала. — Костя, прошло много лет, у тебя своя жизнь, у меня своя. — Она попыталась оттолкнуть его правой рукой, а он уставился на обручальное кольцо на безымянном пальце.

— Ты замужем?

— Конечно! А что в этом удивительного, или, по-твоему, я гожусь только в любовницы? У меня всё в жизни замечательно: муж, дочь, счастливый брак. Потому и выгляжу хорошо и молодо. Извини, я правда опаздываю на работу. Это вылет можно задержать из-за опоздания пилота, а больных людей нужно принимать вовремя!

С этими словами она вырвалась и побежала в сторону остановки.

На этот раз удача улыбнулась ей. Автобус подошёл сразу, Лариса вскочила на подножку, села у окна и посмотрела в сторону школы. Кости у входа уже не было.

Выдохнула с облегчением, позвонила в регистратуру и предупредила, что задержится буквально на несколько минут.

Работать сегодня она не могла… Хорошо ещё, пациенты были такие, с которыми всё понятно. Типа улыбаемся и машем, улыбаемся и снова машем.

В конце рабочего дня позвонил Артур Алексеевич. Вот его-то Ларисе видеть хотелось меньше всего, но он не тот человек, которому отказывают. Лариса вполуха слушала, куда и зачем ей нужно подойти, какие материалы прихватить с собой. Она была настолько взвинчена и расстроена, что диссертация её волновала мало, а секс с Артуром вообще казался чем-то противоестественным. Но на встречу она согласилась. Статью и список литературы отправила ему на почту, в аптеке купила новую пачку презервативов. С некоторых пор это была её обязанность. Этот скряга экономил на средствах защиты, а залететь от него, потом делать аборт — нет, это не вариант.

Выходя с работы Лара думала лишь о том, что устала. Сил у неё от такой жизни не осталось. Хотелось тишины и покоя. Она ненавидела мужиков, считавших своим долгом затащить её в постель и ожидающих от неё благодарности и покорности. Ей, конечно, нравился секс, но вытирать о себя ноги Лара больше никому не позволит. Хватит, дальше так продолжаться не может.

Тут её мысли вернулись к