Мышка для Котова (СИ) - Котлярова Екатерина

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Я вскакиваю с его бёдер и складываю руки на груди. Марк смотрит на меня взглядом побитой собаки, а потом направляется в дом. Иду следом, пылая от злости и желания швырнуть что-нибудь тяжёлое ему в спину.

— Вот твоя комната, — открывает передо мной дверь. — Ванная и туалет в конце коридора. Всё нужное бельё в шкафу, — Марк уходит, оставив меня одну в просторной комнате, которая, несомненно, некогда принадлежа парню.

Опускаюсь на кровать и даю волю слезам. Марк женится. Он скоро женится. На другой.

Глава 20

Марк

Пью виски прямо из бутылки, развалившись в кресле на веранде. Но обжигающая жидкость не помогает заглушить душевную боль. Мне херово. Мне настолько херово, что я позволяю себе заорать в голос. Затягиваю уже пятой сигаретой за вечер. В горле печёт, глаза слезятся от едкого дыма. Но мне хочется хоть на сотую часть выжечь из груди вину, злость и бессилие, которые бушуют внутри. И самое говняное, что я не вижу выхода из ситуации.

Наверху, в моей комнате, на моей кровати спит Анюта. Моя маленькая смешная девочка, которая старательно показывает свои колючки, пряча свою ранимую душу. Мой маленький мышонок, в которого я влюбился до помутнения сознания два года назад, разбив ей сердце, не видя иного выхода. И сейчас, когда увидел её в аэропорту, понял, что убеждения и все попытки выкинуть из головы, забыть и отпустить девчонку с треском провалились. Я не смог держаться от неё на расстоянии. Тянуло к ней как магнитом. Будто весь мир сузился до района, где жила ма. Только туда вели все дороги.

И я снова причинил ей боль. Снова. Я конченный мудак, но ничего не могу с собой поделать. Не могу не касаться её. Не могу не целовать её охр*нительно сладкие губы. И кто бы знал скольких усилий мне стоит не сорвать все преграды и не погрузиться в неё на всю длину члена. Почувствовать тесноту её тела. Идеального тела. И с каждым разом становится всё сложнее. Потому что она отвечает на мои поцелуи. Так искренне. Так сладко. Ох, бл*тство. Как же я хочу её. Каждую минуту. Каждое мгновение. Чтобы заклеймить. Пропитать запахом. Пометить её. Сделать своей до каждой клеточки тела.

Но не могу бл*ть. Не могу. Потому что знаю, что я бл*ть должен жениться. Обязан. На девке, которую не видел ни разу в своей жизни. На девке, свадьбу с которой отложили два года назад из-за того, что она наркоманка и лечилась в больничке после передоза. Оху*ть бл*ть! Хорошенькую партию мне дед подогнал. Старый маразматик, чьей кончины я ждал всеми фибрами души.

Разговоров о предках родители не заводили никогда. Знал только, что мама сирота, а у бати есть отец, о котором батя говорил, что-то типа — живёт далеко, общаемся плохо, подрастешь расскажу. Но рассказывать не пришлось.

Три года назад

Шёл на остановку, когда дорогу преградил здоровый бугай.

— День добрый, Марк Глебович. Прошу пройти со мной.

— Что? Ты кто? — сказать, что я наложил кирпичей в штаны, ничего не сказать.

У бати бизнес был легальным, и вроде как конкурентов, которые решат пришить его семью, у него не было. Но этот мужик бандитской наружности, с золотым вставным зубом и кобурой не внушал доверия и желания куда-либо идти. Кинул быстро взгляд в сторону, прикидывая пути отхода. На дороге, распахнув двери, стоял чёрный джип с тонированными стёклами. За спиной услышал тяжёлые шаги, которые заставили напрячься ещё сильнее. Здраво оценивая свои силы понимаю, что даже с этим бритоголовым мужиком шестнадцатилетний пацан справиться не сможет, не смотря на ежедневные тренировки по боксу. Но выиграть время и, возможно, скрыться смогу. Увидел, что к остановке подъезжает автобус.

Я был уже на низком старте, когда меня долбанули по башке, и я провалился в темноту.

