Не обещаю, что будет красиво... (СИ) - Лайт Татьяна

— Ты живешь в общаге? — удивлению мужчины не было предела.

Водитель улыбнулся и мягко подмигнул мне.

— Да, вас то, как это должно волновать? Приглашать на чай, уж простите и так и так, я вас не собиралась! — развернулась и пошла в сторону двери.

— Мы это еще посмотрим! — крикнул мне вслед мужчина.

Но я уже закрыла дверь и прислонилась к ней изнутри помещения.

Глава 14

Нина

Я зашла в свою комнату, и выдохнула. Да, все больше и больше эти стены становятся для меня родными. Чувство защищённости — не пустой звук. А в мою нору такой респектабельный «барсук», уж точно, не полезет. Чего мне и надо. Быстро побежала в душ, переоделась в пижаму и нырнула в ласковый плен, пусть не самой удобной, но уже такой родной, кровати. Сон не шел, но и делать что-то ни сил, ни желания у меня не было. Просто лежала и смотрела в потолок. Где-то на заднем плане моего сознания проносились картинки сегодняшнего дня. Но главной мыслью этого вечера было — что мне делать теперь с этим мужчиной?

Было определенно точно ясно, что он не простой человек, и связей у него достаточно и денег, чтобы получить все, что пожелает. А судя по тому, каким напористым он себя проявил сегодня, на данный момент своей жизни, он желает меня. А что я имею в арсенале? НИЧЕГО. Ни связей, ни денег, ничего. Хотя, я имею долги, проблему с квартирой, нелюбимую и бесперспективную работу, а это, признаюсь вам, совсем не мало. Мне двадцать лет, а ощущение, что я сорокалетняя женщина. Я даже сутулиться начала немного. Видимо ворох проблем давит. Как я могу противостоять сильному, богатому, влиятельному мужчине? Никак. Даже мое тело, не смогло ему противостоять! Что уж говорить о другом.

После того, как мысли свернули на скользкую дорожку — реакции моего тела на Игоря, под кожей стало зарождаться и растекаться тягучей патокой тепло. Табун мурашек, словно наперегонки, стали разбегаться толпами, заставляя мелкие волоски на теле трепетать. Нервно передёрнулась. Что же происходит? Почему даже просто воспоминания о том дне вызывает такую реакцию? А что будет, если Игорь станет более настойчив, как тогда? Смогу ли я противостоять ему физически? Эта мысль, будто током пронзила мозг и зазвенела где-то в ушах. Я сама не знаю, как поведет мое тело, если он опять начнет соблазнять меня.

Не смотря, на неугомонные мысли, все-таки, уснула. Видимо, сказалось физическое и эмоциональное напряжение этого дня. Спала отлично, проснулась, правда тяжело. Абсолютно не хотелось выходить из дома, да что там, с кровати вставать и то было невмоготу. Со мной случается такое не часто. Когда тело берет таймаут и не хочет напрягать себя, сверх меры. А может это внутренний страх меня парализовал? В голове крутилась мысль: «Он в городе, ты — в опасности». Правда, в какой опасности? Непонятно. Он не обещал меня убить, сдать в гарем, обокрасть, от последней мысли стало смешно. Всплыл образ Игоря в моей квартире, его растерянное и брезгливое лицо. Нда, обокрасть — это совсем не про меня. Тогда что человеку надо? Ему мало внимания со стороны женщин? Не думаю, уж такого мужчину — не пропустят. Тогда что? И главное — почему мне страшно?

Не взирая на обуявшую меня лень, вылезла из кровати и пошла совершать утренние процедуры. Затолкала в себя, по- другому не скажешь, завтрак и отправилась к остановке. Утро было чудесным, солнышко уже припекало, но приятно освежал прохладный утренний ветер. Может и день пройдет не плохо? Как может этот мужчина не побрезговать мной после всего того, что он увидел в квартире? Хотя это все и не мое, но все-таки. До работы доехала достаточно быстро. Прошла в подсобку на автомате. Начала переодеваться и почему-то остановилась. Метнулась к двери, чтобы проверить заперта ли, какое-то волнение меня сжирало изнутри. За что мне это все? И главное зачем? Не стала долго зацикливаться на ответах, потому что их просто не было. Переоделась и приступила к работе. Время бежало быстро, народ на долго в зале не задерживался. Недовольных и ругающихся пассажиров не было. Аэропорт работал по расписанию. Ближе к обеду меня вызвали к начальнику смены. Утреннее состояние тревоги усилилось!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

