Один последний вдох (ЛП) - Коллинз Л. К.

— Ты рисовала весь день?

Она опускает кисть в чашку с водой и глубоко вздыхает.

— Угу.

Что-то её беспокоит. Я хочу повернуть её к себе и заставить впустить меня, сказать, в чём дело, но я также боюсь. Я уважаю её и не хочу давить слишком сильно, слишком настойчиво… Я жду.

— Сегодня я отвезла Брэксли на кладбище, — наконец говорит она, и у меня сводит живот. Я и представить себе не мог, что так отреагирую. Я не могу себе представить, через что ей пришлось пройти, или каково это было для Брэксли. Он так мал, и ему приходится много переживать.

— О, Боже, Фэй, мне так жаль.

— Всё в порядке. Мне нужно было это сделать, и удивительно… он сильнее, чем я думала. Черт возьми, он сильнее меня. Но… это всё ещё было так трудно сделать. Когда мы вернулись домой, я знала, что должна быть чем-то занята, иначе мои мысли пойдут по спирали, так что я сижу здесь.

— Могу я спросить, почему вы решили навестить его сейчас?

Из наших прошлых разговоров я знаю, что он не был там с похорон, и она была не против не брать его, пока он не подрастёт.

— Он проснулся, скучая по Бену и задавая вопросы. В глубине души я чувствовала, что это было правильно.

— Чёрт возьми, Фэй, ты такая потрясающая, ты же знаешь это, верно?

Она качает головой, и я крепко прижимаю её к своей груди. Она прижимается ко мне, и я не отталкиваю её. Вместо этого я просто оставляю всё как есть. Наслаждаюсь ею в своих объятиях.

Из коридора мы оба слышим какой-то шум. Она смотрит на меня широко раскрытыми глазами, и я смотрю на неё в ответ, гадая, что, чёрт возьми, делают мальчики. Затем наши родительские инстинкты срабатывают, когда мы слышим глухой стук, и она выбегает в коридор. Если посмотреть вниз по лестнице, то кресло-мешок лежит на Брэксли. Он смеётся, лежа на спине, а Джек едва держится на вершине.

— О Боже мой! Что случилось и где вы взяли эту штуку? — спрашивает Фэй, и я проскальзываю мимо неё, забирая подушку из рук Джека.

— Тан принёс это для меня. Разве это не круто? — спрашивает он её, поднимаясь на ноги. Она смотрит на меня неодобрительным взглядом, и я ухожу, унося подушку в его комнату.

— Это потрясающе! — восклицает она, когда все они следуют за мной, и я одариваю её кривоватой улыбкой. Мешок как бы поглощает его комнату целиком, но ладно.

— Я знаю, что это важно, поверь мне, я знаю, — говорю я, и она сразу же улавливает мой намёк, качая головой, её лицо покраснело. Мальчики оба сидят в нём, снова начиная играть в свою видеоигру, не обращая на меня внимания, и я наклоняю голову, указывая ей на выход. Очевидно, Брэксли не пострадал от падения; в конце концов, он смеялся.

— Где ты взял эту штуку? — спрашивает она меня, когда мы спускаемся вниз.

— У меня есть клиент, для которого я летаю частным образом, и он только что купил компанию «Бинбэг».

— Ты серьёзно?

— Да, и он спросил, не хочу ли я себе такие мешки. Так что у меня есть два, один для Брэксли и один для Джека.

— Это так мило с твоей стороны, Тан.

— Даже несмотря на то, что он такой огромный? — спрашиваю я, когда она откидывается на кухонную стойку и кивает головой. Я не могу не позволить своим мыслям блуждать, наблюдая, как её грудь вздымается и опускается. Её губы пухлые, и мой член пульсирует, пока я наблюдаю за ней.

Господи, я хочу её.

Подхожу к ней, она так доверчиво смотрит мне в глаза, и я держусь за столешницу рядом с её руками. Она дышит своим сладким дыханием на меня, и я хватаю её за затылок, делая всё так медленно, мучительно медленно, но я хочу дать ей время сказать мне остановиться, если я слишком тороплюсь.

Моё сердце бьётся внутри меня — с того момента, как я встретил её, я хотел её. Затем как можно нежнее я целую её. В этот момент я боюсь отказа, но она не останавливает меня. Она запускает пальцы в мои волосы на затылке. Я стону и полностью прижимаюсь к ней всем телом, позволяя ей почувствовать меня, давая ей понять, какой контроль она имеет надо мной.

