Малышка для криминального "Малыша" (СИ) - Вазгенова Лина

Надо было сука ее грохнуть, сейчас бы не летел, как будто петух жареный в жопу клюнул.

Увидел эту — ……поток отборный брани. Прижатую моим большим, азиатским парнем к земле и чуть душу, богу не отдал.

— Карлсон фу! Ко мне мальчик, место! — даже голос задрожал от мысли что не успел. Но услышав крик этой истерички, ярость охватила меня с новой силой.

У нее удивительная способность выводить меня из себя, а теперь сидит и ревет сука.

— Перестань реветь блядь, поднимайся. — кипя от злости как чайник.

— Да ты охренела вконец, что за выкрутасы, тебе сука жить надоело?

— Отстаньте от меня. — промяукало это исчадие ада.

— Я тебе блядь сейчас отстану, давай поднимайся и пошли в дом.

— Я никуда с вами не пойду.

— Не выводи меня сука. Я сказал встала и пошла в дом, или может хочешь чтобы я тебя за волосы туда отволок? — мое терпение приближалось к нулевой отметке и я уже шипел от злости, как кусок расколенного железа.

— Что вам от меня надо, отпустите меня пожалуйста, я ничего вам не сделала. Я обещаю что ничего никому не скажу.

— Что за детский сад блядь! — сжимая кулаки до побелевших костяшек. Еще одно слово, и я ее придушу.

Просто возьму и сломаю двумя пальцами, эту нежную шейку.

— Я сказал блядь в дом пошла, быстро. Не испытовай, мое терпение девочка. — утробным, звенящим сталью, пронизаным дичайшей яростью голосом, чеканя каждое слово.

— Живо блядь!

От его "живо", волосы на моей голове и теле встали в постойке смирно, а увидев взгляд хищника наполненный тьмой, и волчий оскал что искривил его рот, меня окатило волной ледяного пота.

С трудом выдерживая на себе его дьявольский взгляд и давление его бешеной, разрывной энергетики смогла все же поднятся с земли, и протопать своими босыми ногами в дом, оставляя за собой пыльные следы. Это животное прошло следом даже не прикрыв дверь.

— Проходи на кухню, прогремело в спину.

— Прямо по коридору и на право.

— Какого хера ты постоянно меня бесишь? Тебе, что, за это отдельно платят?

— Какого чёрта, ты то орешь блядь, то куда-то бежишь, то кошки-мышки, то прятки.

— Игры твои, уже заеб**ли!!! — ревел как бешеный, черный насорог. — просто отключая своим голосом всю мою систему жизнеобеспечения.

Наверно я умерла или сказалось нервное потрясение от пережитого шока, потому что меня прорвало.

— Я к вам в гости не напрашивалась, вы сами меня к себе притащили! Держите взаперти как пленницу, морите голодом, насилуете, натравливаете на меня своих переросших собак с дурацкими кличками и постоянно делаете из меня виноватую. Ничего не объясняете и хотите, чтобы я ещё сидела на месте и не дергалась, а не слишком ли много просите? — к концу речи меня колбасило так, что зуб на зуб не попадал, а беря под контроль свою разнузданую челюсть истратила последние силы, и уже не справляясь со слабостью в ногах, просто сползла по стеночке на пол.

— У тебя блядь что, режим самосохранения вообще отсутствует?

— Ты слабоумная или тупая? — судя по интонации это голос из приисподни, потому что я точно трупп.

— Первое, я не обязан ничего тебе обьяснять.

— Кто ты такая блядь? С хуя я буду держать отчёт перед грязной шлюхой. То что ты оказалась целкой сути не меняет.

— Я склонен верить что тебя подослали и ты подставная.

— И да, ты виновна блядь, пока не доказано обратного.

— Я уже давно не верю в случайности!

— И во вторых.

— Тебя никто не насиловал, ты и сама была не прочь. Пожирала меня глазами, облизывалась и текла мне на пальцы, а потом заднюю включила.

— Такой номер девочка, с большими дядями не проходит.

— Запомни, на будущее!

— Что, про бабки вспомнила, бесплатно не даешь или это в договоре не прописано?

— Чтоооо? Да, как вы смеете! Вы постоянно меня оскарбляете. Какие бабки? Какой договор? С кем?

