Личная помощница для мажора (СИ) - Рысь Кира

- Сто процентов, он не только за телефоном приходил, - протянула Кристина, с недовольством глядя на то, как Олег обрабатывает мне раны на лице. Удивительно вообще, что она достаточно спокойно отнеслась к его вниманию, проявленному ко мне. – Просто так получилось, что вы, Елена Борисовна, телефон обронили, и он стал его первой находкой. Может, он уже давно планировал сюда влезть. И от подвала ведь ключ где-то нашёл!

- Не нашёл,- ответил Дмитрий. – Видимо, знал, где Антон хранил. Может, следил уже, кто его знает. Ну да, ладно. Я этого всё равно так просто не оставлю.

Я сидела тихо, как мышка. Олег нанёс йод мне на рану, ещё раз взял за подбородок, осмотрел всё лицо. Он вдруг нахмурился и коснулся моего лба. Лицо его вытянулось от изумления.

- Соколова, да у тебя температура!

- Возможно, - смущенно пробормотала я, вжимаясь в плед, в который была завернута.

Меня уже знобило, и в том, что я заболела, теперь у меня уже точно не осталось никаких сомнений.

- О, Господи, Катюша, - воскликнула Елена Борисовна. – Я попрошу Агнию принести градусник!

Я видела, как Кристина недовольно закатила глаза, наблюдая за всем этим и, что-то бурча, уткнулась в телефон.

- Кать… - сказал Олег. – Плохо совсем, да?

- Мне, наверное, домой лучше поехать. Не хочу вам портить отдых, да и неудобно мне.

Маковецкий покривил ртом.

- Обещал твоим родителям привезти тебя в целости и сохранности, и прогорел по всем статьям.

Я посмеялась.

- Слушай, забей, Маковецкий, - ответила я. – Кто знал, что… Так всё случится.

Олег помолчал минуту, затем кивнул.

- Ладно, давай, собирайся. Агния тебе сейчас жаропонижающее даст, поможет собраться. Загрузимся, и я отвезу тебя в Москву.

- А как же Кристина? – прошептала я, тихонько указав на блондинку, укутавшуюся в плед.

- Останется здесь, отдохнёт. Она в понедельник к матери едет – у них там куча работы в офисе. Пусть ловит момент.

* * *

Уже спустя час мы сидели с Олегом в его машине. Ворота, ведущие с территории КП, медленно отъезжали в сторону, собираясь нас выпустить на волю. Я куталась в плед, сидя рядом с Олегом. Меня знобило, голова едва-едва соображала, так как клонило в сон.

Я вспомнила наше прощание с родителями Олега. Дмитрий Филиппович извинился, пожал руку, пожелал скорейшего выздоровления, а Елена Борисовна чуть ли не в слезах так тепло обняла меня и улыбнулась, говоря столько добрых пожеланий, что я сама чуть не расплакалась. Конечно же, они пригласили меня приехать ещё раз.

Кристина фыркнула мне что-то типа «пока». Она была дико раздражена тем, что из-за меня у всех были испорчены выходные, особенно у неё.

Но сейчас мне было плевать. Пусть думает, что хочет. Мне было так плохо, что я могла только растерянно наблюдать за проносящимися за окном пейзажами под какую-то неизвестную мне мелодичную песню.

- Мы сейчас ко мне поедем, - заявил Олег, когда мы приблизились к Москве.

Сон как рукой сняло.

- Зачем?

- Я уже написал Льву Николаевичу. Он подъедет, посмотрит тебя.

- О, Боже, Маковецкий! – выдохнула я возмущенно. – Я просто простудилась! И меня просто треснули по челюсти, ничего сверхопасного не произошло!

Олег кинул на меня скептический взгляд.

- Сама себя слышишь со стороны?

Я нахмурилась – ну да, звучит не очень, но… Боже, бедный Лев Николаевич. Он, наверное, подумает, что я самая бедовая девица, которая только бывает у Олега в гостях. И то, бывает только ради того, чтобы показаться врачу после очередного влипания в историю.

