Джон Кейн - Актриса года

— Но рано или поздно она все равно узнает, — мурлыкнула Карен, щекоча кончиком ногтя сосок.

«О Господи Иисусе, что же она со мной делает?!» — подумал Колин.

— Ладно, там видно будет, — сказал он и тихо застонал.

— Как скажешь, любовь моя, — пробормотала Карен и принялась за другой сосок. — Не хотелось бы, чтоб ты счел меня слишком требовательной или амбициозной. Как леди Макбет…

— Но при чем тут она?.. — задохнувшись от охватившего его желания, простонал он.

— Просто последнее время я часто думаю о леди Макбет, — ответила Карен.

Колин насторожился.

— Все прикидываю, как лучше сыграть эту роль. И у меня появилась масса интересных идей, — добавила Карен.

«За все надо платить», — подумал Колин.

— И знаешь, я думала о ней не как об отдельно взятой женщине, но о проблеме в целом, — не унималась Карен. — Вдруг вчера ночью меня осенило. Ее мучили не только выпачканные в крови руки. Она мучилась сознанием вины, вот что!

— Страшно интересно, — согласился Колин. Наверное, он все же совершил роковую ошибку, предложив Карен эту роль. Нет, в современных фильмах она играла не так уж плохо, но классику вряд ли потянет.

— Вот увидишь, малыш, — мурлыкнула она и стала тереться об него грудями, — я буду самой потрясающей леди Макбет на свете! — С этими словами Карен сползла ниже и взяла в рот набухший член Колина.

«Леди Макбет, леди Мадонна — какая, к чертям, разница?!» — вяло думал он. Карен безупречно работала языком и губами, и на все остальное ему было просто плевать.

Глава 10

Эмбер убрала полурастаявшие брикеты «Милки вэй» в морозильник и выбросила остатки крема в мусорное ведро. Татьяне с Брианной надоело говорить о ее номинациях на «Оскара», и они нашли более захватывающую тему для беседы. Принялись обсуждать бытующую в мире светских львиц теорию, что удлинение волос может вызвать рак мозга. Татьяна опасалась за здоровье Фабио, в ответ на что Брианна резонно напомнила ей, что бояться тут совершенно нечего — рак не может развиться на пустом месте.

«Они забавные, — думала Эмбер, покуривая „Мальборо лайт“, — но мне с ними не по пути». Как-то ночью, находясь под воздействием гашиша и выпитых в баре коктейлей, дружная троица разоткровенничалась, и каждая из девушек поведала о самой заветной мечте. Брианна поклялась никогда не набирать веса и носить одежду только из натуральных тканей, Татьяна мечтала переспать со всем мужским составом труппы «Мелроуз-Плейс». Лишь Эмбер, девушка из бедной семьи, бежавшая из самого дна, от жалкой, нищей жизни в Огайо, твердо намеревалась сделать карьеру и добиться настоящего успеха, а также того, что его сопровождает.

Втайне она обрадовалась, когда подружки наконец ушли. Теперь можно немного расслабиться и даже попробовать… Но в этот миг в дверь позвонили. Наверное, Татьяна опять забыла, как зовут ее служанку, и пришла спросить.

Но это была не Татьяна, а Билли Уолш, солист рок-группы под названием «Токсик Наоми», чей первый альбом «Поблюем за весь народ» разошелся в количестве трех миллионов экземпляров. Эмбер познакомилась с Билли месяца два назад в баре «Мармон», и с тех пор они несколько раз встречались. В данный момент Билли держал в руках бутылку шампанского и огромный букет белых роз.

— Эмбер, детка! — воскликнул он. — Тебя номинировали! Ты не представляешь, до чего же я рад! — На Билли красовался хлопчатобумажный жилет, расстегнутый и открывающий худосочную безволосую грудь, которую язычок Эмбер вылизывал не один раз.

— Как это мило, Билли! — сказала она, принимая подарки. Черт, ей все же придется пригласить его в дом. — А я как раз собралась помыть голову… — солгала она.

— Я тебя не задержу, — сказал Билли. — Послушай, а почему бы нам с тобой не сыграть в суши? — Игра в суши была изобретением Билли. Он клал кусок тунца между бедер Эмбер и медленно поедал его, пока она не достигала оргазма.

— Вроде бы рановато для таких игр, — пробормотала она.

— О'кей. Тогда как насчет тетушки Джемаймы?

Эта забава являлась еще одним патентованным изобретением Билли. Девушка жарила блины, вырезала в середине каждого дырку, а потом накидывала их на возбужденный пенис Билли. Эмбер никак не могла понять, отчего все эти дурацкие сексуальные забавы были непременно связаны с едой. Возможно, оттого, что еще в юном возрасте Билли вообразил, будто его домогалась Джулия Чайлд.

— Знаешь, Билли, у меня сейчас совсем нет настроения играть в эти игры, — улыбнулась она. — Огромное тебе спасибо за цветы и шампанское.

— Да ладно, чего там, — ответил он и затеребил колечко, вдетое в ноздрю. — Послушай, я хотел спросить: ты не хочешь поехать со мной на следующей неделе на вручение премий Эм-ти-ви? Я тоже выдвинут, на почетную, так что славная получится парочка.

Так вот какую игру он затеял! Решил ухватиться за ее номинацию, точно за шлейф, и въехать на нем на главное событие года в мире рок-музыки. Что ж, от нее тоже не убудет, если она посетит вручение премий. В конечном счете в этом смысле они с Билли равны. И оба только выиграют от этого. Ну, как, к примеру, Мадонна, появляющаяся на «Грэмми» под ручку с Майклом Джексоном.

— О, это было бы замечательно! — воскликнула Эмбер и чмокнула Билли в щеку. — На неделе созвонимся и уточним все детали. А теперь… ты не очень обидишься, если я пойду мыть голову?

— Нет, если прежде ты позволишь мне войти, — усмехнулся Билли.

— Чудовище! — кокетливо бросила ему Эмбер и снова поцеловала, а потом резко захлопнула дверь прямо у него перед носом. Она слышала реплики и похлеще, когда складывала свитера, работая в химчистке-прачечной в Сандаски. Но этот Билли… Нет, он все же забавный, и на церемонии вручения призов в Нью-Йорке наверняка будет весело. А теперь можно наконец расслабиться, отдохнуть и…

Зазвонил телефон. Эмбер нехотя сняла трубку.

— Да?

— Эмбер? Это Кенни.

Кенни Блэрмен был ее агентом. Но вроде бы она уже говорила с ним сегодня…

— Да, Кенни? Что произошло? Ты ведь уже звонил мне, сообщить, что я выдвинута на «Оскара».

— Забудь об этом. Мне только что звонили от Диснея. Хотят переговорить с тобой по поводу одной картины.

— И сколько времени займет эта работа? — Цель жизни Эмбер сводилась к тому, чтобы работать как можно меньше, а получать как можно больше.

— Две недели. Это анимационная версия «Убить пересмешника». И им нужна ты — озвучивать маленькую девочку. Десять дней в студии звукозаписи, и я выбью из них для тебя четверть миллиона.

Теперь Эмбер заинтересовалась всерьез: