Заказ на отцовство (СИ) - Тимофеева Ольга Вячеславовна

- На аборт, правильно?

Передали…

- Да.

- Вот бумага, распишитесь, чтобы к нам потом претензий не было.

Текст плывет перед глазами, я слова выхватываю, а сообразить о чем тут не могу. Просто подписываю документ и все. Достаю деньги. Врач, пересчитывает, только в пальцах перебирает на вскидку, тут же прячет все в стол и кивает на дверь в соседнюю комнату.

- Раздевайтесь, ложитесь на кресло.

- А вы знаете…

- Я в курсе вашей ситуации. - Холодно отвечает.

Может, так и лучше, сейчас бы начала отговаривать, я поддалась бы. А так расчет и все.

Захожу в холодное помещение. Внешне камеру морга напоминает. Я не была в морге никогда, но так себе его и представляла. Белые кафельные стены, железные инструменты. На столе какие-то щипцы длинные, что-то похожее на нож. Вряд ли это все для меня, но жутковато.

Они знают, что делать надо. Должны знать.

Я раздеваюсь не спеша.

Плечи передергивает, пуская по коже волну дрожи. Жуткое место.

Я просто лягу, чуть-чуть потерплю, а потом встану и все будет позади.

- Пеленки с собой брала? - переспрашивает женщина за стеной.

- Нет, - тихо отвечаю.

- Подумали бы хоть раз, что кровь будет идти…

- А много будет?

- Как получится. Стели что есть. - Я маленькое полотенце раскладываю, которое прихватила на всякий случай. - Готова?

- Да. - Ложусь на кресло и прикрываю глаза.

Пытаюсь расслабиться, но все тело напряжено.

Рядом шаги, лязг инструментов. Шуршание бумаги. Что-то распаковывают. Я и смотреть не хочу, чтобы потом эти картинки не маячили перед глазами.

Сейчас начнется.

Внутри все гремит, за стуком сердца не слышу свои мысли. В животе переворачивается все.

Врач живота касается и ощупывает.

Ойкаю в ответ на ее сильные надавливания.

- Терпи. Больно будет.

Чувствую, как из уголка глаза медленно стекает слеза. Катится в ухо и щекочет там. Врач убирает руки и отходит в сторону.

Я расслабляюсь, как только могу. Надо пережить это. Одной проблемой меньше. Вздрагиваю, когда хлопает окно.

Глубоко вдыхаю и выдыхаю. Еще раз. Расслабляю тело.

И чувствую в животе что-то непонятное. Тошнит - не тошнит. Как будто булькает что-то.

Снова это повторяется.

Я кладу руку на живот и пытаюсь понять новые ощущения.

Глаза открываю и встречаюсь взглядом с молоденькой медсестрой, пока врач моет руки.

- Что? - кивает медсестра, глядя на меня.

- Не понимаю, во мне что-то, как пузыри какие-то.

Молоденькая девушка с сочувствием кладет руку мне на живот и тоже слушает. Улыбается, но тут же поджимает губы и заглядывает в глаза.

- Первый раз?

- Что первый раз?

- Ощущаете это первый раз?

- Да.

- Это ребенок шевелится, - пожимает плечами и убирает руку.

Ребенок? Шевелится?

Я даже как-то и не думала, что ребенок шевелится.

Я прикладываю руку к животу и пытаюсь снова это почувствовать. Может, показалось? Чувствую еле заметное движение снова. Это точно оно. Такого раньше не было никогда. Это что-то новое. Движение одного единственного существа во мне. А что со вторым?

Спит он или замер, готовится умереть? Представляю его душу, которая сейчас молится и готовится к казни. Или второй его будит и расталкивает, не дает сдаваться.

Слезы не сдерживаясь льются из глаз.

Я же не убийца.

Я не убийца.

Чувствую еще одно движение во мне. Сильнее.

А следом другое. Второй малыш. Их, правда, двое. И они живые. Настоящие. У них сердечки бьются. Они шевелятся.

Открываю глаза и поднимаю голову.

- Можешь плакать. Не ты первая, не ты последняя, - цинично смотрит женщина-врач.

Я зачем-то перевожу взгляд на девушку медсестру. Она качает головой из стороны в сторону.

Я поднимаюсь и сажусь на кресле.

- Вы куда?

- Я передумала.

Решительно встаю и иду к своей одежде.

- Деньги не верну, чтобы следующий раз думала, что делаешь.

