То самое чувство (СИ) - Роач Лия

- Мне это не по карману.

- Жаль. На проценты сводил бы тебя в ресторан.

- А не на проценты не можешь? - я злюсь на себя и свою неуклюжесть, и поэтому обретаю такую необходимую мне в общении с Дэном наглость.

Мне всегда это помогает - нужно только разозлиться, и я перестаю быть стеснительной девочкой, превращаясь в бойкую стерву. Эта я как рыцырь без страхов и упреков - ничего и никого не боюсь и могу постоять за себя. И словарный запас резко обогащается, и в поведении появляется некоторая развязность. Этакая Кира-супергероиня. Жаль, злиться по щелчку пальцев я не умею. Стольких проблем по жизни бы избежала.

Он оценивает мой тон и, убирая руки в карманы джинсов, отвечает мне в том же ключе:

- Могу и не на проценты, если заслужишь.

- Не обольщайся, что я особенно буду стараться. Ресторан я себе и сама могу позволить.

- А ради чего постаралась бы? - голос тихий, а глаза мерцают опасным блеском.

И непонятно от чего - то ли такая перемена во мне ему не нравится, то ли ждет, что мой ответ на его вопрос совпадет с тем, что хочет услышать он. Точно нет, но от ответа я благоразумно уклоняюсь - даже в образе супергероини предпочитаю не нарываться. И, неопределенно поведя плечом, отворачиваюсь и шагаю к небольшому дивану для посетителей. Он находится на отдалении от его рабочего места, и я надеюсь на небольшую передышку.

Но зря - Дэн неторопливо подходит и садится рядом. Совсем рядом, бедром к бедру, которое тут же начинает пощипывать, и закидывает руку за мою голову, почти обнимая меня. И тут я понимаю, что нахожусь здесь уже минут двадцать, но до сих пор не видела и не слышала никого из сотрудников салона.

- Ты здесь один?

- А тебе нужен кто-то еще? - мурлычет он в мое ухо. - Одного меня недостаточно?

Я отклоняюсь в сторону - его дыхание щекочет мне ухо. Это и приятно, и одновременно раздражающе.

- Обычно в офисах полно людей.

- Это не обычный офис, - он склоняется все ближе.

- В салонах тоже не бывает безлюдно.

- В этом посетители редкость, - усмехается он, но мой настойчивый допрос делает свое дело - перестав наваливаться на меня и водить пальцами по волосам и контуру лица, он выпрямляется. - Тем более в будни. Видишь же, техника специфическая, такую не каждый день покупают.

- И не все, - поддерживаю я разговор.

- Ладно, - встает он на ноги и протягивает мне руку, - пойдем посмотрим, что ты там мне принесла в том пахучем пакете.

- Бургер.

- Ты такая заботливая, - вновь заключая меня в объятия и приподнимая, он улыбается и трется носом об мой. Так по-детски, но и так интимно, что по моему телу прокатывается волна мелкой дрожи. - Смотри, я могу и влюбиться.

- А я, может, этого и добиваюсь, - отвечаю внезапно охрипшим голосом и смущенно покашливаю.

Он тихо смеется и ставит меня на глянцевый плиточный пол.

- Сейчас заценим твой бургер, - обещает он и шагает к своему столу.

Я сажусь обратно на диван и, чуть повысив голос, задаю вопрос, который мучил меня все дни, начиная с нашей последней встречи.

- Чем ты занимался в воскресенье? Почему не звонил?

Спросив, тут же жалею, что не сдержалась, выставилась приставучей дурой.

- Ты тоже не звонила, - отвечает он после паузы, во время которой лениво жует.

- Но не я собираюсь влюбиться.

Он смотрит на меня со своего места и усмехается. В его взгляде я читаю одобрение - он оценил мою перепасовку.

- Вот чтобы слишком быстро не влюбиться, и не звонил.

Теперь его взгляд снова сосредоточен на бургере и я не могу видеть, он это серьезно сказал или отшутился, как и я предыдущей фразой.

В то, что Дэн не появлялся эти дни, потому что боялся влюбиться, я, разумеется, поверить не могла. И уж точно он не стеснялся и не боялся показаться навязчивым. Однако не писал - почему?

