Замуж за первого встречного или невеста с сюрпризом (СИ) - Стасина Евгения

-Жена-то хоть ничего? Я ведь правильно понимаю, дочку Козлова ты к этой авантюре привлекать не стал?

Киваю. Уж лучше незнакомка, чем изученная вдоль и поперек избалованная девица. Так хоть какая-то надежда есть, что разочарования еще избежать удастся. Ведь Щепкина эта на ревнивую мегеру совсем непохожа. Хотя, может, поэтому Боря ее и сбежал? Нет, вряд ли.

-Нормальная у меня жена, - есть небольшие нюансы, но зачем старика тревожить? Меньше знает, крепче спит.

-Стефанией зовут, - и я исправляюсь! Имя запомнил, теперь дело за малым осталось - убедить ее выдохнуть. А то третий день под одной крышей живем, а она как тень по дому передвигается. Молчаливая, подозрительная и неразговорчивая, словно в клетке с питоном оказалась и теперь ждет, когда же он ее целиком проглотит. Дверь в свою спальню на ключ закрывает, ведь наверняка, по ее мнению, я только и жду, когда же она заснет, чтоб подушкой придушить.

-А родители у нее кто? - папа с пятки на носок перекатывается и серые глаза щурит, всем видом своим показывая, что готов информацию записывать. На самый надежный носитель, который за шестьдесят три года еще ни разу сбоя не дал. - Надеюсь, ты ее не с улицы подобрал, а то с тебя станется!

Ежусь, в миллионный раз его прозорливостью восхищаясь, но соглашаться не тороплюсь. И пускай с улицы, зато какая! Кухню в порядке поддерживает, ватные диски на раковине не забывает, а ванну и вовсе после себя насухо вытирает. Если б не знал, что за стенкой миниатюрная блондинка живет, даже бы не заметил.

-Хорошая у нее семья: мать - повариха, отец - дальнобойщик…

-Пролетарии, значит. Ну что ж, и среди рабочих интеллигентные люди встречаются. Ты знаешь что, Григорий? Зови-ка нашу новую родню на мой день рождения. Раз уж церемонию зажал, то хоть так познакомимся. И невестку ко мне приводи, а то на улице мимо друг друга пройдем и даже знать не будем, что не чужие.

А вот это уже плохо. Отец у меня упертый, не зря заводом владеет. Если задумал что, то даже бежать нет смысла. А Стеша попробует! Уверен, как только о приглашении этом узнает, в окно сиганет.

А мне потом что делать?

-Посмотрим, - хотя правильнее отвечать, подумаем. Точнее, я все за и против взвешу, а потом уже супругу обрабатывать начну. Ведь в чем-то отец мой прав: рано или поздно в семью ее ввести придется. Чтоб вопросов лишних не задавали и, не дай бог, Алексею Павловичу не донесли, что я возлюбленную ото всех прячу. Ведь, по логике вещей, я ей хвастаться должен. Как тот же Ромка Леркой своей.

-Смотри, смотри. Только недолго, - трясет в воздухе указательным пальцем и в кресло опускается. - Четыре дня осталось.

Стеша

С недавних пор по улице передвигаться невыносимо. Только и знаю, что под ноги пялиться да по асфальту на каблуках скакать! Обострение, наверное. От беспокойства этого не деться теперь никуда. Каждый новый день только с одной мысли начинаю: и что я здесь делаю? В кровати этой с желтыми простынями, в комнате с чертовым кустарником в углу и в квартире в целом, которую изо всех сил стараюсь тщательно отмыть и при этом на месте преступления не попасться.

Хотя, чего я боюсь? Гриша меня, вроде как, полномочиями наделил! На холодильник замок не повесил и ужины мои только в путь уплетает. Может, зря я так? Если себя изнутри грызть, страхам своим поддаваться, та и до смирительной рубашки недалеко!

-Стеша! - спотыкаюсь о бордюр и лишь благодаря прохожему, вовремя меня под руку подхватившему, на тротуаре не растягиваюсь. Сбивчиво его благодарю и к моему скромному “спасибо” мужской баритон примешивается.

-Что ж ты неуклюжая такая? - Гриша незнакомцу руку жмет, вслед ему не дольше секунды смотрит и уже к пакетам моим тянется. - У меня машина есть, сказала бы, что тебе в магазин нужно, я бы отвез!

Еще чего? У нас отношения сугубо деловые, а продукты вместе закупать уж слишком интимно. Я себя знаю - пару раз с ним по супермаркету пройдусь и обязательно нафантазирую невесть что. Впечатлительная я и с этим ничего не поделаешь!