Небо затянуло темно-серой пеленой туч. Мы выехали на МКАД, тогда и посыпал снег. Я всё смотрела то на гаснущие, то на снова вспыхивающие огни задних габаритов многочисленных машин, что толкались перед нами, и витала мыслями непонятно где. Уже вскоре мы неслись по знакомой дороге. Теперь я видела крайние высотки московских районов. Дома казались серыми башнями, окна горели, где-то серебрились под смогом заснеженные ветки деревьев, проблесками горела яркая реклама на магазинах и щитах.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})

Олег периодически спрашивал про моё самочувствие. Он уже созвонился со Львом Николаевичем, и тот обещался быть через полчаса, так как сегодня находился в районе Юго-Западной.

А мне так хотелось спать...

«И колы холодной», - несмотря на неприятную боль в горле, подумала я.

- С ума сошла? Какая холодная кола? У тебя же горло болит, - изумленно посмотрел на меня Олег.

- Я сказала вслух? – растерянно пробормотала я.

Олег улыбнулся.

- Вслух. Так что твой план раскрыт.

Теперь уже улыбнулась я. Улыбнулась и посмотрела на Маковецкого. Он в свою очередь смотрел на меня, и его ответная улыбка была такой теплой, ободряющей. Он переживал за меня. Чисто по-человечески, по-дружески. А я всё думала о том, как бы это было, если бы он был влюблен в меня.

Дура я. Вот и всё.

Хорошо, что он мой друг. Могла бы я мечтать хотя бы об этом?

* * *

Мы поднялись в квартиру спустя сорок минут. Как только вошли – позвонил Лев Николаевич. Я успела раздеться, помыть руки, и он как раз пришел.

Я смущенно поздоровалась, и Лев Николаевич приветственно улыбнулся мне, затем с поддержкой поспрашивал о моем самочувствии и планах на неделю.

Минут через пятнадцать мы сидели на кухне, заканчивая разговор.

- В общем, ничего серьезного, но пролечиться надо, - сказал Лев Николаевич. – Все лекарства я выписал, список здесь. Олег, курьера попросишь?

- Да ну, - отмахнулся Маковецкий. – Сам дойду, не развалюсь. Аптека в соседнем доме.

- Ну, тогда держи список. Как и что принимать я написал. При правильном лечении ко вторнику, Катерина, будешь полностью здорова.

- Ко вторнику было бы неплохо…

Олег нахмурился, глядя на меня.

- А что во вторник?

- Как это что? – буркнула я. – Кольца.

- А, чёрт, и правда.

Лев Николаевич улыбнулся мне и потрепал за локоть.

- Катя, по поводу ссадин не переживай – мазь уже завтра даст прекрасные результаты. Вот увидишь. А сейчас – выпьешь чаю с малиной и мятой, потом ложись отдыхать. Тебе сейчас надо побольше спать.

- Вот-вот, - покивал Олег, указав на меня пальцем. – Давай-ка иди на боковую, а я пойду в аптеку.

Мы попрощались со Львом Николаевичем. Пока Олег разговаривал с ним в прихожей, я быстро застелила себе диван и отправилась в душ. Когда вышла оттуда, Олега уже не было в квартире. Видимо, ушел в аптеку. Я выключила свет в гостиной. Ох, какой вид на город!

Я бы полюбовалась подольше, но спать хотелось просто неимоверно. Поэтому, выпив чаю, я сняла очки, положила их на тумбу и забралась под одеяло. Заснула уже через минуту.

* * *

Я проснулась через часа полтора. Голова трещала так, что я не сразу поняла, где нахожусь, и что вообще со мной происходит. Мало того, разболелась челюсть от удара, который достался мне сегодня днём. В общем, единственное, чего мне сейчас хотелось – это выпить обезболивающего.

Я нашарила очки на тумбе, надела их и огляделась. Свет был выключен, и город светился сквозь шторы прекрасной панорамой. В прихожей теплилась маленькая лампочка, Олега при этом я не видела и не слышала, зато хорошо различала в тишине клацанье по клавиатуре.

«Занят, наверное. Не буду отвлекать, - подумала я.- Итак со мной носится все выходные».

Кристина, конечно же, не знала, что я у Олега дома. Я вдруг подумала, а что будет, если она сюда заявится завтра утром или тем паче сегодня ночью? Приятного будет мало…

Я вздохнула и встала с постели. От жара меня так и вело куда-то в сторону. В прихожей заштормило совсем сильно, и я бы упала, если бы Олег не подхватил меня.

- Эй-эй, ты куда собралась, Соколова? Тебе лежать надо. - Олег тихо выругался: – Черт, да ты вся горишь! Идем на кухню. Там лекарства.