Порожденная грехом. Часть 2 - Кора Рейли

к Марселле. Если хочешь, доложи Луке.

Он не остановил меня, но его взгляд следовал за мной, пока я шел к Марселле. От пристального взгляда Гроула мне захотелось почесать кожу. Марселла ненадолго подняла голову и, увидев ее на коленях передо мной, это вызвало поток образов, в которых я сейчас точно не нуждался.

Я опустился на колени рядом с ней.

— Это Сатана?

У собаки имелись знакомые шрамы, и она смотрела на меня напряженными карими глазами.

— У нее новое имя, — размышляла Марселла. — Ненавистно называть ее Сатаной.

— Собаки привыкают к своим именам.

Марселла пожала плечами.

— Ей нравится ее новое имя. Я выбрала для нее имя Сантана, потому что оно похоже на ее старое, но все знают, что она девочка.

Я усмехнулся. Конечно. Я сомневался, что собаке не все равно, как ее зовут — мальчик или девочка. Тем не менее, меня поразила забота Марселлы над животным.

Она встретила мой взгляд.

— Почему ты так смотришь на меня?

Я мог сказать, что она постепенно теплела ко мне, но все еще злилась и, возможно, была в замешательстве из-за своего брата.

— Потому что я скучал по тебе, по твоему прекрасному лицу и даже по твоему злобному взгляду, но больше всего по твоим губам на моих.

Я дразняще усмехнулся, но она вскинула бровь и отмахнулась от меня, не моргнув глазом.

Черт. Эта девушка может быть ледяной королевой.

— Я думаю о том, чтобы приютить ее. Но отец никогда не позволит мне взять домой собаку. Об этом не может быть и речи.

Я посмотрел между Марселлой и ротвейлером. Я вырос с этими собаками, но у меня не было большого опыта обращения с ними.

— Ты действительно хочешь такую собаку?

— Гроул знает, как их социализировать. Я не могу это объяснить, но я чувствую странную связь с ней. Она тоже была заперта в той клетке, и сначала мы обе очень сильно не полюбили друг друга.

— Похоже на нашу историю любви.

Марселла бросила на меня возмущенный взгляд, но, по крайней мере, не стала отрицать, что это история любви. Долгое время мы смотрели только друг на друга.

— Будет странно быть вместе в этом мире…

Я кивнул, потому что это именно то, о чем я думал. Я указала на Сантану.

— Если ты действительно хочешь приютить ее, я могу забрать ее к себе, когда я найду жилье. Ты можешь навещать нас или даже переехать.

Я поразился своим собственным словам. Не мог поверить, что предложил нам жить вместе.

Марселла подавила улыбку, но затем стала задумчивой.

— Звучит здорово, что ты заберёшь ее к себе. Думаю, нам стоит подождать с переездом и всем остальным, дать моей семье время привыкнуть к тебе и нам, а нам привыкнуть к нам. — она взяла паузу. — Нам еще предстоит пройти долгий путь. То, что произошло… Я беспокоюсь, что это может повлиять на отношения. Мы еще не полностью доверяем друг другу, и нам придётся преодолеть еще так много препятствий. — она испустила небольшой вздох, выглядя почти испуганной.

Я коснулся ее лица, наклонившись к ней.

— Я хочу быть с тобой, Марселла. Я не хочу ничего больше. Черт, я думаю о тебе каждую гребаную секунду дня. Если ты хочешь не торопить события, то мы так и сделаем. Неважно, что нас ждет впереди, мы справимся. Даже с тем, что твой брат хочет меня убить.

Марселла глубоко вздохнула.

— Надеюсь, ты ошибаешься насчет него. Может, твои друзья-байкеры солгали тебе, чтобы вбить клин между нами.

— Они не шутят. Если бы у них были проблемы со мной, они бы решили их напрямую, возможно, с помощью пули в лоб. Люди, у которых имеются основания добиваться моей смерти через других, находятся в твоей семье, потому что они пообещали тебе сохранить мне жизнь.

Марселла сузила глаза.

— Теперь не только Амо, но и вся моя семья хочет твоей смерти?

Гроул появился рядом с нами.

— Лука хочет поговорить с тобой в своем кабинете в Сфере.

Я не удивился, что Гроул снова говорил с Лукой, и не о том, что Лука хочет меня увидеть. Я действительно не горел желанием пока говорить с Лукой, особенно до того, как узнаю, причастен ли он к утечке информации.

— У тебя уже есть место для этой собаки? — спросил я, указывая на Сантану.

Гроул покачал головой.

— Слишком много собак со слишком многими проблемами. Они никогда не жили вне клеток. Они не приучены и не привыкли к семейной жизни.

— Но она еще молода, ей всего два года, она может научиться, верно?

— С терпением и временем она научится.

— Тогда я хочу приютить ее, когда у меня будет жилье…

Марселла погладила собаку через забор с небольшой улыбкой. Ее волосы сместились набок, и ужасная татуировка, которую набил Эрл, проглядывала сквозь материал ее футболки. Вчера вечером после разговора с Греем я на мгновение почувствовал унцию вины за смерть дяди, но теперь это чувство растворилось в воздухе и сменилось разочарованием и гневом, которые я испытывал перед его смертью.

Мой взгляд метнулся к ее уху, которое до сих пор скрывалось волосами. Оно было заклеено пластырем. Марселла поймала мой взгляд, и выражение ее лица напряглось, прежде чем она вновь сосредоточилась на собаке.

Гроул прервал напряженную тишину.

— В здании, где я жил раньше, есть отличная меблированная квартира.

— Принадлежит Фамилье, я полагаю?

— Одному из солдат Луки.

— Я попробую найти собственное жилье.

Марселла поднялась на ноги.

— Я поеду с тобой на разговор с моим отцом.

— Лука попросил меня подбросить тебя до дома, — сказал Гроул.

— Я еду в Сферу, — твердо произнесла Марселла.

Было очевидно, что Гроулу это не понравилось.

— Я поеду с вами.

— Хорошо, — милостиво согласилась Марселла. — Но я поеду с Мэддоксом.

— Я не могу этого допустить. Приказ твоего отца был очень четким. Ты не должна оставаться с ним наедине.

Глаза Марселлы вспыхнули гневом, и было очевидно, что она проглотила ответ. Она кивнула один раз. Я наклонился к ней.

— Скоро у нас будет достаточно времени, чтобы побыть наедине. Я покажу твоему отцу, что он может доверить мне тебя. Может, ты сможешь использовать это время для разговора с братом? Узнай больше об утечке информации.

У меня было чувство, что первая стычка с Лукой не приведет к хорошим результатам. Амо все еще был более буйным и мог легко слить информацию.

Она благодарно улыбнулась, но я видел, что она все еще злится из-за приказа отца.

— Если ты будешь жить в одном из наших