К черту деньги, не хочу больше тут находиться. Впопыхах одеваюсь. Только скорее сбежать из этого ужасного места. Проживу как-нибудь. Выращу.

Подхватываю вещи и выбегаю из поликлиники. Забегаю за угол здания и прислоняюсь к стене.

Снова руку к животу. Они замерли. Молчат или уснули, может?

Я не могу не представить их братьями. Как вот так же спасали бы друг друга, подталкивали, когда грядет апокалипсис. Поддерживали и были друг другу опорой.

Мне нужен Саша. Я не хочу сейчас оставаться одна.

Его смена уже окончена. Он должен был домой поехать. Мы договорились не встречаться сегодня.

Нахожу его адрес в записной книжке и еду по нему. Выгребаю последние копейки на проезд. Но так счастлива и спокойна, что не сделала это.

Я отворачиваюсь к окну, чтобы никто не видел, что плачу. Не могу остановиться. Они сами льются. Не знаю, что дальше будет, но я не смогу убить одного из них.

Нужная остановка, нужная улица, дом, подъезд, этаж, квартира.

Я только сейчас замираю и понимаю, что без приглашения.

Нажимаю кнопку звонка и жду. Хоть бы дома уже был. И один.

Шаги за стеной. Щелчок замка.

- Катя?

Открывает дверь, пропускает внутрь.

- Кать, что случилось? - Я делаю шаг в квартиру и бросаюсь ему на шею. - Кать? Тише, - теряется, когда видит мои слезы. Море слез. Океан. Но быстро находится, обнимает и прижимает к себе. - Катюш, что случилось?

- Я чуть не сделала аборт, - выдаю на одном дыхании и обнимаю его крепко-крепко. Чтобы не оттолкнул меня. Чтобы не выкинул из своей жизни.

Я обманула его и не доверилась, когда надо было.

За моей спиной хлопает дверь, по крайней мере, Саша меня не выгнал.

Выдыхает шумно и молчит.

Так и стоим не знаю сколько в коридоре.

- Пойдем, расскажешь все, - Саша помогает раздеться, забирает сумочку. Я разуваюсь и иду за ним в спальню.

Быстро осматриваю его квартиру. Аккуратно по-холостяцки. Вероятно, ему и мусорить тут некогда, постоянно на работе. Присутствие тут другой женщины не чувствуется.

- Сделать тебе чай?

- Нет.

- Тогда ложись, перенервничала, поди?

Укладывает меня на кровать, накрывает таким же верблюжьим одеялом, как у меня, колючее, но сейчас лучше у него под колючим, чем одной в перине. Саша опускается рядом, подбирает меня и обнимает.

- Кать, зачем ты пошла делать аборт? Ты же обещала.

- Ты отказался, я нашла другого врача. - Вжимаясь ему в грудь и обнимаю в ответ.

- Кать… Ну, я отказался не потому что не могу, а потому что это действительно опасно. У тебя срок большой. Двойня. Надо оборудование нормальное. Врач на то и врач, что просчитывает риски и не идет на рискованные шаги, если это может навредить.

- Меня вчера нашли, возили на УЗИ.

- Меня не предупреждали, - в его голосе слышу обиду.

- Меня тоже не предупредили, забрали и повезли. Сделали УЗИ и сказали, что у меня будет два мальчика. Второй ребенок им не нужен, поэтому я пошла на этот шаг.

- Почему остановилась?

- Я легла на кресло и готовилась. А потом… Потом вдруг почувствовала, что во мне шевелится что-то.

- Что шевелится? Инструменты?

- Нет, медсестра сказала, что это малыши шевелятся. Я даже не думала, что они шевелиться будут.

- Да, на твоем сроке уже можно услышать шевеление.

- Я их как услышала, двоих, представила, как они подают мне сигнал, что они живые, что не виноваты ни в чем, что жить хотят. Сначала один шевелился, а потом как будто второго разбудил. И я как представила, что мир может лишиться, например, врача или ученого, остановила все это и сбежала. Мне не успели ничего сделать.

- Все правильно, Катя. Ты не такая. Ты не бросишь этого ребенка и любить его будешь. Даже зная, что он не твой. Просто тебе надо чуть больше времени. Ты ощущать его будешь скоро постоянно.

- Мне страшно.

- Чего боишься?

- Как я одна справлюсь? Мать-одиночка. Брат есть, но на него надежды нет, а с маленьким ребенком деньги же нужны.