Укради меня навсегда (СИ) - Ринка Кейт

– Мне надо поговорить с ней, – попытался пояснить Арчи хоть что-то, цедя сквозь стиснутые зубы.

Но Джекс не понял. Даже в глаза ему посмотрел, сводя вместе густые брови. Так и кричал своим буравящим взглядом, насколько неадекватно он себя ведет. Но ведь знал же, что просто так не сорвался бы. Чтоб в разгар важного мероприятия. Чтоб у всех на виду. Но, зараза, так сильно давил своей ладонью на его шею, будто пытался сломать.

– Джекс, я не дебил. Если говорю, что надо – значит надо.

– Полагаю, у нас назрел небольшой разговор, – произнес рядом Шаман с ехидной улыбкой.

Только тогда Джексон отпустил его и повернулся к Шаману.

– Похоже на то. Предлагаю для этого ненадолго уединиться, – озвучил Президент, делая пару жестов Муре и Персу, чтобы пошли с ними.

Я была в ужасе. И совсем не понимала, что происходит. Я с трудом уговорила себя поехать в клуб «Файтер» вместе с Шаманом, повинуясь его воле. С трудом смогла оставить сына, пусть даже вместе с Илоной, которая позаботится о нем, как о родном. И даже при всей маскировке, я не чувствовала себя защищенной. И уж точно не была готова ко встрече с Арчи, который узнал меня почти сразу же. А ведь я говорила, что это плохая идея. Разве что… именно это кое-кому и было нужно.

– Вот так приходи к вам в гости с дружеским визитом, – с насмешкой в голосе произнес Шаман. – И пяти минут не прошло, как начался беспредел.

– Какого черта она с тобой делает?! – вдруг гневно спросил Арчи, почти бросаясь на Президента Городских Волков и тыча в меня пальцем.

В этот же момент двое из Ночных Всадников схватили его за плечи, пытаясь удержать на расстоянии. Тогда Чаки и еще один из Волков сделали шаг к ним навстречу, собираясь защищать своего главаря. Ну и меня в том числе. Я даже вздрогнула, не понимая причины такой агрессии Арчи. Ведь он сам меня отдал этому мужчине. Тем более не вчера, больше года прошло. Неужели помнит?

– Да уймись ты! – рыкнул на него самый грозный и самый огромный из Всадников, у кого на кожаной куртке пестрила нашивка «President». – И объясни спокойно, какая хрень тебя укусила?

– Со мной все отлично, – произнес Арчи, с раздражением отпихивая руки своих собратьев. – Я лишь хочу поговорить… с ней.

От его настойчивости, от всей этой ситуации у меня под кожей пробежал холодок. Ведь разговор этот шел обо мне. Эта непонятная пятиминутка – из-за меня. Так странно, пугающе и чересчур волнительно. Даже просто находиться в одной комнате с такими представителями сильной половины города. Массивные, внушительные, в черной коже, с татуировками, суровые на вид, с нашивками своих званий и грозными эмблемами клубов на всю спину. Глядя на них, я с трудом понимала, что здесь делаю. И что вообще им всем от меня нужно? Что нужно самому Арчи?

В этот момент мне хотелось лишь одного – убежать, спрятаться от изучающих, строгих взглядов этих медведей, которые внушали страх. Будто я действительно была в чем-то виновата, перед всеми ними. Ведь знала, что Ночные Всадники и Городские Волки – два из трех конкурирующих клубов в городе Волчинск. Если задевались их интересы, это могло выливаться вплоть до серьезных разборок. Но сейчас у них перемирие. Поэтому мне очень не хотелось стать той, кто это перемирие нарушит. Ведь они всегда наготове, некоторые проводят время в тренажерных залах, часто дерутся, вон даже турниры проводят. А еще оружие носят. У Чаки я не раз его замечала. Благо никогда не видела, как они им пользуются.

Но я очень надеялась, что наш разговор с Арчи не состоится. Я не хотела с ним разговаривать. Даже смотреть на него не хотела. Потому что волновал до сих пор, как в первый раз. Ведь я помнила все, что было в том лесном домике, до мелочей. Даже запах его помнила, такой необычный для меня – запах дорожной пыли и настоящего мужчины. И взгляд его горячий, прожигающий насквозь. Силу крепких рук, которые сминали меня до синяков. И конечно же давление его тугой плоти, которая причинила боль и подарила массу ярких, новых впечатлений. Тогда случился мой первый и последний раз, когда я была с мужчиной.

