Он меня достал. Она меня достала (СИ) - Блашкун Елена

— Но для чего? Почему я? — не унималась сомневающаяся натура девушки. Марина просто протянула ей телефон и с нажимом сказала:

— Звони.

— Но…

— У тебя все равно выходной, так что нечего тянуть!

Ника послушалась сестру и, как и раньше, ни на минуту не пожалела об этом. Уже через несколько часов они встретились с Аней в одном из кафе торгового центра и обсудили все подробности. Женщина прекрасно видела смятение девушки, а потому согласилась на ее условия.

Уже на следующий день Ника появилась в «Эдеме» в качестве официантки, но довольно скоро поняла, что ей этого мало. С разрешения Суворовой, она кочевала с одной должности на другую, до предела впитывая все навыки и знания, которые могли бы ей пригодится. Только освоив их и доведя до автоматизма, девушка снова меняла профессию, понимая, что ей становится скучно. За полтора года Ника узнала подноготную каждого служебного помещения комплекса и то, с какими сложностями могут сталкиваться работники, но ей все еще было мало. Тогда Аня взялась обучать ее искусству управления гостиницей, вводя в курс дела и даже доверяя особо сложные задания. Ей нравилось рвение и готовность ученицы познавать новое, а также ее потрясающая выносливость. А ведь помимо работы были еще и последние курсы в университете, учебу-то никто не отменял.

Суворова сознательно лепила из Ники того человека, которого ей хотелось бы видеть у руля гостиничного комплекса — серьезного, жесткого в делах и вместе с тем способного проявлять гибкость в общении с людьми, кем бы они ни были. Она по крупицам доставала из молодой девушки все эти качества, искореняя стеснительность, нерешительность, и страх перед мнением окружающих.

Как-то женщина даже призналась, что именно стремление довести все до совершенства и нежелание щадить себя на работе, помогли ей разглядеть в обычной, ничем не примечательной официантке, сродненную душу. Она поняла, что только такой девушке она сможет доверить «Эдем», когда самой станет невмоготу.

И Аня не ошиблась. Спустя почти два года Вероника вынуждена была занять место временно исполняющего обязанности директора гостиничного комплекса. Девушка надеялась, что это действительно лишь временная должность, и очень скоро ее вновь займет Аня, но Суворова так и не вернулась к своему детищу — онкология лишила ее последних сил. Через шесть месяцев женщины не стало, и Ника почувствовала, что вместе с ней погибла и ее собственная душа. Тело жило, но сознание отказывалось принимать случившееся до тех пор, пока она не поняла, что боль от потери может быть еще сильнее.

Возможно, отчасти из-за любви и привязанности к своей наставнице, Вероника и стала встречаться с Сережей. Парень сразу же заметил новенькую в «Эдеме», но первые несколько месяцев она даже не рассматривала вариант иметь с ним какие-либо отношения. Возможно, так было из-за того, что о нем ходила достаточно дурная слава отпетого повесы и наглого мажора. Ни то, ни другое Нике не нравилось — она никогда не понимала, как люди могут гордиться тем, что родились в обеспеченной или родовитой семье.

Однако Сережа был настойчивым и умел добиваться того, что хотел. Он сумел доказать Нике, что большая часть сплетен, что ходят о нем — не что иное, как клевета завистников. Сам же парень оказался достаточно нежным, внимательным и любящим молодым человеком. Положа руку на сердце, девушка могла сказать, что никогда не могла заподозрить его в измене или том, что он может обманывать ее как-то иначе.