Пока её язык дразнит мой, наши руки исследуют друг друга, а затем внезапно она отстраняется, затаив дыхание, но я не могу остановиться и двигаюсь к её шее. Она хнычет, пока я целую и покусываю её горячую кожу.

— Остановись, — говорит она мне, и я замираю, зная, что в глубине души это было слишком хорошо, чтобы быть правдой. Не то чтобы я ожидал трахнуть её прямо здесь, прямо сейчас, но я надеялся, что она вдруг не попросит меня остановиться.

— Что я сделал не так?

— Ничего! Пожалуйста, не думай так. Я просто не хотела, чтобы мы заходили слишком далеко с мальчиками прямо наверху.

— Ты уверена? — спрашиваю её.

— Да.

Я смотрю глубоко в её глаза, читая её, желая убедиться, что она честна.

— Я обещаю, — наконец говорит она, явно чувствуя моё беспокойство.

Наклоняясь к ней, я целую её в губы, снова и снова, нуждаясь в утешении, и она целует меня в ответ. Как только я останавливаюсь, прижимаясь лбом к её лбу, я говорю ей:

— Я мог бы целовать тебя всю ночь напролёт, Фэй.

И я мог бы, но я надеюсь, что она даст мне больше, потому что, если она даст, я буду дорожить каждой секундой, проведённой с этой удивительной женщиной.

Глава 15

Фэй

Успокойся!

Повторяю я про себя, наблюдая, как Тан катается по полу в моей гостиной, играя с мальчиками. Смех Брэксли наполняет комнату, и это, должно быть, лучший звук во всем мире. Всё, чего я хочу, это чтобы он был счастлив и не страдал так, как он страдал на кладбище или когда мы потеряли Бена. Я обещаю себе, что миссия моей жизни сделать его счастливым. И он, и Джек продолжают взбираться на Тана, а я наблюдаю, пока мою посуду с улыбкой от уха до уха.

— Помоги мне, Фэй! — зовёт Тан, распластавшись на полу, пока Джек считает:

— Раз, два, три!

Затем парни улюлюкают и вопят, празднуя свою победу, а Тан, ну… он выглядит довольно измученным.

— Ты там в порядке? — спрашиваю я его и вытираю руки, прежде чем налить нам два бокала вина.

— Ага, лучше не бывает, — рычит он и вскакивает, прогоняя мальчиков прочь. Они кричат так громко, как маленькие девочки, и я сажусь на диван, наблюдая, как они втроём исчезают наверху. Потягивая своё искрящее белое вино, я ловлю себя на том, что думаю о Тане, а не о боли прошлого. Это то, что он делает для меня, как тогда, когда мы целовались на кухне ранее.

Я не уверена, что это такое, но по какой-то причине с тех пор, как мы встретились, он занимает все мои мысли. Он уносит боль — он заставляет меня чувствовать себя лучше — он заставляет меня чувствовать, что в конце тёмного туннеля, в котором я так долго жила, есть свет.

— Хей, они крутые, — говорит Тан, вытаскивая меня из моих грёз наяву, и я улыбаюсь, когда он садится рядом со мной, его сильная рука проводит по растрёпанным волосам.

— Ты так хорошо ладишь с ними, — говорю я ему, и он берет своё вино, чокаясь нашими бокалами, прежде чем сделать глоток.

— Ах, это пустяки, любой мог бы это сделать.

— Нет, они не могли, не так, как ты с ними, такой весёлый и терпеливый. Ты действительно хороший отец.

— А ты действительно хорошая мама, — говорит он мне, и я улыбаюсь, делая ещё один глоток вина, наслаждаясь его вкусом и тем, насколько открытой Тан заставляет меня чувствовать себя.

Его телефон звонит, и он достаёт его из кармана, но игнорирует. На экране я вижу, что это Чар.

— Почему она мне звонит? — ворчит он.

— Может быть, хочет поговорить с Джеком?

— Нет, она никогда не звонит. Время от времени она пишет мне смс и просит, чтобы он позвонил ей или передал привет или пожелал спокойной ночи, но она не звонит, если ей что-то не нужно или что-то не так.

— Разве тебе не следует тогда перезвонить ей?

— Нет, пошла она.

Я понимаю, что он замкнут, когда дело касается её, она приняла несколько плохих решений и недавно поставила Джека в плохую ситуацию. Но все мы так или иначе облажались, и я считаю, что каждый заслуживает второго шанса.