Проблема по соседству (СИ) - Уорд Пенелопа

— Ой. Я помешал? Переписываешься с мальчиками?

— Нет.

Он подозрительно посмотрел на меня.

— Врунишка.

У меня вырвался нервный смешок.

— Хочешь кофе?

— Пытаешься сменить тему?

— Возможно.

— И все-таки, кто тебе писал?

— Уилл.

— Доктор Опасность?

— Да.

— Слышала когда-нибудь про «опасного незнакомца»?

— Да.

— Этот термин создали про него.

— Да что ты?

— Точно тебе говорю. — Он налил себе кофе и снова повернулся ко мне. — Ладно, шутки в сторону. Ты идешь на свидание с доктором Недоумком? Серьезно?

Я кивнула.

— Завтра вечером. Чем он тебе так не нравится?

— Он хам.

— Почему это?

— Он начал раздевать тебя взглядом еще до того, как узнал, что мы не пара.

— Может, он просто проницательный.

— В смысле?

— Он почувствовал, что ты меня презираешь. Это бросалось в глаза.

— Куда он поведет тебя?

— Пока что не знаю.

— Узнай.

— Зачем?

— Если ты пропадешь, я сообщу полиции, откуда начать поиски.

***

Приближался вечер, и я понятия не имела, что же надеть. Уилл сказал, что поведет меня в ресторан у моря в соседнем городке Тивертон. Ночь обещала быть теплой и влажной, поэтому я склонялась к легкому платью-трубе с цветочным принтом, которое купила в начале лета, когда ходила за покупками с Джейд.

Из глубины коридора донеслось пыхтение Джастина.

Опять? Только не это.

Я не рискнула идти туда, дабы не стать свидетелем очередной сцены самоублажения. Через несколько минут к тяжелому дыханию прибавились звуки ударов. Я решила нарушить свой зарок не вмешиваться и пошла посмотреть, что там происходит.

Оказалось, что Джастин выбивал дурь из боксерской груши в тренажерной комнате.

По его рельефной спине стекали капли пота. Он был в наушниках, и мне было слышно, как в них гремит музыка. Стискивая зубы, он бил все сильнее и сильнее. Мое сердцебиение ускорялось с каждым ударом.

Когда я осторожно приблизилась, он прорычал:

— Отойди.

Я вздрогнула, когда его рука пронеслась в опасной близости от меня.

Я отступила в угол, но не ушла. Раньше я уже видела, как он занимался, но сегодня все было иначе. Сильный и мужественный, он был похож на дикого зверя. Может, он вымещал на груше сексуальную неудовлетворенность? Ведь Джейд так долго не было. Как бы там ни было, энергия, которую он источал, завораживала, и я не могла оторвать от него взгляд.

Внезапно он остановился, вынул наушники и подошел к дверному проему, где был устроен турник. Мои глаза, пока он подтягивался, следили за каждым движением его тела, за каждым сокращением каменных мышц.

Он спрыгнул с турника и вытер вспотевший лоб.

— Больше нечем заняться, кроме как смотреть, как я занимаюсь? Разве ты не должна наряжаться к свиданию?

— Я уже нарядилась.

— Это что, платье Джейд?

— Нет. Оно такое же, как у Джейд, но мое. Мы купили одинаковые платья в одном магазине и в один и тот же день.

— На ней оно выглядит более-менее. А на тебе… просто нелепо.

Я похолодела.

— Считаешь, я толстая?

— Нет, но твое тело отличается от ее. Ты в этом платье выглядишь неприлично.

Я вдруг почувствовала себя голой.

— О чем ты говоришь?

— Ты хочешь, чтобы я сказал это вслух?

— Да.

Он взял меня сзади за плечи и поставил перед зеркалом на стене. От прикосновений его сильных рук по моей спине побежали мурашки.

— Посмотри. Твоя грудь вылезает из выреза. А соски выпирают прямо посередине этих цветов.

Мой разум заволокло туманом. Я могла воспринимать лишь тот факт, что позади меня — его разгоряченное и вспотевшее тело. Тогда он развернул меня и прожег взглядом. Он был слишком близко, и под натиском его сексуальности у меня слабели колени.

— Взгляни на свою задницу. Ее еле прикрывает подол. На что, как ты думаешь, будет смотреть доктор Дулитл, когда ты так одета?