-Тут идти-то два шага. И не тяжело мне, - упорно отказываюсь ручки пакетов отпускать, а он и не думает сдаваться!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

-Давай, говорю. Перед соседями позоришь - здоровый бык, а жена пакеты сама тащит. Что хоть там? Мне без мяса нельзя, Стеш. Я от травы зверею.

-Зато полезно, - видите! Нога в ногу идем, меню на обед обсуждаем, как тут не размечтаться? И плевать, что чувств нет, так тысячи пар живут, на одном уважении. Когда от одиночества зябнешь, на что угодно согласишься!

- А ты чего сегодня так рано?

- Суббота ведь. Или ты думала, я как лошадь пашу?

Наверное. У него вон какой ремонт! Один унитаз пол Борькиной зарплаты.

-Я к отцу ездил. О свадьбе нашей рассказал.

Вон оно как!

-И что? Рад он?

-Еще бы! Требует, чтоб знакомиться к нему ехали. Ты как, не горишь желанием сверка увидеть?

Нет! Мне одного за глаза хватило. Валентин Степанович Зайцев явление незабываемое. Под стать супруге своей. До того сварливый, что я в его присутствии лишнее слово сказать боялась: готовлю я плохо, лицом не вышла, молодость сыночку его загубила и чтоб уж совсем тошно мне стало - родить не могу. Господи! А ведь права моя мама, я из ада вырвалась! И не убиваться нужно, а жизнью наслаждаться! Мысли этой улыбаюсь и очередную трещину обхожу, совсем позабыв о своем спутнике.

-Ты что делаешь? - а вот он за всем следит. И за ногами моими и за проявлением румянца на щеках.

-Ничего, - слава богу у дома покрытие свежее, еще никем не изуродованное. - А к отцу твоему я ехать совсем не хочу. Неудобно как-то. Он ведь наверняка с расспросами пристанет…

-Он в курсе. Можно сказать, сам мне и подсказал поскорее жениться.

-Как? - вот семейка! Мать завещания мудреные строчит, сын не пойми на ком женится, а глава семейства еще и поощряет все это безумие!

-А вот так. Так что на этот счет не переживай, - кивает на дверь, и я торопливо ключ к домофону прикладываю. - Посмотрит на тебя, и дело с концом.

-Правда? - ритуал свои исполняю и первым его пропускаю в подъезд, теперь разглядывая широкую спину.

-Правда.

Ну и на том спасибо! Даже дышать стало легче, а то от страха легкие словно слиплись.

-А вот тетка моя может: и расспросить, и пару советов дать. Так что готовиться будем, Стеш. У тебя ведь на выходные никаких планов нет?

Тетка? А она здесь при чем? На автомате киваю, а муж уже белые зубы свои обнажает.

-Вот и договорились. С меня обед, с тебя лист и карандаш.

-Зачем?

-Как? Друг друга изучать будем. Не знаю как тебе, а мне есть что рассказать. Так что без конспекта никак.

Глава пятнадцатая

 Стеша

Борька мой никогда не готовил. Лишь однажды вызвался мяса на ужин нажарить и как результат - новая сковородка с антипригарным покрытием полетела в мусорное ведро.

А вот Гриша в фартуке смотрится органично. Если б в мебельном бизнесе относительных высот не достиг, мог бы кулинарное шоу вести. Уж женщины точно прилипли б к экрану.

-А где масло растительное?

-В бутылочнице, - теряюсь и прячу свое смущение, низко склонившись над пустым листом. Какое право имею хозяйничать? Может, нравится ему так: чтоб бутылки в шкафу хранились, а на их законном месте пачки с макаронами? Нельзя со своим уставом в чужой монастырь…

-Прибралась, что ли? Молодец, а то у меня руки никак не доходили, - слышу и выдыхаю. Не злится. А если и недоволен, то уж очень умело это скрывает. Лоб тыльной стороной ладони трет и беспечно улыбается.

- Готова? С детства начнём.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Как на лекции, ей-богу. Разве что ни один преподаватель материал под звук скворчащей на плите рыбы не выдавал.

-Я был троечником. В аттестате одна пятерка и та по трудам.

-А физкультура? - отрываюсь от блокнота и придирчиво мужа разглядываю.

Ведь крепкий довольно, подтянутый. На обложку журнала с обнаженным торсом, конечно, не поместишь,но и излишков жира на его теле не отыщешь. А это ли не признак того, что Полонский за своим весом следит? Он наверняка, как Борька, за раз десяток котлет не приговаривает… Интересно, Катька ему такие жарит: чтоб свинины побольше, батон в молоке вымоченный и фарш непременно отбить?