Джессика Марч - Очищение огнем

Митч молча уставился на нее; в темных зрачках сверкнула искра понимания. Внезапно он протянул руку, сжал ее пальцы.

– Все могло быть по-другому, согласись ты выйти за меня… я никогда бы не…

– Пожалуйста, Митч, – мягко попросила она, отнимая руку, – сейчас об этом нет смысла говорить.

Он откинулся на спинку стула, философски пожал плечами.

– Но ты все-таки возьмешься вылечить меня?

– Попытаюсь.

Опять наступило молчание.

– Ну что ж, я приехал сюда по делам, – весело объявил Митч, – так что можно и это обсудить.

И снова Кей почувствовала себя сбитой с толку. Митч с такой странной легкостью забывал о кризисе собственной жизни и переходил к обычным повседневным вопросам. Правда, возможно, в самом его сверхнапряженном существовании не было ничего необычного.

Начало шестого утра. Кей предложила бы отложить все деловые беседы, но она уже была здесь и понимала, что предпочтет как можно реже встречаться с Митчем, за исключением тех случаев, когда это абсолютно необходимо для лечения.

– Ты знаешь, что я готов заплатить большие деньги, – начал он, переходя к цели своего приезда.

Кей осторожно кивнула.

– Я делаю это только по той причине, что знаю: ты можешь помочь компании заработать во много раз больше. Однако существует несколько условий. Я должен быть уверен, что ты не станешь оспаривать моих решений и не будешь возражать против изменений, которые я собираюсь внести.

– Изменений? Я не слышала ни о каких изменениях.

– Если мы хотим привлечь более широкую аудиторию, это совершенно необходимо. Твой продюсер, мистер Марден, уже согласился.

Кей сразу почувствовала себя лучше – именно благодаря Джоелу передача вышла в эфир, она полностью ему доверяла.

– И какие это изменения?

Митч говорил минут десять и предлагал не только новые направления, но объяснил причины. Цель передачи – помощь советами нуждающимся в решении сексуальных проблем слишком ограничена, многие считают ее чересчур сухой и не совсем понятной, ставят в ряд с остальными, чисто образовательными программами.

Он не может позволить себе пожертвовать потенциальными доходами от рекламы, которые можно получить, если круг зрителей значительно расширится. Это можно сделать, введя в программу развлекательные элементы, показывая самые странные, наиболее сенсационные аспекты секса и сексуальных отклонений таким образом, чтобы произвести наибольшее впечатление на публику. Если все пойдет как нужно, Кей сумеет вести передачи даже в дневное время. Главная идея состоит в том, чтобы она выступала не в роли врача для отдельных людей, а как ведущая, которая будет расспрашивать и интервьюировать различные группы обездоленных жизнью людей – детей, родившихся от инцеста, жен, чьих мужей увели лучшие подруги, девушек, у которых матери отбили любовников, знаменитых людей, несчастных в браке или употребляющих наркотики.

– Такие передачи имеют огромный успех, – убеждал Митч.

Кей поняла, что он собирается создать нечто вроде конкуренции шоу Донахью, Джералдо, Опра Уинфри или Сэлли Джесс Рафаел.

– Я не могу сделать это, – объявила она.

– Конечно, можешь. Ты ничуть не глупее тех, кто ведет такие передачи, и кроме того, выглядишь гораздо лучше и сексуальнее, не говоря уже о том, что ты психолог, профессионал.

– Я имела в виду, что не могу отказаться от того, что так важно для меня. Не хочу делать программы только с целью показать, какими несчастными или жалкими могут быть люди. Моя главная цель – помочь и вернуть им радость жизни.

– А это тоже помощь. Те, у которых есть проблемы, чувствуют себя лучше, когда включают телевизор и видят, что они не одиноки.

– Этим я тоже занимаюсь. Может, кое-кто даже находит это забавным, но я считаю, что мои задачи намного шире. Так или иначе, я чувствую, что все делаю правильно.

Лицо Митча мгновенно превратилось в жесткую маску.

– Поскольку плачу я, Кей, позволь мне решать, что правильно, а что нет.

– Неужели не понимаешь, чего я пытаюсь добиться, – именно ты, который так нуждается в помощи!?

– Я готов заплатить за лечение. Но не позволю тебе бесплатно давать советы кому ни попадя, особенно если это означает снижение доходов.

Кей покачала головой: каким ожесточенным, несчастным человеком стал Митч, если продолжает гнаться за прибылями, хотя имеет денег больше, чем может когда-нибудь потратить. Но, может, дело не в деньгах, и он просто хочет показать, кто здесь хозяин. Купил ли он эту компанию, чтобы заняться новым бизнесом, или потому, что желает завладеть Кей?

Кей решила не сдаваться. Она должна отстоять свою независимость.

– Я не могу поступить так, как ты хочешь, Митч.

– Тогда новый контракт не будет подписан. Кей встала, собираясь уходить.

– Жаль, что не сумели договориться…

– Не о чем жалеть, Кей. Ты же не собираешься оставить меня и перейти в другую компанию…

– Я так и сделаю, если не смогу работать так, как нахожу нужным.

– Ты кое-что забываешь. Мы обсудили новый контракт, но срок старого еще не истек.

Митч говорил мягко, но в тоне звучала безошибочная угроза. Он вполне способен осуществить свои права и не выпускать Кей в эфир, пока она не сделает так, как желает босс.

Кей пожала плечами.

– Кстати, насчет лечения, Митч. Учитывая наши отношения, думаю, будет гораздо лучше, если я направлю тебя к другому сексопатологу.

– Не собираюсь идти ни к кому другому, – криво усмехнулся он.

– Митч, тебе необходимо…

– Я знаю, что мне необходимо, – перебил он. – Ты даже можешь назвать меня психом, но, если не будешь меня лечить, я попросту буду продолжать вести ту же жизнь.

Глаза его злобно блеснули.

Кей поняла: в самой сущности его извращенной и в самом деле больной натуры кроется потребность манипулировать людьми, управлять ими и потом пытаться навлечь на себя возмездие. Имеет ли она право отказать ему, позволить соскользнуть дальше в пропасть безумия?

С другой стороны, может ли Кей при сложившихся обстоятельствах помочь ему – ведь дружба их омрачена жестоким и неразумным поведением Митча.

Кей долго смотрела на него, прежде чем принять решение.

– Позвони в мой офис, тебе назначат время, – сказала она наконец и ушла.

Казалось, Митч вполне искренне хотел получить советы и рекомендации и, постоянно разъезжая по делам, ежемесячно возвращался в город по крайней мере на неделю, чтобы посетить два-три сеанса. В офисе он вел себя безупречно и хотя иногда говорил, что хотел бы встретиться с Кей не только в ее кабинете, подобные речи ей не раз приходилось слышать от пациентов мужского пола. Собственно говоря, эта проблема была одинаковой для всех сексопатологов, и Кей научилась мягко, но решительно отклонять такие предложения.