— Ты правда думаешь, что это платье настолько ужасно?

Он внезапно отошел от меня и вернулся к турнику. У меня покалывало соски. Я хотела, чтобы он снова схватил меня.

— Я думаю, что ты выглядишь в этом платье, как шлюха. — Он несколько раз подтянулся, затем с грохотом спрыгнул на пол. — Ты правда не осознаешь этого, да?

— О чем ты?

— Ты никогда не догадывалась, какой производишь эффект.

— Можно конкретнее?

— Когда мы были подростками, ты садилась ко мне на коленях, клала на меня свои руки, перебирала волосы, обнимала все время, прижимаясь этими своими огромными титьками. Я постоянно ходил с гребаным стояком и ничего не мог с этим поделать. А ты и понятия не имела, каково мне.

— Нет, не имела.

— Теперь-то я это знаю. Ты даже не представляешь, сколько раз мне приходилось защищать тебя у тебя за спиной. Парни обсуждали твое тело, говорили пошлости о тебе прямо передо мной. Знаешь, сколько раз я влезал из-за тебя в драки?

— Ты никогда мне этого не рассказывал.

— Не рассказывал, да. Потому что хотел защитить твои чувства. Я так сильно старался защитить тебя от дерьма, и именно это в итоге сыграло со мной злую шутку.

— Прости.

Он вскинул руки.

— Знаешь, что? Неважно. Забей. Зря я опять поднял эту тему. Мы же закончили разговор.

— Хорошо.

— Я бы хотел продолжить тренировку, если ты не против. Один.

— Хорошо.

Вернувшись к себе, я услышала, что он снова начал молотить грушу с полной самоотдачей. Отходя от его слов, я не могла не спросить себя, а не был ли Джастин прав? Может, я и правда была невнимательной. Но ведь он тоже не признался мне в своих чувствах. Я что, должна была читать его мысли? Чувствуя необходимость высказаться до конца, я вернулась в коридор и под звук ударов заговорила:

— Ты спрашивал, почему я никогда не говорила тебе о своих чувствах. Однако ты сам признаться тоже зассал.

Джастин перестал бить, но оставил руки на груше и прислонился к ней лбом. Ему понадобилось несколько секунд, чтобы отдышаться.

— Я думал, мое отношение и так очевидно. Разве нет? Все те гребаные песни, которые я тебе посвятил… Ты когда-нибудь видела меня с другими девчонками?

— Нет. Но ты признался, что целовался с кем-то перед той вечеринкой у Брайана.

— Я поцеловал всего одну девушку. Хочешь знать, почему? Потому что не хотел облажаться, когда у нас наконец-то дошло бы до поцелуя. Я хотел, чтобы первый настоящий поцелуй у меня был с тобой. И поцелуй, и все остальное. Но я боялся, что ты еще слишком юная, поэтому ждал. Я не хотел торопить события и все испортить. Но ты права. Отчасти я и правда зассал признаться тебе.

— Жаль. Ты был нерешительным, а я недогадливой. Эти два «не» нас подвели. Минус на минус не дал плюс.

— Минус на минус не дал плюс? Ты это только что придумала?

— Да.

— Какая сентиментальная хрень.

— Спасибо большое.

— Иди лучше готовься к свиданию со своим докторишкой.

Я рассмеялась, чувствуя облегчение от того, что он теперь улыбался.

— Поможешь мне?

— Что? С какого рожна тебе нужна моя помощь?

— Помоги мне с выбором наряда. Потому что ты прав. Это платье немного откровенное.

— Немного? Да тебе завтра же позвонят из «Плейбоя», если я скину им твою фото.

— Хорошо. Не немного, а очень.

— А ты не можешь разобраться сама? Это просто. Прикрываешь сиськи и задницу. Все.

— Ага. Но я хочу выглядеть хорошо. Ты же знаешь, что у меня есть привычка выбирать странные вещи. Мешки от картошки и все такое. Я будто бросаюсь из крайности в крайность и не знаю, как найти золотую середину.

— Ладно, — сдаваясь, выдохнул Джастин и пошел за мной в мою комнату.

Я начала доставать платья из шкафа и одно за другим бросать на кровать.

— Как насчет этого?

— Шлюховатое.

— А это?

— Еще хуже.

— Хорошо. Это?

— А сандалии к нему у тебя есть?

— Окей… Это?