Теперь это настоящая пытка. Вдруг оказаться так близко с отцом своего ребенка и молча стоять в стороне. Наконец-то снова увидеть того, кто был моей тайной влюбленностью. И кто меня продал, когда я отдала ему свою невинность. Нет, я точно не хотела с ним разговаривать. И не понимала, почему Арчи так яростно этого просит. Если он узнал про Макса… Впрочем, это вообще не его дело.

Правда с защитниками я, кажется, тоже прогадала.

– Только ли поговорить? – спросил Шаман с усмешкой, глядя на Арчи.

Он дразнил его, намеренно. А я вдруг ощутила себя пешкой в игре Шамана. А еще глубоко преданной, снова. Хотя никогда не видела в лице этого Локи своего настоящего спасителя. Но лишь сейчас наконец-то осознала, что все это время он держал меня при себе с одной целью – чтобы использовать при удобном случае.

И это было ужасно. Это худшее, что я могла себе представить. Что в такой ситуации снова будет решаться моя судьба, без моего ведома. Только вот Арчи почему-то молчал.

– Мне кто-нибудь объяснит, какого дьявола здесь происходит? – недовольно спросил мужчина из Всадников, у которого на куртке была нашивка «Vice-President». – Арчи?!

– Давайте попробую это сделать я, – произнес Шаман, подходя ко мне и обнимая одной рукой за плечи. – Знакомьтесь – это Алиса. И она – наша женщина. Так уж вышло. Но она нужна Арчи. Так уж вышло. А раз нам всем не нужны конфликты по поводу всякой ерунды, я готов ее уступить… но… лишь с некоторыми условиями.

От таких слов мне стало обидно буквально до слез. Я заерзала, пытаясь вырваться из объятий Шамана. Но он крепко стиснул мое плечо и прижал к себе еще крепче, обещая задушить, если буду сопротивляться. По-настоящему за меня разволновался только Чаки. Он даже посмел подойти к главному лицом к лицу и тихо попросить:

– Шаман, не надо…

Но тот с большим недовольством сразу пресек его речь, жестом руки показывая помолчать. И здесь Чаки уже не решился настаивать, хотя одарил меня взволнованным взглядом. Он будто тоже не знал, что здесь сейчас происходит. И чем вообще закончится этот разговор.

– С какими? – решительно спросил его Арчи.

– А ты все знаешь. Я озвучивал. Или Тайфун дерется с Лютым, или мы возобновляем свой наркобизнес, которому вы не препятствуете.

– Да пошел ты! – сразу сказал ему Всадник с нашивкой «Sergeant of Arms». – Говорил уже не раз – я не буду драться!

Похоже, это был тот самый Тайфун. Внушительный, широкоплечий мужчина с серьезными кулаками, которые напоминали кувалды и были расписаны узорами татуировок. Даже на его шее виднелись татуировки. А еще у него были длинные волнистые волосы, которые нисколько не уменьшали его мужественности – они были ему к лицу.

– Нет, – резко ответил Арчи, перебивая своего Президента, который тоже что-то хотел сказать. – Ни Тай, ни Всадники здесь не при чем. Это только между нами, Шаман. Поэтому давай решать как-то самостоятельно.

– Тогда у меня для тебя плохие новости, приятель – лично от тебя мне пока ничего не нужно. Поэтому, если вы позволите, мы вернемся в зал и с удовольствием насладимся представлением.

Такие слова Арчи разозлили, и он дернулся в нашу сторону, снова удивляя меня и одновременно пугая. Но на его пути оказался Чаки.

– Тварь, – выругался Арчи, обращаясь к Шаману, – ты соврал мне!

– Ни разу.

– Ты сказал, что отпустил ее…

– Так и было.

– Тогда какого хера она делает у тебя?

– Да просто решила остаться. Ей у нас очень понравилось. Правда, детка? – спросил Шаман с ехидной улыбочкой, заглядывая в мое лицо.

– Дай мне поговорить с ней! – снова потребовал Арчи.

Шаман усмехнулся. А затем вдруг произнес:

– Только если ты победишь Чаки в клетке, хотя бы в разогреве – я дам вам… пятнадцать минут.

Я снова похолодела, пытаясь вникнуть в услышанное. Кажется, Шаман только что натравил друг на друга двоих мужчин, которых я по-своему знала. Причем, для Чаки это было явным наказанием за его неуместную дерзость. Возможно поэтому он ни слова не сказал против. Или просто был готов к такому повороту. Я так подумала, когда увидела в его глазах сплошную решительность. Но ведь это не честно. Потому что Арчи был плотнее Чаки и точно выигрывал в мышечной массе. И если Арчи победит… я же умру за эти пятнадцать минут.