Отстань от моей мечты - Екатерина Юрьевна Васина

лучи, преломляясь, становились яркими и похожими на радугу - отдельные лучики становились то нежно-голубыми, то матово-розовыми, то прозрачно-абрикосовыми.

   Прозрачный парень коснулся лба Крис указательный пальцем и произнес приятным знакомым глубоким голосом:

   - Дурочка ты. Я всегда с тобой. Поняла?

   Кристина кивнула. Ей стало невероятно уютно. Захотелось обнять прозрачного человека, запустить пальцы в его волосы, услышать биение сердца.

   - Потом, - слонов прочитал ее мысли тот и стал растворяться в лучах улыбающегося солнца. - Помни. Не все пауки одинаковы. Не все змеи. И не все люди. Не спеши судить по обложке. Смотри на глаза.

   Тот, кто когда-то был человеком-проблемой, совсем исчез.

   - Нет! Вернись! Не надо!! Нет! - закричала она, подумав, что одной ей будет плохо и страшно, и по-настоящему пришла в себя.

   Кристина находилась в больничной палате, действительно залитой солнцем. Но перед ней оказался вовсе не прозрачный человек, а ее собственный отец. Встревоженный, растрепанный, явно уставший - он несколько часов просидел рядом с дочерью, которой вкололи успокоительное еще врачи скорой помощи, прибывшие к месту происшествия вместе с полицией.

   - Кристина, дочка, - увидел, что девушка очнулась, Архипов-старший. - Ты в порядке, ты... - Его голос замер.

   - Папа! - зарыдала Кристина, обнимая Александра Александровича за шею. - Паааапа! Папа...

   - Все хорошо, маленькая, - сначала растеряно, а потом все более твердым голосом говорил мужчина, гладя дочь по волосам. А она, слыша его, все больше плакала, не стесняясь давать волю слезам. Наверное, впервые в жизни при отце.

   - Все хорошо, - повторял Александр Александрович, чувствуя, как исчезает неловкость, что сковывала его. - Тебя никто не обидит. Этот человек никогда тебя не тронет. Никогда. Веришь мне?

   - Верю, папа... Пааап, я не хотела этого, правда! Я не знала, папа!

   - Я знаю. Маленькая моя, ну что же ты так... Не плачь.

   Впервые после похорон матери Кристина увидела в его глазах, всегда суровых и строгих, слезы.

   Они просидели вместе полчаса, прежде чем оба пришли в себя, и прежде, чем Александр Александрович убедил дочку в том, что ни Эдуард, ни Млада Березины никогда не притронуться к ней.

   - А Даша? Что с Дашей? - вдруг спросила Кристина хриплым шепотом, потому что обычным голосом зареванная девушка говорить не могла.

   - Все хорошо. - Улыбнулся мужчина. - Она тут. Со своей матерью и отцом.

Значит, с ней все хорошо. И она здесь с мамой и с дядей Максима.

   - А с Максом что? Он в порядке?!

   - В порядке, в порядке твой герой. И друг его тоже. - Кивнул дочери Александр Александрович.

   - А что с Игорем? - вспомнилось вдруг Крис его окровавленное исполосованное лицо.

   Лицо отца стало на миг мрачным.

   - Он в реанимации. С ним все в порядке. Наташа сейчас рядом с ним, не беспокойся, Кристина. Он выживет. Правда, лицо его... Ну не плачь, дочка. С Игорем все будет хорошо. Не плачь.

   - Он нас защитил, пап, - прижимая ладонь к губам, чтобы не кричать, с трудом сказала Крис. - Защитил, понимаешь?

   - Понимаю. Я сделаю все, чтобы с ним все было хорошо. - Твердо пообещал дочери Александр Александрович. - Эй, Кристина, ты куда? Куда побежала?

   - Мне надо увидеть Дашку! Очень надо! - с горящими глазами сообщила отцу девушка, вскакивая с постели. - Папа, я сейчас буду!

   И она полетела в коридор.

   И там наткнулась на выскочившую из соседней палаты Дарью. Пару секунд обе девушки смотрели друг на друга.

   - Твою мать, ты жива! - наконец обрела дар речи Дашка.

   - Нет, я с того света к тебе явилась, - глотая слезы, ответила Кристина, обрадованная Дашке так, словно не видела ее лет эдак тридцать восемь.

   - Вот ты дура! - девушка вдруг кинулась подруге на шею. - Идиотка!

   Всегда сдержанная Крис с силой обняла подругу и сообщила, что она сумасшедшая, уткнувшись ей в плечо.

   - Не реви на меня, - сказала Дашка. - Ты с ума сошла? Точно, сошла!

   Пока девчонки стояли в коридоре, счастливые просто от того, что могут просто так, без веревок на руках и ногах, неискалеченные и просто живые, обнимать друг друга, из палат выглянули их обеспокоенные родители и Влад. А еще по коридору к ним спешил врач, один из лучших в клинике, в окружении пары медсестер. Отец Кристины сразу же позаботился о лучшем уходе для дочери и ее подруги.

   - Вы что? - он увидел обнимающихся и ревущих девушек. - Дарья, Кристина, ложитесь, сейчас принесут капельницы.

   - Не надо. - Бросила через плечо Дашка. - Нам хорошо.

   - Можно я с Дашей останусь? - большими голубыми глазами начинающего ангелочка посмотрела на врача Кристина. - Пожалуйста.

   Тот растерянно посмотрел на присутствующих.

   - Пусть побудут вместе, - вмешался Влад, поддерживая начавшую опять всхлипывать Викторию. - Им вон сразу легче стало. Вы лучше дайте успокоительное вот этой женщине.

   - Пошел к черту, - сообщила Виктория.

   - Пап, - оглянулась на отца Кристина. Ей очень нравилось постоянно называть родителя именно так, а не отец. И это было как-то странно, но приносило облегчение. - Можно, я у Даши побуду?

   - Хорош, - поколебавшись, разрешил и он и обратился к Владу. - Присмотри за ними обеими, - он каким-то образом за это время перешел с мужчиной на "ты", хотя они всегда вежливо друг другу выкали. - Я пока схожу к Наташе и Игорю.

   Мама Дашки с сочувствие посмотрела на Александра Александровича. Она видела, как его жена рыдала, глядя, как ее сына увозят в операционную, а потом в изнеможении опустилась на пол - потеряла сознание, и доктор понадобился уже ей.

   - Извините! - Дашка сделала шаг к врачу. - А вы не знаете, что случилось с одним парнем, который там тоже был? Его Артемом зовут и его ранили.

   - Ааа, тот самый геройствующий малец? - улыбнулся тот. - Санитары рассказывали, всю дорогу шутил, пока в "скорой" ехал. Все хорошо с ним, девушка. Зашили его, раны обработали.

   - Где он сейчас?

   - Вам точную палату надо? - посмеиваясь,