(не) мама для наследника (СИ) - Астахова Яло

Я ведь смотрел ее личное дело – живет только с мамой, сама поступила учиться на юриста, причем, на бюджет!

 Работала еще пока училась, правда, не по специальности, а официанткой в соседнем кафе.

Какое разительное отличие с рыжей!

 Губки Марго обжигают кипящей лавой, совсем не те же ощущения, что с Анжелией.

Сейчас я себя не контролирую, только изо всех сил сдерживаюсь, чтобы  не причинить Рите боль или вред. Пальцы сами собой впиваются в ее волосы, и руки судорожно обхватывают прелестную головку девушки, а она из меня жизнь выбивает каждой лаской проворного язычка!

У нас секс-марафон, секс-упоение. Даже – секс-запой! И я действительно чувствую себя запойным алкоголиком. Я не могу ею насытиться, даже погружаясь в нее до упора, я хочу еще. Больше, глубже, настойчивее, до донышка и без остатка!

Она вся моя, а я – ее! Мне хочется трахать ее жестко и непрерывно всегда. И поэтому чувствую себя сексуальным маньяком.

Рита от меня не отстает и вытворяет с моим членом восхитительно пошлые вещи. Как бы этот секс-запой не повредил ее и без того шаткому здоровью?

 Думаю, надо съездить к тому доктору, что крутился рядом с Марго. Возможно, он даст толковые советы.

Не откладывая в долгий ящик, оставляю Маргариту под присмотром Валентины Максимовны и еду в клинику.

Иван, а именно так зовут того доктора, смотрит на меня настороженно и без улыбки, руку подает неохотно после маленькой заминки, и я ее замечаю.

– Иван…– начал я и замялся, не зная отчества собеседника.

– Просто Иван, – предлагает он.

– Тогда просто Яр! – киваю ему, нам нечего делить, хоть нам и нравится одна девушка. Но с кем быть – это выбор Маргариты, а нам бодаться – только рога ломать! А сейчас не до боданий, на кону жизнь и здоровье дорогого нам человека. Расспрашиваю у Вани о рекомендациях по поводу здоровья Маргариты.

– Понимаешь, Яр, ей нервничать противопоказано. Категорически! А она вся на нервах постоянно, – вздыхает Ваня, –  беременность, личные какие-то неурядицы, мама еще!

– А что с мамой? – удивленно вскидываюсь я.

То, что рассказывает Ваня бьет под дых. Бегемот толстокожий! Оказывается, вся эта затея с суррогатным материнством был не каприз и не попытка срубить легкого бабла, а ради мамы!

Еще я добавил личных неурядиц.

Но почему-то понимание того, что Марго воспринимает нас  целым, общим, личным и переживает о нас, грело душу.

 У меня начинается внутренний припадок самобичевания и сразу после разговором с Иваном, несусь в офис, там у нас для бойцов организован великолепный тренировочный зал.

Груша – отличный партнер: молча глотает любые твои эмоции, но может и в ответку шандарахнуть и никогда не сдаст тебя в ментовку за побои, да и на больничный не слиняет.

Минут сорок с упоением метелю тугой кожаный бок. Перед этим в три подхода по двадцать раз отжал от груди свои законные сто восемьдесят, это почти мой рост, но иной разминки для тела и нервов я уже не представляю.

В зале меня и застает Фомичев.

– Димон, как ты решился-то на своей жениться? – спрашиваю друга.

– Да тоже грушу околачивал, а потом понял, что хочу прийти домой, а там она меня встречает и только она! Понимаешь, Яр, вообще никакую другую видеть не хотел! – начинает Дима ржать, но потом серьезнеет и смотрит на меня как-то испытующе, словно командир на бойца перед заданием, – а ты ниак жениться созрел?

Мотаю головой, налепляя на рожу привычное выражение ужаса, смеемся с другом, а мне не до смеха – я хочу только к ней!

Глава 19

МАРГАРИТА

Как же здорово быть дома! Особенно, когда ты здесь нужна.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Ярослав очень заботится обо мне, предупреждает любое мое желание.

Мы с ним съездили, и я познакомила его с моей мамой.

 Он сам настоял, что пора ему официально представиться моей родительнице, чтобы она не волновалась, у какого синего бороды живет ее дочь?

