Игрок (СИ) - Гейл Александра

— Пусти меня, — пихается Ян в попытке освободиться и убежать подальше от собственных родителей, но надо было меньше пить. В таком состоянии и с пятилеткой не повоюешь.

— Сантино? — удивляется Карина, открыв дверь, но когда замечает, кто составляет мне компанию — меняется в лице. Ее выдержка приказывает долго жить, и мгновением позже я обнаруживаю, что матушка у Яна отнюдь не настолько тщедушна, как кажется на первый взгляд.

Карина хватает сына за грудки, без видимых усилий втаскивает в двери и прикладывает спиной о стену.

— Тебе что, жить надоело, неблагодарное создание? — ревет она яростно. — Спешишь помереть — так пожалуйста! Я легко это устрою.

— Да мам, да перестань! — стонет Ян.

— Это ты перестань! — кричит в ответ Карина.

— Что происходит? — доносится из комнаты, а следом в коридор, как черт из табакерки, выскакивает инопланетянка.

Мы оба с ней застываем, глядя друг на друга. После разговора о Полине мы ни разу не виделись, и оба совершенно не ожидали встретиться так. Ступор проходит, и остается только одно желание: пусть она скажет хоть что-нибудь. Неважно, что именно.

— Вот что происходит. Твой брат совсем слетел с катушек! — продолжает ничего не заметившая Карина. — Прибью его. Честное материнское — добью и не пожалею.

— Фигушки! Я живучий! — не без усилий вставляет свои пять копеек Ян, после чего Карина опасливо от него отходит, видимо, чтобы не расправиться со своим отпрыском прямо на месте.

— Отец где? — гневно рычит она в сторону Жен.

— По телефону разговаривает, — отвечает та без запинки.

— Так, пока отец этого не видит, — и поворачивается ко мне. — Живо тащи его наверх, а затем я жду тебя здесь для разговора!

Ух, пробирает.

— Вторая дверь слева, — подсказывает мне инопланетянка. Вот и первые ее слова, обращенные ко мне. Ни здрасьте, ни как поживаешь.

— В курсе, — отвечаю и перекидываю кролика через плечо, потому что тащить упирающееся тело по лестнице — задача не из легких.

Прежде чем спуститься, я убеждаюсь, что полуживое тело никуда не сбежит (дверь запираю на ключ), и только потом предстаю перед судом Карины. Она дожидается меня за столом. Сидит с траурным видом, а рядом с ней Жен сосредоточенно капает в стакан с водой что-то вроде корвалола. Инопланетянка награждает меня настороженным взглядом, а потом протягивает матери успокоительное.

— Неужели нельзя было привезти его раньше? — обвиняет Карина, глядя на меня со смесью злости и отчаяния. — Мы оба знаем, что это не впервые. Я думала…

— Пей сейчас же! — перебивает ее Жен, пододвигая стакан ближе.

Карина сердито поджимает губы, но выпивает. А продолжает в абсолютно той же манере:

— У Яна мало друзей. — Не знаю, как у нее получается переходить от спокойствия к ярости, а затем беспросветному отчаянию так быстро. Хотя, пожалуй, у Ви это получается еще лучше и искреннее. Но Жен закатывает глаза. — Именно друзей. Знакомых много, но он почти никого, кроме себя, не слушает. И тут ты — взрослый мужчина, который может на него повлиять. Я думала, это благословение, но, оказывается, ты ничуть не лучше! Охотно ведешься на все его авантюры. И ведь к Ви на свадьбу пойдешь, да?

— К Ви? — удивляется Жен.

— Ян пригласил «подружку», — ядовито сообщает Карина, а я услужливо кланяюсь.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Видимо, представив это приглашение века, Жен закусывает губу, пытаясь не рассмеяться. Это раздражает.

— Что тут у нас? — спрашивает Алекс, появляясь на пороге. — Стоило отлучиться, и уже бедлам?

— Естественно, — невозмутимо отвечает Жен.

— Ян абсолютно пьяный спит наверху. Сейчас одиннадцать утра… Ты его отец. Ты должен его вразумить!

— Ты знаешь, как вразумил меня мой? — спрашивает Алекс. — Дал в глаз и выставил из дома. Думаю, только что именно это сделал Сантино.

На кухне повисает гробовое молчание, а я лишь фыркаю, потому что меня только что переквалифицировали из «подружки» в «папашку» менее, чем за пару минут.

— Да уж, не представляю отношений, которые вы бы не смогли испортить своей заботой и участием, — хмыкает Жен, целуя мать в щеку, а затем добавляет: — Что ж, продолжайте в том же духе, а я поеду.

— Но ты только-только пришла, — возмущается Карина.

— Она пойдет готовиться к свадьбе Ви, правильно? — хитро спрашивает Алекс.

— Видимо, придется, — кривится Жен.

— Ну хоть одна благая весть на сегодня, — фыркает вполне оправившись после инцидента с сыном Карина. Кажется, самообладание уже вернулось к ней в полной мере. Монстр, а не женщина.

— Мне тоже надо спешить — в казино, — говорю, провожая взглядом удаляющуюся инопланетянку. Услышав мои слова, она чуть притормаживает, но не останавливается, чтобы подождать.

Обычно я прихожу значительно позже, но никогда не помешает в порядке профилактики устроить сотрудникам сюрприз с визитом руководства во внеурочное время. Спорю, по утрам все только и делают, что языками чешут.

Уверив Алекса, что я навещу их еще раз в самом ближайшем будущем, выхожу на крыльцо дома Елисеевых и достаю сигарету, наблюдая за инопланетянкой.

В детстве я думал, что если и женюсь, то на самой красивой бабе из всех, какую найду. Пусть искусственной, пусть с силиконовыми сиськами и задницей, с отваливающимися искусственными патлами — к черту, лишь бы как барби, глядя на которую другие грустно онанировали в сторонке. Но вы только представьте: стою на крыльце и пытаюсь унять пожар в штанах от созерцания тощей, длинной как жердь девчонки в дурацкой куртке камуфляжно-зеленого цвета, которая, к тому же, вся в мокрых разводах от ледяного дождя.

Долгое время, узнав о диагнозе, Полина «лечила» депрессию распространенным нынче методом: прослушиванием песен группы Сплин, и сейчас у меня в голове крутятся строки, некогда набившие оскомину:

Ты так хороша:

Длинные пальцы,

Узкие джинсы

Шея и плечи,

Но-о…

Я умираю со скуки,

Когда меня кто-то лечит…

Это словно про инопланетянку писали.

Она разворачивается, будто услышав мои слова, и идет обратно. Останавливается перед крыльцом, не прячась от дождя, не поднимаясь на ступени. Холодная вода вызвала на ее щеках алый румянец, а мокрые кольца волос, не скрытые капюшоном, прилипли к лицу.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Ты вспоминаешь ее? — спрашивает инопланетянка.