Барбара Уилкинз - «Оскар» за имя

– Когда ты была маленькой, то всегда любила говорить, что будешь исследователем, – вспомнила мать, сияя глазами. И добавила после паузы: – Но, дорогая, а как же муж, дети?

– А что? – спросила Рэли.

– Разве ты не хочешь иметь их, дорогая? – спросила мать. – Хороший дом, семью?

– Все, чего я хочу, это наилучшим образом добиться того, на что я способна, – ответила Рэли, нахмурившись. – И я хочу полагаться в этом на себя. Это мой риск.

– Я могу понять тебя, – согласилась мать. – Но разве твой план не включает любовь?

– Это зависит от цены, – улыбнулась Рэли.

Ее мать восприняла это как оскорбление, словно Рэли предположила, что она впустую потратила свою жизнь, посвятив ее своему мужу, дому, ребенку. А теперь Роджеру. О Господи, теперь каждая фраза матери начиналась словами: «Роджер говорит», или «Роджер думает», или «Роджер чувствует».

А как она пересказала свою собственную жизнь, размышляла Рэли, остановив свой маленький «мерседес-бенц» перед светофором. Пол единственный мужчина в ее жизни. «Я забеременела в свою первую брачную ночь». Или она говорила об этом своим приятельницам и самой себе так часто, что сама и вправду поверила в это? Где же истина? – спросила она себя в тот момент, когда водитель машины, стоявшей за ней, просигналил, потому что свет сменился на зеленый.

И все же в ней сохранилась та прелесть, которую запомнила Рэли. Это было так волнующе – снова увидеть ее, ощутить прилив любви к ней и ответный порыв материнской любви, ощутить, что между ними снова протянулась связывающая их нить.

Впереди в темноте ночи она увидела розовый с зеленым отель. Она свернула на подъездную аллею и проехала мимо газона с пурпурными, белыми и розовыми цветами. У подъезда суетились служители автостоянки в своих зеленых пиджаках, подгоняя машины к поджидающим их мужчинам в темных костюмах и женщинам в туалетах для коктейлей. Очередной прием, подумала Рэли. Она вышла из машины, чувствуя, насколько опустошена эмоционально.

Она забрала со стола портье адресованные ей сообщения и прочитала их, пока шла через холл, а потом вышла в благоухающую ночь, направляясь к своему бунгало. Звонил Грант. И Бобби тоже. Миссис Фурнье звонила, чтобы узнать, благополучно ли она добралась до отеля, и просила позвонить сразу, как только приедет. Рэли улыбнулась этой просьбе, открывая дверь. Увидела букет орхидей, которые поставили, пока она отсутствовала. И тут же услышала, как зазвонил телефон. Мама, подумала она, поднимая трубку.

– Это ваш секретный поклонник.

Рэли замерла при звуке голоса Пола, потом перевела дыхание.

– Благодарю за орхидеи, – сказала она. – Они великолепны.

– Они вам понравились? – польщенно спросил он. – Я говорил о них с самим Дэвидом. У него всегда самые лучшие орхидеи в городе.

Рэли села. Она почти видела, как выглядит Пол, когда решает, как уладить что-то, что сказать. Выражение его глаз. Как хмурятся его брови. Как он облизывает кончиком языка нижнюю губу.

– Мы были представлены друг другу, – сказал он, хохотнув. – Я Пол Фурнье. Вы, возможно, не помните меня, но мы встретились с вами в ресторане две недели назад. У вас был ленч с Бобби Прайсом.

– Конечно, я помню вас, – сказала она, обольстительно понижая голос.

– Это очень лестно слышать от такой прекрасной молодой женщины, как вы, – сказал он.

– Но как вы узнали, где я остановилась? – спросила она.

– О, это было легко, – засмеялся он. – Прекрасная молодая женщина с такими манерами. На отдыхе. Существует только одно место, где она могла бы остановиться. Я просто позвонил в регистратуру и описал вас.

Рэли тоже засмеялась.

– Послушайте, я действительно смущен, что позвонил вам так поздно, – сказал он в той мальчишеской манере, которую она хорошо помнила. – Я уезжал из города по делам и вернулся только несколько минут назад. Мне бы хотелось пригласить вас на ужин. Если вы захотите.

– Неплохая идея, – сказала она, чувствуя, как сильно начала биться жилка на ее виске.

– Тогда подумаем, – сказал он. – Завтра вечером у меня деловой ужин. Как насчет среды? Мы можем пойти, например, к Чэсен. Скажите, где вы еще не были.

– А почему бы вам не прийти сюда завтра, когда вы покончите с вашим деловым ужином? – спросила Рэли. – Вы можете позвонить мне из холла. Я встречу вас в «Поло Лонже».

– К сожалению, не получится, – сказал он извиняющимся тоном. – Мои деловые партнеры не отпустят меня так рано. Там конца краю не будет. По крайней мере, за полночь.

– Ладно, – сказала Рэли. – Я еще не была у Чэсен.

– Отлично. Я поручу моей секретарше сделать заказ. Восемь часов подходит?

– В восемь часов? Прекрасно.

– Не дождусь встречи с вами, – сказал он. – Не могу передать, как часто я думал о вас.

– Вы льстите мне, – сказала Рэли, накручивая на палец прядь волос. – Я тоже жду встречи с вами.

Сохранять спокойствие в голосе было так же трудно, как и кое-что, что она должна сделать позднее, подумала она, пожелав ему спокойной ночи и вешая трубку. Это должно произойти завтра вечером, осознала она со страхом. О Господи, так скоро. И тут телефон снова зазвонил.

– Хелло, – сказала она.

– Рэли, – произнес встревоженный голос матери. – Я Просто вне себя. Понимаешь, дорогая, это было бы таким проявлением внимания, если бы ты позвонила сразу, как только вернулась. В конце концов, от Фремонт-Плайз до «Беверли Хиллз-Отеля» не такая уж долгая дорога. Ты просто не можешь представить, как я волновалась. С тобой могло случиться что угодно.

– Извини, мама, – сказала она, улыбаясь. – Когда я вошла, звонил телефон. Я собиралась тут же позвонить. В самом деле.

– Ладно, ты же знаешь, как я тревожусь, – раздраженно сказала ее мать.

– Послушай, а как сейчас охраняется поместье? – спросила она. – Там еще есть служба безопасности? Собаки?

Мать ответила, что суд не разрешил такие расходы после ее исчезновения. Что теперь только один служитель проходит каждый час или вроде того и охранная сигнализация проведена от дома к департаменту полиции Беверли Хиллз.

– А есть способ отключить ее? – спросила она.

– О да, – сказала ее мать. – Ты же знаешь, как устроены эти дурацкие штуки. Иногда они включаются безо всякой причины, и ты можешь сойти с ума прежде, чем кто-нибудь придет.

– А как насчет сейфа в кабинете Пола? Ты случайно не знаешь комбинации?

– Да, – ответила мать.

– Это чудесно, мама, – улыбнулась Рэли. – Первое, что я сделаю утром, это позвоню тебе. Обещаю. А теперь возвращайся к Роджеру, ладно?

– Рэли, – сказала Бет с подозрением в голосе. – Что ты задумала?

ГЛАВА 71

На следующий вечер сразу после заката Рэли набрала номер телефона особняка и слышала, как звонок прозвенел четыре раза, прежде чем включился автоответчик.