Ее приятно удивило то, как он проявил заботу о матери и ней, когда Аня слегла. У девушки даже не оставалось сомнений о том, что это именно он звонил матери в тот вечер, когда Суворова подвозила ее. Да, когда-то случайно мелькало упоминание какого-то брата Сержа по имени Алекс, но сама Ника его никогда не видела, как, наверно, и большая часть сотрудников «Эдема». Девушке было даже неинтересно вникать в семейные тайны, чтобы узнать, почему он не живет с матерью. Единственный раз, когда Алекс почтил семью матери своим присутствием, был во время похорон. Но даже тогда надменный родственничек едва вытерпел прощание и половину поминального обеда, после чего умчал в неизвестность. После этого Вероника окончательно утвердилась во мнении, что из этих двоих именно Сержу досталась роль хорошего сводного брата.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

После смерти Ани их отношения сошли на нет — девушке было сложно находится рядом с сыном любимой подруги (а ведь за эти пару лет Аня действительно ею стала!) и казалось, что это лишь привычка — никакого трепета при мысли о любимом, как и необузданной страсти, не оставалось. Говорят — любовь живет три года, но в их случае она не просуществовала даже такого короткого срока. Да, Серж по-прежнему хотел быть вместе и клялся ей в любви, но для Ники было физически больно находится с ним рядом и обрекать на ложные надежды. Она отчетливо поняла, что охладела к парню и не представляет себе их общего будущего.

То, что произошло дальше никак не укладывалось у нее в голове. В тот вечер она сильно поругалась с Сережей — хотела спокойно поговорить и сообщить о том, что им пора разойтись, но все вышло совершенно иначе. Мужчина разозлился, а она — вспылила. Кажется, их ссору слушали все постояльцы и персонал «Эдема», но им было наплевать. Злость от того, что Ани нет, копилась в них месяцами и наконец нашла выход. Впервые в жизни Ника ушла, хлопнув дверью. В прямом и переносном смысле. Она села в машину — ее уже почти час ждала сестра с маленькой племянницей, так что приходилось гнать на полную. А дальше…дальше была трагедия и боль.

Первым, кого увидела Ника в больнице был Серж. Его уставшее осунувшееся лицо заросло щетиной, а под глазами залегли тени. Он рассказал ей о произошедшем, и стало еще хуже и больнее.

Несколько месяцев пришлось провести в больнице — сначала медикаментозная кома, после — лечение и реабилитация, и все это время мужчина, которого она бросила накануне аварии, был рядом. Ни словом, ни жестом он не упрекнул ее, и только шептал «Я так боялся».

Конечно, после такого Ника не могла с ним расстаться, да и не хотела. Случившееся сильно повлияло на нее и помогло переосмыслить все поступки и мысли. Девушке пришлось признаться самой себе, что она ошиблась, и это далось ей слишком дорого.

Глава 6

Ноутбук обиженно мигнул и разрядился. Черт, и зарядка, как на зло, осталась в комнате! Алекс раздосадовано взъерошил волосы и вздохнул — он почти закончил мониторить сайты компаний, занимающихся кибербезопасностью в Украине. Да уж, специалисты тут были хорошие, но и новой компании место найдется — их с отцом детище собиралось обеспечивать не только цифровую, но и физическую безопасность клиентов. Осталось дело за малым — доукомплектовать штат и решить все юридические формальности. Хорошо, что у Громова-старшего на родине остались свои связи, и специалисты уже подготовили все бумаги и даже нашли подходящее здание и оборудование для того, чтобы начать работу. Алекс же занимался изучением рынка и искал пути сделать компанию по-настоящему уникальной.

Мужчина бросил взгляд на рабочий стол Ники и понял, что вариантов у него не так уж и много — если выйдет из кабинета, то Алиса или дед обязательно его втянут в очередной разговор, и работа на сегодня будет закончена. Да и блонда наверняка не отказалась бы уступить ему свое место — сама-то сегодня уехала за какими-то материалами для «Эдема». Вообще он уже заметил эту ее странную привычку — стараться все лично контролировать, будто кроме нее никто с этим не справится.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Быстро введя пароль доступа, Алекс решил продолжить начатое дело, однако, ему вдруг захотелось покопаться в финансовых отчетах. Да, он все еще искал подвох в работе будущей невестки, но пока, по каким-то непонятным причинам, так и не мог его найти. Мысли о том, что его не существует, он даже не допускал — скорее уж был слишком занят другими делами. Ну, или блонда слишком хорошо заметала следы.

Спустя почти час копания в различных папках, программах и отчетах (во время которого пришлось взломать несколько несложных паролей!) Алекс наконец-то наткнулся на то, что искал.