В кабинет, начальства шла на ватных ногах, казалось, что время остановилось и теперь я нахожусь вне времени и пространства. Даже воздух вокруг, казался тягучим и липким. Какое-то не приятное предчувствие долбило молоточком где-то в центре груди, глотать стало сложно, руки мешались. Перед дверью остановилась. Подышала глубоко, чтобы успокоиться, и, не стучась, вошла в кабинет. Прошла на автомате к столу. Благо идти было не далеко. Помещение выделенное под кабинет, было микроскопическим. Я и полноценного шага не сделала от двери, как оказалась напротив стола, где любезно стоял стул для посетителей. Мне и так было не по себе, а здесь, в маленьком пространстве, в котором пребывало три человека, совсем почувствовала себя дурно. На лбу проступил холодный пот, а верхняя губа стала самопроизвольно подрагивать.

Начальница приглашающе показала на стул возле меня, решила не пренебрегать предложением, потому что руки деть было некуда, ноги дрожали, а сколько пробуду здесь, я не знала. Как только мой организм получил опору на пятую точку, ноги загудели. Стало потряхивать. После смерти родителей, меня мало что могло выбить из равновесия, хотя сложные ситуации случались. А сейчас? Что происходит сейчас? Мне еще никто ничего не сказал, ничего не сделал, но тело лихорадит, мысли разбегаются, думать трезво не получается. Все усугублял тяжелый мужской взгляд. Мне казалось, что я просто схожу с ума. Все происходит не со мной, это сон, длинный, бредовый сон и вот, просто с минуты на минуту, я проснусь, и все кончится. Но этого не происходило. За то молчание в кабинете растекалось лавой, заставляя трепетать еще сильнее. Чуть погодя, когда градус моего волнения настиг апогея, заговорила начальница смены.

— Нина Николаевна, — обратилась она вежливо и официально, что не прибавило оптимизма. За пусть и не долгий срок работы в этом коллективе, я поняла, что эта женщина за словом в карман не лезет и этикет в разговоре с подчиненными не соблюдает. А тут… — вы работаете не так много в нашем коллективе, и мы видим, что..- сбилась женщина, откашлялась и продолжила привычным для меня тоном, — в общем, мы подумали и решили, что ты не там работаешь.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Ее слова не сразу до меня дошли, но после того, как осознание накрыло мой истерзанный мозг, на глаза выступили слезы.

— В каком смысле? Я что плохо работала? Что- то не выполняю? Что-то нарушила? — залепетала я.

Силы стремительно меня покидали. Накатила с начала усталость, потом апатия, и, в конце концов, отчаяние. Меня затрясло. По венам, кажется, разлилась желчь, потому что под кожей стало нещадно жечь. В глазах потемнело. Последнее что помню, испуганное лицо женщины, и мужской голос, слов я уже не разбирала. Свет выключился, и долго не загорался.

Сквозь сон послышались голоса. Сознание еще вернулось не полностью, но слух уже работал, поставляя информацию в мой измученный мозг. Начальница обеспокоенно кудахтала. А строгий мужской голос отчитывал ее за не профессионализм руководителя. Открыла глаза. Передо мной находилось лицо незнакомого мужчины, который смотрел испытующе и строго.

— Нда, Игорь подсуропил. Что ж ты, Нина Николаевна, такая припадочная? Беременная? — на этих словах он стал оглядывать меня и злобно продолжил, — у меня и так пол отдела в декрет ушли, еще беременную брать, совсем не вариант, как бы я к Игорю не относился. Мне работники нужны, понимаешь, девочка, работники. Кто считать будет? Кто?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Непонимающе смотрела в глаза незнакомца и пыталась понять, что от меня хотят и зачем он все это говорит. Из всей речи вычленила то, что смогла осмыслить.

— Я не беременна, — пропищала, не узнавая свой голос.

— А что это тогда? — мужчина встал с пола и показал на меня неодобрительно.