Я знаю, почему не писала я - как раз из-за всего вышеперечисленного. А еще не хотела давать ему повод считать, что думаю о нем или он нравится мне больше, чем это было на самом деле. Ну или больше, чем я бы хотела, чтобы он думал. Но я сомневаюсь, что Дэн заморачивается такой фигней, тем более в отношении меня - после двух-то дней знакомства! В его случае наверняка все просто и ситцево - не хотел и не писал. А захотел - написал. И никакой подоплеки.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Но тогда почему так прямо и не сказать?..

- Эй, - слышу я его голос будто издалека и понимаю, что, задумавшись, слишком ушла в себя, - отомри.

Он подходит и подает мне обе руки, предлагая встать с дивана. Я поднимаюсь, он не отпускает меня.

- Мне нужно было время, - говорит он тихо, но смотрит на меня прямо и открыто, - понять, хочу я звонить или нет. Была бы ты Викой, позвонил бы, не раздумывая.

Вот ты и подтвердил мою теорию, успеваю подумать я.

- С Виками проще - позвонил раз, два, и забыл. И она не вспомнит. А ты...

- Что я?

- А ты не Вика. Тебе позвонить непросто, это почти жениться, - улыбается он без обычной дерзости. - А я вроде как не готов.

- И поэтому ты написал? - я смотрю на него снизу вверх.

Он смеется. Легко и весело. Но потом вдруг обрывает смех и говорит серьезно:

- Я могу позвонить. Прямо сейчас. Хочешь?

Я качаю головой, но улыбаюсь - я верю, что он может. И верю, что он серьезен.

А я серьезна?..

***

- Все, собирайся, уходим.

- Еще почти полчаса до закрытия салона, - смотрю я на дисплей телефона, в компании с которым провела последние два часа.

Автовоз с новой партией снегоходов пришел раньше запланированного, и Дэн на долгое время оказался занят приемкой и проверкой документации. Он предлагал мне уйти - если скучно - и встретиться на следующий день, но при этом сказал, что хочет, чтобы я осталась, и я согласилась.

Пока он возился с бумагами, я залезла в смартфон, который несколько раз жужжал, игнорируемый мной до той минуты.

Четыре пропущенных звонка от Алисы и куча чатов в мессенджере с сообщениями, в том числе от той же Алиски - она пыталась поменяться со мной домашними обязанностями, они у нас разделены понедельно - и от мамы с напоминанием позвонить куратору по поступлению в Академию.

Еще мне написал Костя - зеленеющий рядом с его именем кружок с количеством сообщений от него, напомнил мне об утренней выходке и о последовавшем за ней наказании. И о предстоящем непростом разговоре с родителями… Друг детства поделился сомнением, говорить или нет "предкам" о требовании явиться в школу, и спросил, рассказала ли я уже своим. Я ответила, что еще не дома, и поймала себя на мысли, что идея замять дело от родителей, хотя бы на время, мне неожиданно понравилась. Я решила ее обдумать.

Сообщение от одноклассника Ромки Афонина тоже касалось сегодняшнего инцидента на физике - его бабушка ведет у нас литературу и через внука пыталась воздействовать на мою сознательность. От себя Ромка посоветовал забить. И я на полном серьезе склонялась к тому, чтобы прислушаться к его совету.

Виолетта просила помочь с переводом фразы из подросткового романа на английском - ее мама штатный переводчик одного издательства, а Витка ей помогает в чисто сленговых моментах. Присланный отрывок текста занимает немало времени - приходится полазить по словарям и переводчикам, подбирая подходящие контексту определения, казалось бы, простых и известных слов. Но в их основных значениях смысл не складывается. И когда в итоге подходящий вариант нашелся и утвердился заказчицей, Дэн и велел мне собираться, несмотря на то, что его рабочий день еще не закончился.

- Плевать, - равнодушно заявляет он. - Самое главное я сделал, а покупатели в такое время никогда не приходят. Никто и не заметит, что я свалил.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Я вспоминаю, как наплевательски он относится ко всякого рода правилам и запретам и даже не особенно удивляюсь такому же отношению к работе.

Он идет к встроенному в боковую зеркальную стену шкафу и надевает пальто. В пальто я вижу его впервые, и выглядит он в нем совершенно иначе. Как, впрочем, и без него, в костюмных брюках и темно-серой, не застегнутой на пару последних пуговиц, рубашке это совсем не тот Дэн, что в джинсах и легком джемпере, каким я видела его в клубе и на первом свидании.