— А вот ты мне блядь и скажи, с кем?

— Да я вас даже не знаю!

— Я даже не знаю, как вас зовут. — уже дрожащими от надвигающейся истерики губами.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Почему в мою невиновность, вы поверить не можете?

— А в виновность, можете?

— Запомни сладкая! Виновен — пока не доказано обратного и даже потом.

— И в третьих.

Логинов Александр Андреевич.

Глава 20

Стою, смотрю на неё и думаю.

Как ты до такого докатился мужик?

Наверное без мозгоправа, на этот раз не обойтись.

Как зареванная, босая, с опухшим носом шлюха, может вызывать у меня сексуальное возбуждение?

Это пиз*ц какой то!

Я грёбаный извращенец!

— Дерьмо! — чертыхаясь себе под нос подошел к бару.

— Алкоголь наше все!

Открыл бутылку и плеснул себе в стакан янтарной жидкости.

Начинать утро с бухла конечно та ещё радость, но что делать, если член колом, мозг кипит, а впереди длинный день. И тут только три дороги первая грохнуть ее, вторая трахнуть ее, ну или нажраться до усрачки.

— Будешь? — приподняв стакан, взмахом головы предлогая выпить источнику своей головной боли.

— Нееет, спасибо. Я не употребляю спиртные напитки. — проблеяла эта коза.

— А я выпью! — и в глоток опрокинул в себя содержимое.

— Кофе? Чай?

Прозвучало больше как вынужденая мера, чем жест доброй воли. И Юля даже хотела снова отказатся, но ей необходимо было чем то занять трясущиеся руки, да и вообще переключиться.

— Кофе. — подняла глаза на мужчину и тут же опустила. Раздумывая о своей нездоровой реакции, которую вызывает обнаженное тело этого зверя.

Разглядывала огромные мужские ступни, и только убеждалось в том что сошла с ума, и по всей видимости пропустила вопрос.

— Эй……….. — Американо, эспрессо?….. - наконец получив внятный ответ, Малыш достал чашку и запустил кофемашину.

— Дальше сама.

Юля поднялась с пола и забрала свой кофе.

— Спасибо! А конфетки случайно нет? — решила понаглеть и устроить хозяину дома проверку на щедрость.

— Боюсь, что конфетки нет. — с нотками легкого раздроженния в голосе и видимым напряжением, как если бы внутри происходит конфликт.

И через секунду.

— Кажется в холодильнике был торт. Подойдет? — уже не так нервно.

— Да!

Юля даже сразу, как то оживилась.

Логинов подошел к холодильнику, достал торт, поставил его на стол.

— Тарелки в крайнем, верхнем ящике. Ложки и вилки в нижнем. И отступил назад, оперевшись пятой точкой о столешницу.

Вот это был торт!!!

Оболдеть, не торт, а мечта, из взбитых сливок с клубникой, только от одного вида рот до отказа наполнился слюной, которая кажись уже стекала с уголков губ.

Конфетки, шоколадки, тортики это вообще моя слабость! Никогда не могла себе отказать. Лучше провести лишний час тренировки, чем лишить себя этого.

Юля быстро нашла все необходимое и отрезала себе большущий ломоть.

Она была маленькой, а ела как большая. Её бабуля всё время удивлялась! Куда всё это влезает?

Стараясь не обращать внимания на присталньный интерес хозяина дома, девушка сделала первый глоток кофе и положила себе в рот просто огроменный кусок торта, ели ели уместившийся во рту.

Закатив глаза от наслаждения, издовала урчащие звуки удовольствия. Проглотив нежнейшее лакомство, слизала кончиком языка прилипшие к губам крошки и размазанный крем.

Приподняв ресницы, поймала на себе горящий голодом, хищный взгляд самого дьявола, громко сглотнула.

А через секунду он накрыл ее, испачканый кремом рот своим. До боли кусал зубами ее губы рыча так, как будто он никогда не пробовал ничего вкуснее, словно наслождается вкусом, утопая в насыщености ее оттенков.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Я опешила, растерялась, уперлась руками в его обнаженную грудь, чувствуя под ними его мощь. Меня бросает в жар, его напор ломает мое сопротивление.

Мы так, не договаривались.