Пришёл в себя в машине, со связанными руками и повязкой на глазах. Полный треш.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Ты совсем, Бес, с катушек слетел? Босс тебя грохнет. Ты хоть знаешь, что это за пацан? — манерный голосок, который вызывает желание поморщиться и промыть уши, чтобы забыть его звучание.

— Мне срать, Юлик, — знакомый голос бугая с золотым зубом. — Мне сказали доставить сегодня этого мальца, я доставлю.

— А если ты его грохнул? — чувствую, что машина останавливается.

— Не грохнул. Выгружай тело, доставили мальца на место, — слышу, как дверь возле головы открывается. Меня выволакивают из машины и, не обращая внимания на пинки, маты и попытки вырваться тащат в неизвестном направлении. Когда я уже мысленно распрощался с жизнью, меня усадили на какой-то стул и сдернули повязку, заставив недовольно поморщиться от яркого света, бьющего в глаза.

— Ну, здравствуй, внучек, — говорит седой мужик с прозрачными рыбьими глазами. Мерзкий тип. От одного взгляда передергивает.

Дергаю руками и обнаруживаю, что они свободны. Чудесно. В кабинете кроме меня и этого старого хрыча никого нет. На столе замечаю увесистую статуэтку. В случае чего, подойдёт для защиты.

— И Вам не хворать, — цежу сквозь зубы, продолжая взглядом исследовать кабинет на наличие тяжёлых и острых предметов.

— Я так рад тебя видеть, внук мой, — старый хрен двинулся в мою сторону. Я напрягся.

— Я Вас не знаю, — выставил руку в защитном жесте. — Какого хера меня похитили средь бела дня? И кто ты такой, чёрт возьми?

— Поганый характер отца, — холодно говорит мужик и возвращается за стол, опускаясь в кресло с величественным видом. — Такой же вспыльчивый. Ну, ничего. Это поправимо. Всю спесь собьем.

— Ответь на мой вопрос, — сверлю требовательным взглядом его морщинистое лицо.

— Я твой дедушка. Виктор Иванович. Знаешь о таком? — ставит локти на стол и сцепляет пальцы.

— Мне срать. Что от меня хочешь?

— Решил познакомиться со своим внуком, — змеиная ухмылка на лице.

— Здрасте. Я Марк. Твой внук. Приятно познакомиться, — нацепляю счастливую улыбку. — Всё. На этом знакомство можно завершить? — складываю руки на груди.

— Ну что же ты так, внучек мой родной. Дед к тебе со всей душой. Захотел узнать поближе.

— Что-то шестнадцать лет моя жизнь тебя не интересовала. Так что тебе нужно?

— Ладно. Умный мальчик, весь в деда. Ты должен жениться.

— А больше я тебе ничего не должен? Может внуков тебе ещё сделать?

— И внуков тоже. Но попозже.

— До свидания, — я встал с кресла и направился на выход.

— Сядь или Вадик прострелит тебе ногу, — холодный голос деда. Оборачиваюсь и вижу того лысого бугая, которого секунду назад в комнате не было.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Бл*ть. Возвращаюсь в кресло. Вадик по мановению руки исчезает за деревянной дверью без ручек, которую я принял за панель.

— Я нашёл тебе подходящую кандидатуру. Девчонка. Твоя одногодка. Через два года ты на ней женишься.

— Назови хоть одну причину по которой я должен это сделать. Не считая Вадика, который как шавка готов выскочить и прострелить мне башку.

— Не выполнишь моих условий, твоя драгоценная мама умрёт, а мой любимый сынок отправиться за решётку. Ты ведь знаешь прекрасно, что твоя мать болеет раком и завтра её кладут на операцию, — довольно потирает руки. — И может случиться так, что её сердце совершенно случайно не выдержит наркоза. Совершенно случайно она умрёт на операционном столе. А в нескольких отелях твоего отца, по наводке добропорядочного гражданина найдут на складе несколько килограммов кокаина. А ещё нож со следами крови некого Потапова Сергея, майора полиции, убийцу которого разыскивают уже месяц. Ах да, — старый хер каркает, смеясь, — догадайся, чьи отпечатки пальцев найдут на том ноже…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Старый мудак, — я вскочил с кресла и схватил статуэтку, в ярости собираясь нанести удар по его голове, но за его спиной скалой возник Вадик, с направленным на меня пистолетом.