Жена чудовища (СИ) - Громова Ксения

Мы прошли мимо регистратуры, и нас никто не посмел остановить. Мы поднялись на второй этаж, и Абрам подвел меня к палате номер пятнадцать.

— Она здесь? — зачем-то спросила я, цепляясь за руку Абрама. Голос мой снизился до шепота. Я очень волновалась перед встречей с Паулиной. Что ждало меня там, за этой дверью? Я боялась даже представить, в каком состоянии она? А вдруг она считает меня виноватой в том, что с ней произошло? И много-много других страшных мыслей роились в моей голове.

— Да. Даю вам десять минут, потом поедем домой. Поняла? — в своей обычной строгой манере спросил Абрам и, когда я кивнула, отошел к стене, на которую сразу же облокотился.

Я сделала глубокий вдох и открыла дверь.

23 

Керри

Я открыла дверь и вошла в палату. И тут же волна облегчения затопила меня: Паулина была в сознании и даже улыбалась. Но причиной ее улыбки была не я, а мужчина, который сидел на стуле, стоящим напротив кровати. Они разговаривали так увлеченно, что даже не заметили меня. Я не знала, что за мужчина, поэтому я тихо отступила в коридор. Обернулась и посмотрела на мужа.

Абрам тут же нахмурился и оттолкнулся от стены.

— Тут какой-то мужчина… — прошептала я, и Абрам без лишних слов отодвинул меня в сторону и вошел в палату. Он же сразу узнал гостя моей подруги.

— Ник? — строгий голос Абрама эхом отразился от стен. Подруга вздрогнула и вцепилась в покрывало. Ее улыбка слетела с лица, и девушка испугано покосилась в сторону двери. Ник нахмурился и встал со стула.

— Командир, — ответил Ник, а потом вновь посмотрел на Паулину, — Не бойся…

Абрам засунул руки в карманы брюк.

— Что ты здесь делаешь? — спросил муж. А я не понимала: злился он или нет? Если злился, то почему? — Ушел с поста?

— Виноват, — Ник смело встретил взгляд Абрама, — но я не мог не навестить Паулину. Вы понимаете.

Несколько секунд мужчины смотрели друг на друга, а потом Абрам кивком головы указал на дверь.

— Свободен, герой-любовник, — Абрам усмехнулся, а подруга тут же покрылась румянцем. Неужели между ней и Ником зарождались отношения?

Ник в последний раз посмотрел на мою подругу, а после вышел из палаты. Муж повернулся ко мне и сказал:

— Десять минут.

А потом вышел, закрыв за собой дверь.

Я посмотрела на подругу и улыбнулась. Паулина ответила мне тем же, а потом слабой рукой указала мне на стул, где до этого сидел Ник. Я быстро подошла и села. Не удержалась и взяла подругу за руку. Какая же Паулина бледная!

— Как ты?

— Уже лучше… Голова болит. У меня сотрясение, а еще я потеряла много крови, меня ранили… — взгляд Паулины затуманился, будто она вновь перенеслась в ту ужасную для всех ночь.

— Ты… ты помнишь, кто на тебя напал?

Подруга покачала головой и сжала мои пальцы.

— Нет… Но Ник сказал, что всех уже наказали.

Я кивнула.

— Хорошо… — я еще раз кивнула и замолчала.

Минуты две мы молчали. У меня были вопросы к ней, но я не хотела показаться навязчивой.

— Ник мне рассказал кое-что… — заговорила Паулина, закусив нижнюю губу, — И я не считаю тебя виноватой. Ты защищала себя. Не смей винить себя. Наш мир жесток. Я давно это усвоила. И ты, думаю, тоже. Либо ты, либо тебя. Ты просто защищала себя.

— Спасибо… — с благодарностью произнесла я. — Но меня спас Абрам, а не я. Я же наоборот больше тянула себя на дно. Поэтому мне пришлось заплатить…

— Что он сделал? — тут же нахмурилась подруга, — он тебя к чему-то принуждал.

Я отрицательно покачала головой.

— Он дал мне выбор. И я согласилась. Теперь я его жена…

— Что?!

Кивнула. А что еще сказать?

— Но зачем ему это? — задала вопрос Паулина, который мучил меня тоже, — Не думай, что я как-то принижаю тебя, ты привлекательная девушка, но… Женитьба? Сколько вы знакомы? Месяц?

— Я не знаю… — ответила я. Ведь я действительно не знала, какие мотивы были у Абрама.

