Неукротимый: возрождение - Аврора Белль

нежно поцеловал в лоб. Я закрыла глаза и прислушалась к тому, что он хотел сказать. — Что мы собираемся сделать, так это снести эти мерзкие дома. Мы будем смотреть, как они падают. Смотреть, как каждый кирпич и каждая гребаная щепка из этих дерьмовых дыр будут сбиты на чертову землю. Смотреть, как каждое жестокое слово и хлопанье дверью разлетаются в пух и прах. И пока наше прошлое будет лежать в руинах, мы собираемся построить мечты.

О, черт.

Мои плечи затряслись. Я уже вовсю плакала.

Серьезность этого момента сильно ударила по мне, как молот в самое сердце.

Мы сделали это.

Мы это сделали.

Мы были здесь, вместе, работали над нашим будущим.

По правде говоря, не имело значения, где мы жили. Дом — это всего лишь здание. Но мы были сердцем. Пока мы были вместе, ничто не могло отнять это у нас.

Когда он поцеловал меня в губы, я слабо всхлипнула, а затем шмыгнула носом.

— Ладно.

Твитч отстранился, чтобы заглянуть мне в глаза.

— Ладно?

— Да. — Я рассмеялась сквозь слезы.

Встав позади меня, он обнял меня за талию и положил подбородок мне на макушку. Я подняла руку к его предплечью и сжала. Именно тогда он произнес:

— У меня есть планы на это место.

О Боже. Держу пари, так и есть.

И только потому, что могла, я выдала следующую новость:

— Я беременна.

Твитч за моей спиной замер, а я медленно и широко улыбнулась. И когда он восстановил движение в своих конечностях, его руки сжались вокруг меня достаточно сильно, чтобы стало трудно дышать. Но я не возражала.

Он прижался губами к раковине моего уха и прошептал:

— Люблю тебя, — и вот так просто мой мир стал целостным.

И в середине дня, прекрасного весеннего дня, мы стояли на костях памяти и строили планы на наше будущее.

 

***

Твитч

 

В моей голове был полный бардак. Я не знал, что делать, что чувствовать. Но во всей анархии моего обычно хаотичного ума одна мысль постоянно повторялась:

Наконец-то то, за чем я гнался, перестало убегать.

 

 

 

 

 

 

 

 

Эпилог

 

Лекси

 

Я распахнула дверь и радостно завизжала, когда увидела их. Маленькая рыжеволосая женщина бросилась на меня, и когда ее тело столкнулось с моим, мое дыхание со свистом покинуло меня. С трудом дыша, я рассмеялась сквозь дискомфорт, потому что мы с моей лучшей подругой встретились в первый раз.

— Лили, — проворчал задумчивый гигант, все еще ожидающий у двери со своим отпрыском, — ты душишь ее до смерти.

Но Лили только крепче обняла меня.

— Мне все равно. Прямо сейчас из меня вырываются пять месяцев ожидания, и она получит их, да поможет мне Бог.

Все началось через месяц после того, как мы приехали в Штаты. Твитч сделал телефонный звонок своему старому другу. Этим старым другом был человек по имени Нокс. Во время телефонного разговора Твитч объяснил Ноксу, что мне было немного трудно справиться с непривычностью нашей жизненной ситуации. В конце разговора Твитч неожиданно передал мне телефон, и женщина на другом конце линии начала говорить.

Я не ожидала такого урагана, каким была Лили. И того, какой находкой она была.

Одного телефонного звонка было достаточно, и вот так просто мы подружились.

Не проходило и дня, чтобы мы с Лили не разговаривали. Будь то телефонный звонок или СМС, мы были знакомы настолько хорошо, насколько это возможно для двух людей, живущих в разных штатах. Поэтому, когда Лили позвонила и сказала, что они приедут навестить ее сестру, я была на седьмом небе от счастья.

Встретить свою лучшую подругу по звонкам, было нечто особенным.

И теперь, когда она была здесь, я чувствовала, что уже оплакиваю ее потерю, потому что через неделю она уедет.

Когда она, наконец, отстранилась, я посмотрела в ее улыбающиеся глаза и глупо сказала:

— Привет.

Лили запрокинула голову и расхохоталась. Я не могла не присоединиться к ней. Когда смех начал причинять боль, я схватилась за свой раздутый живот и застонала.

— Ой.

— О. — Лили положила руки на мой беременный живот и нежно потерла его. — Как поживает мой малыш?

Я сделала глубокий вдох и медленно выдохнула.

— Как бы ты себя чувствовала, если бы кто-то таскал тебя к твоей удобной водяной кровати, не прекращая обслуживание, как в номерах, и при этом у тебя было куча времени на сон?

— Чертовски хорошо. — Брови Лили изогнулись.

Моя улыбка стала шире, и я посмотрела на свой живот.

— Он чувствует себя великолепно.

С порога Нокс весело произнес:

— Так нам разрешено входить или как?

Мои щеки вспыхнули. Я бросилась к ним и смела их внутрь.

— О Боже мой, да! Входите. Входите!

Проходя мимо меня, Нокс поцеловал меня в щеку.

— Как у тебя дела, Лекс?

— Отлично, теперь, когда вы, ребята, здесь, — сказала я ему, прежде чем посмотреть на красивого мальчика рядом с ним. У него были темные волосы и голубые глаза.

— Боже. Это Рокко? — спросила я, хотя и сама знала, что это так, и повернулась к Лили. — Он такой высокий. Чем ты его кормишь?

Рокко, которому было десять, выглядел смущенным, когда его мать встала позади него и объяснила:

— Это просто хорошие гены Тейлора, детка.

Маленькая принцесса, держащая Нокса за руку, была чем-то невообразимым в ее пачке. Для меня было шоком увидеть ее в самых крошечных черных армейских ботинках, которые я когда-либо видела. У нее были темные волосы Нокса, но зеленые глаза Лили. Я улыбнулась ей сверху вниз.

— Привет, милая. Как тебя зовут?

Конечно, я знала ее имя. Я получала фотографии этих детей каждый день, но я чувствовала, что важно привлечь внимание детей, дать им понять, что у них есть право голоса в этом доме.

— Я Энджи. Мне четыре года. — Она подняла четыре пальца, и я сразу же полюбила ее. Она посмотрела мне прямо в глаза и, не колеблясь, заявила: — Ты красивая.

О Боже милостивый.

Я ничего не могла с собой поделать. Я протянула руку и притянула ее к себе для долгих объятий. Энджи ответила на мое объятие, и я, прищурившись, посмотрела на Лили.

— Ты это подстроила, не так ли?

Лили рассмеялась.