 Естественно, этот «синяя борода» очаровал мою мамулю с полуслова.

По дороге к маме мы заехали в цветочный салон, и Ярослав купил для моей мамы огромную корзину роз.

Дома мама отвела меня в сторонку и подробно, насколько успела, расспросила обо всем. В основном, ее интересовало, счастлива ли я. С удивлением я поняла, что счастлива!

Днем мы нормально, ровно с ним общались, а ночи были полны сладкого безумия. Я все реже думала о том, что Ярослав заберет моего малыша.

Но потом… является Анжелия.

Ярослав как раз уехал в офис, когда я слышу скандал, выглянув из нашей спальни: Валентина Максимовна опять воюет с Анжелией, не пропуская ее в дом, как в первый мой день.

– Ярослава Олеговича нет дома! – увещевает нахалку экономка.

– А я не к нему, мне надо поговорить с этой, как ее, с девкой его! – фыркает в ответ рыжая, а у меня все болезненно ноет в груди.

– Тем более, тебе нечего здесь делать! – заявляет Валентина Максимовна.

– Ошибаетесь! – ехидно поёт Анжелия.

 Я выглядываю с лестницы и увижу их внизу у двери: Анжелия размахивает каким-то гаджетом, пытаясь протиснуться мимо Валентины Максимовны, но экономка непреклонна.

– Валентина Максимовна, пропустите гостью, пожалуйста, – прошу я, спускаясь к ним по лестнице.

Мне становится любопытно: что такого хочет сказать мне эта рыжая?

Экономка, недовольно поджав губы, всё же отправляется на кухню, а мы с Анжелией проходим в мою бывшую комнату.

Рыжая смотрит на меня недобро и как-то ехидно, что ли.

– Ты хотела мне что-то сказать? – поторапливаю её, прикрывая за нами дверь.

Успеваю услышать, как экономка называет Ярослава – она явно позвонила хозяину, чтобы стукнуть на рыжую!

– Рано расслабилась, подруга! – хищно усмехается Анжелия.

«Никакая ты мне не подруга!» – хочется сказать мне, но я сдерживаюсь.

– Конкретнее! – лишь холодно роняю я – понабралась у Ярослава командирских замашек.

– Пока ты отлеживалась на больничной койке, мы тут, поверь, не скучали, – Анжелия что-то проматывает на своем планшете и протягивает его мне экраном вперед.

Я не хочу смотреть, честно! Но вижу лицо Ярослава. Мне знакомо это его выражение блаженства с безумием пополам.

Анжелия ближе подносит планшет к моему лицу, чтобы я смогла разглядеть все детально. И я гляжу! Детально!

Это – капот Ярославова джипа, на фоне гаража его же дома. Довольное лицо самой рыжей в кадре меня мало волнует. Кроме самого факта, что это она! Что она с ним! И что они сношаются, как кролики! Хорошо, что звук отключён – шлепки и стоны вызывали бы у меня рвотный позыв.

Анжелия, показывая мне это, гнусно ухмыляется:

– Я же предупреждала тебя, дурочка, что он причинит тебе боль! – как-то очень скорбно произносит она, а я чувствую себя преданной, растоптанной, униженной и вообще убитой. Лучше бы убил, ей Богу!

– Этого не может быть! Это какой-то фокус монтаж. Точно, это монтаж! – хватаюсь я за спасительную мысль, не желая верить очевидному – Ярослав спал с Анжелией, отослав меня с глаз долой!

Валентина Максимовна не могла ничего не слышать, но и она молчала.

Меня окружают предатели!

– Я бы тебе ничего не говорила. Ну, было и было, но мы не предохранялись, и у меня теперь будет маленький! – Анжелия протягивает мне какую-то бумагу, справку. Я лишь мельком гляжу на документ, мгновенно понимая, что это, и прошу тихо:

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

– Убирайся!

– Понимаю! – радуется Анжелия, вскакивает и принимается запихивать смартфон и справку в свою сумочку.

 Рыжая сразу покидает дом, выскочив из него, как пробка из бутылки шампанского. А я опрометью бросаюсь вверх, в нашу спальню, падаю ничком на покрывало, сгребаю в охапку подушку и захожусь в рыданиях.