Я открыла рот, чтобы рассказать о своих мыслях, но дверь позади нас открылась, и я обернулась. В дверном проеме стоял муж.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Время вышло. Пора домой, Керри.

Я повернулась к Паулине и аккуратно обняла ее.

— Пожалуйста, поправляйся быстрей. Мне тебя не хватает.

— Обязательно! — Паулина улыбнулась мне, а потом легонько подтолкнула меня к двери. — Иди, давай. Тебя ждут.

Я подошла к мужу, который сразу же положил мне ладонь на спину.

— Выздоравливай, — сказал Абрам, и мы вышли из палаты.

По дороге домой я опять не знала, куда себя деть. Фил действовал мне на нервы. Абрам же вновь никак не комментировал мое напряжение.

Двадцать минут растянулись на часы.

А когда мы пришли в комнату Абрама, мужчина преобразился.

— Села за стол. Быстро.

Он злился. Что случилось?! Господи… мне стало немного страшно, я напряглась, но послушно опустилась на стул.

Абрам сел напротив, а потом спросил прямо в лоб.

— Что тебя связывает с Филом?

24 

Керри

Муж строго смотрел на меня, а я задумала, может ли он хоть иногда быть чуть мягче? Нет, точно нет. Таким, как он, нельзя. Расслабится и все. Убьют.

— Керри, я задал тебе вопрос.

Я опустила голову, чтобы он не видел моих слез. Мне было больно. Очень больно. Стоило закрыть глаза, а в ушах сразу же стояли крики матери, которые рвали мне душу.

— Керри, я теряю терпение.

Я всхлипнула и подняла голову. Мне нужна была поддержка, я хотела просто поплакаться.

— Он приходил к моей матери… Заставлял ее спать с ним, — начала тихо рассказывать я, стараясь контролировать свои эмоции, — а взамен он давал нам продукты.

— Где твой отец? — задал вопрос Абрам, он взял в руки карандаш и стал крутить его.

Я пожала плечами.

— Я не знаю, мама родила меня в пятнадцать… Думаю, отец ее просто изнасиловал… Не знаю.

— Продолжай.

Я кивнула. Чем ближе я была к самой страшной части, тем сильнее становилась моя боль. Горло пересохло.

— Можно попить?

Абрам кивнул и поднялся из-за стола. Быстро налил мне воды из графина и протянул стакан. Я жадно выпила все до последней капли, перевела дыхание и продолжила рассказывать свою историю кошмара.

— В последний раз, когда Фил пришел, он хотел, чтобы я смотрела, как он… И моя мама… Как они… — голос задрожал, и я всхлипнула. Как же больно. И эта боль, сомневаюсь, когда-нибудь пройдет.

— Я понял. Продолжай, — в руках Абрама вновь появился карандаш.

— Но мама впервые взбунтовалась. Она начала выгонять его, а потом ударила по голове… Она оскорбила и унизила его. Она защищала меня! Но через одну ночь он пришел. И не один. Как оказалось, в нашем доме был тайный проход. Мама спрятала меня, а сама осталась. Я слышала ее крики. Они били ее… — я заплакала, но продолжила говорить, — а я не смогла долго слушать. Поэтому побежала по проходу, а потом нашла Паулину и ее маму… Дальше я попала сюда… Все.

Я услышала треск: Абрам сломал карандаш, который все это время держал в руках.

— Я понял тебя, отдыхай. Завтра…

Муж не успел договорить, как в дверь постучали.

— Входи, — отдал приказ Абрам, и через секунду в комнату вошел Ник.

— Что случилось? — спросил Абрам, нахмурившись.

— Губернатор вызывает вас. Собрание.

Командир усмехнулся, но все-таки взял меня за руку и повел на выход из комнаты.

— Со мной пойдешь, — сказал мне Абрам, — а ты, Ник, следи за ней. Понял?

Ник кивнул и последовал за нами. Мы пришли в кабинет, где кроме Аврама, было еще человек пять. И, как я поняла, если судить по военной форме, это были командиры.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Аврам был не рад меня видеть. Вообще. От слова совсем. Он поморщился.

— Зачем ты притащил ее сюда? — спросил губернатор.

— Притащил, значит, так надо. Еще вопросы?

Командиры переглянулись, а кто-то даже усмехнулся. И эта реакция не укрылась от Аврама. Он покраснел, но потом выпрямился, и усмешка появилась на его лице.