Я тебя завоюю - Юлия Валериевна Рябинина

— Извини. Я все верну, — чуть отдышавшись, отвечаю. — Так что ты там говорила про дезинформацию? Продолжай.

Глава 8

Я смотрю на Андрея и взгляд не могу оторвать. Мне хочется послать его и одновременно разобраться в том, в чем он так ловко меня пытается обмануть. Мне трудно поверить в то, что Андрей сейчас говорит правду. Слишком долго я жила с мыслью о том, что он предал меня. Бросил. Сцепляя пальцы в замок, кладу их на колени. Не хочу, чтобы Андрей заметил, как сильно они дрожат от переживания.

— А что говорить? Мне кажется, здесь все достаточно прозрачно и ясно, — медленно говорю я. Мой голос дрожит, и я собираю волю в кулак, чтобы не выказать слабость.

Как бы ни горько это осознавать, но я до сих пор чувствую трепет в животе от крыльев бабочек, когда парень вот так смотрит на меня, как сейчас. Пристально. Без тени на церемонность. И мне кажется в этот момент, что между нами и не было пропасти в пять лет. Будто расстались с ним только вчера и вот сегодня снова встретились.

— А для меня неясно, Мартыш… Олеся. Понимаешь?! Хочу понять, кто из моих родственников так подло поступил по отношению ко мне, к тебе? То, что Вика руку приложила, я уже понял, но вот интересно знать, сама ли она до этого додумалась или с подачки отца? — рассуждает Андрей, нахмурившись.

— Так и спроси у нее, — отвожу взгляд от парня.

Довольно времени для разговоров. Хватит. Его близость слишком опасна для меня. Я чувствую, что чем дольше остаюсь рядом с ним, тем меньше могу сопротивляться тому внутреннему урагану чувств, который меня пытается поглотить.

Но я не позволю Андрею сделать это снова. Не позволю разрушить мою жизнь, которую я собирала все это время по кусочкам, кропотливо вклеивая каждый на свое место.

— Олесь! — Андрей порывисто подступается ко мне, и я невольно вжимаюсь в спинку кресла.

— Андрей, давай закончим на этом. Я больше ничего сказать тебе не могу, — бормочу сухими от волнения губами.

— Но разве это правильно, Олесь? Разве так должно все быть? — Его пальцы смыкаются на подлокотниках.

Мое дыхание сбивается. Сердце стучит быстрее. Он так близко, что я могу разглядеть в уголках глаз паутинку тонких морщинок, яркие искры небесной синевы в серых холодных глазах и даже выхватываю взглядом пару седых волосков на висках. Шумно сглатываю.

— Теперь да. — Часто моргаю, чтобы снять пелену с глаз. — По-другому не хочу, Андрей. Я сделала свой выбор. Да и зачем вспоминать прошлое? Оно давно исчезло, испарилось. Его больше нет. И нас нет, если ты намекаешь на это.

— То есть ты готова связать жизнь с этим… — Андрей сжимает челюсть, я смотрю на него в упор, — … с этим…

— Я так и не дождался льда, — нас внезапно прерывает голос Руслана, и меня словно волной ледяной окатывает смущение, ладони вмиг покрываются испариной, а внутри такое мерзкое чувство, как будто меня застукали с поличным. — А что тут у вас происходит?

Андрей медленно распрямляет спину, но взгляда от меня не отводит, как и не отпускает подлокотники коляски.

— Даю твоей будущей… жене, — с красноречивой издевкой произносит последнее слово парень, — наставления, как не вляпаться в жир ногами. — Андрей запинается, желваки на скулах дергаются, когда понимает, что выражение подобрал совсем неудачное и наконец-то отпускает подлокотники, отходит в сторону.

— Ты… ты… — бросаю на Руслана взгляд и замечаю, что жениха трясет от злости.

— Ладно, не кипятись. — Андрей резко разворачивается ко мне спиной, проходит мимо Руслана и с силой прикладывается ладонью к его лопаткам. — А то от напряжения сеточка синяя вот здесь, — он обводит пальцем рот, — выскочит.

— Пошел ты! — Жених отбрасывает руку Андрея.

Я молча наблюдаю за перебранкой двух парней, которые напоминают мне ослов, встретившихся посредине узкой улицы, где ни один из них не хочет уступать дорогу другому.

— Это невыносимо! — бурчу под нос и, сдав назад, подъезжаю к мойке, набираю стакан ледяной воды. — Пора бы вас остудить.

Но, как только я уже готова привести план в действие, в дверь громко стучат и следом же, не дожидаясь ответа, открывают.

— Есть кто живой? — грохочет незнакомый мужской голос на весь дом.

— Это еще кто? — настораживается Руслан.

А я замираю со стаканов в руках, так и не осмелившись выплеснуть содержимое на парней.

— Я здесь! — откликается Андрей и, толкнув плечом брата, идет в коридор, бросая на меня убийственный взгляд. — Наш разговор не окончен, — говорит на пороге.

— Ты что тут застрял? Там все собираются, ждут тебя, — слышу из-за двери.

— Володь, у меня тут накладочка вышла. Даже не успел в душ сходить. Вы там с Аней без меня пока. Я через минут двадцать присоединюсь. Лады?

Голоса отдаляются все дальше, а мы с Русланом продолжаем хранить молчания.

Парень смотрит на меня с каким-то мучительным укором, от которого хочется укрыться, исчезнуть, лишь бы не чувствовать на себе.

— Он обидел тебя? — наконец-то прерывает затянувшееся между нами молчание Руслан. — Ты выглядишь очень растерянной.

— Нет, Рус. Нет. Все нормально. У нас просто есть с Андреем кое-что общее. И, как выяснилось, там оказалось много тайн и загадок. — Ставлю стакан на стол. — Знаешь, мне кажется, нам все же стоит уехать. Действия Андрея совершенно не поддаются логике. Я боюсь за тебя. — Подъезжаю к парню вплотную, беру его за руку, сжимаю. — Что скажешь?

Руслан задумчиво смотрит на меня сверху вниз, и я замечаю, как в его взгляде проскальзывает тень. Странная, незнакомая. Он вдруг становится на миг не по годам старше, его черты лица заостряются и пугающе вытягиваются.

Меня пробирает озноб. Я быстро смаргиваю и… вздох облегчения срывается с губ. Это какое-то наваждение, не иначе.

— Лесь, с тобой все впорядке? — Руслан присаживается передо мной на корточки, и я вновь вижу перед собой глаза заботливого и доброго парня. Он с тревогой оглядывает меня.

— Да-да. Все хорошо, — дрожащим голосом отвечаю.

— Может, у тебя давление подскочило? Смотри, даже капельки пота на висках выступили, — замечает Руслан и проводит пальцами по волосам, убирая влагу и одновременно заправляя выбившиеся прядки за ушки.

— Это все из-за Андрея. Я, находясь рядом с ним, только и делаю, что нервничаю. А ты же знаешь, мне вредно, — капризно поджимаю губы, чтобы, скидывая все на Андрея, спрятать за сменой настроения страх,

— Да, лап, тебе никак нельзя. Я думал, мы тут наоборот расслабимся, отдохнем. Ты наберешься сил. Ведь на носу