Фейрин Престон - Огонь под дождем

— Правда? Рэнд, это же чудесно! Кто она? Когда мы ее увидим? Подожди, когда свадьба?

— Ну, Рэйчел! Тут есть небольшая заминка. Все дело в том, что она не хочет принять даже мое приглашение на ужин.

— Что? Ты уверен?

Он засмеялся.

— Боюсь, что так. Но не переживай, я настойчивый, я не сдаюсь. Мне просто требуется немного времени. Вот и все.

— Будь помягче с ней, слышишь? — деловито посоветовала Рэйчел, — не спугни ее.

— Рэнд? — снова завладел трубкой Алекс. — Насколько я понимаю, поздравления пока несколько преждевременны.

— Пока — да.

— Тогда слушай меня внимательно. Мы с Рэйчел слишком долго ждали, чтобы ты нашел именно свою женщину. Не спеши, о'кей?

— О'кей! Спасибо за доверие, друг. А теперь, иди спать. Я вам непременно сообщу день свадьбы.

— Спокойной ночи. Ах, вот что… Рэнд?

— Слушаю?

— Следующий раз постарайся звонить днем. Понимаешь, я — молодой отец и сейчас легко впадаю в панику.

— Договорились, — рассмеялся Рэнд.

Наступила пятница, затем — суббота. Рэнд не появлялся. Лени, вопреки своему желанию, не переставала думать о нем и, к своей немалой досаде, ждала. «Но что же она хотела? Отклонила его приглашение, — думала она, — и Рэнд, похоже обиделся. Он не из тех, кто легко переживает отказ».

В субботу утром она проработала несколько часов на швейной фабрике, а во второй половине дня, как обычно, занялась покупками и уборкой. Субботние вечера, как правило, она вместе с Джои отдыхала у телевизора. Но сегодня ей было не до этого. Ее мучили неясные волнения и смутные ожидания, они лишали ее покоя.

Она взглянула на Джои. С ним тоже что-то происходило, но она не могла понять, что именно. Может быть его беспокоит сломанная рука? Он с отсутствующим взглядом перебирал свою коллекцию машинок, в большом количестве разбросанных вокруг него на диване и рассеянно отвечал на ее попытки завязать разговор.

— Джои, я хочу заняться шитьем. Ты не будешь против, если я перенесу телевизор в твою комнату? Ты ляжешь в постель и будешь смотреть.

Он поднял на нее свои голубые глаза, и сердце Лени сжалось от невыразимо тоскливого выражения его маленького личика.

— Почему Рэнд тебе не позвонил?

Она простонала. «И Джои — тоже». Она не хочет говорить об этом. Особенно после взбучки, которую получила совсем недавно от Розы.

— Милый, я не приняла его приглашение поужинать где-нибудь, а такие люди, как Рэнд, не приглашают дважды.

— Но ты не должна была говорить ему «нет»!

— Что?

Раздался стук в дверь.

— Почему ты говоришь, что я не должна была отказывать ему?

Последовал второй стук.

— О Боже! Подожди минутку, Джои, я сейчас посмотрю, кто стучится и вернусь.

Обеспокоенная поведением Джои, она подошла к двери и открыла ее. Перед ней стоял Рэнд. Он был одет в голубую рубашку и бежевые полотняные брюки. «Он не имеет права выглядеть таким ослепительным. Это — нечестно!»— подумала Лени, чувствуя, как замирает ее сердце.

— Я должен был позвонить, но… — Он пожал плечами и подарил ей такую невинную улыбку, что у нее захватило дух.

И прежде, чем она успела ответить, Рэнд заглянул в комнату и, увидев сияющего Джои, обошел ее и направился к мальчику.

— Ну что ж, по крайней мере хоть кто-то рад моему приходу.

— Я знал, что ты придешь, — запрыгал Джои. — Я действительно знал.

— Правда? — улыбнулся Рэнд и сел на корточки перед ним. — Ну, тогда ты знаешь больше, чем твоя сестра.

— А это потому, что она не знает того, что знаю я.

— Ах ты мой мудрый молодой человек, — засмеялся Рэнд. — Тогда, может, ты скажешь мне, если я приглашу Лени поужинать со мной сегодня, она согласится?

Джои решительно закивал головой:

— Да-да!

Рэнд поднялся и посмотрел на Лени.

— Ты только что слышала сама, согласно твоему личному мудрецу, ты собираешься принять мое предложение.

Лени, разрываясь между отчаянием и, охватившей помимо ее воли радостью, молчала. Ее учащенный пульс, неподражаемое очарование Рэнда, и неподдельная радость Джои, представляли собой такую смесь чувств, разобраться в которой Лени было не под силу. Тем не менее, после краткого колебания, она заставила себя сказать:

— Прости, Рэнд, но…

— Подожди, ты еще не слышала всех моих предложений. Прежде всего, я привез необычайно милую молодую леди. Она — в машине, и очень хочет остаться посидеть с Джои, пока нас не будет.

— Ты привез сиделку?

— Но если она тебе не понравится; я ее отправлю назад, куплю мяса и приготовлю ужин здесь.

— Ты будешь сам готовить?

— Почему бы и нет! У меня это получается совсем неплохо.

— О Боже! Мне следовало бы этого ожидать.

— Кого ты привез, Рэнд? — вмешался взволнованный Джои. — Как ее зовут?

— Донна. Ей шестнадцать лет. И она очень хорошенькая. Я почти уверен, что она тебе понравится. Свое свободное время она проводит с маленькими детьми в педиатрическом отделении в нашей клинике. И знаешь, что? Отгадай!

— Что?

— Она любит играть в машинки.

— О, Лени, пожалуйста! Пусть она придет.

Лени, недовольная, скрестила руки на груди и уставилась на Рэнда.

— Это нечестно, и ты знаешь это. Ты остаешься прежним деспотом и всем навязываешь свою волю.

— Джои, побудь в своей комнате несколько минут, — попросил он мальчика, не сводя глаз с Лени.

— Но…

— Пожалуйста, Джои.

Тот поплелся в свою спальню. И за эти секунды внутри Лени крепло чувство, не имеющее ничего общего ни с приглашением к ужину, ни с сиделкой, ожидающей в машине, ни с уходящим Джои. Это чувство касалось только их двоих, и его стремительное нарастание путало ее.

— Лени, — сказал Рэнд тихо. — Ты права, я могу быть деспотом, даже когда знаю, что не должен.

— Я уже разгадала твою уловку: каяться в своих недостатках. Может быть с другими это и срабатывает, но… — она сделала шаг в сторону, пытаясь уйти от него, но Рэнд поймал ее за руку и притянул к себе.

— Никакой уловки здесь нет, Лени. В моих отношениях к тебе — только честность. Ты просто меня напугала.

— Не понимаю. — Она увернулась от него, пока не поздно.

— Да, напугала. — Его тихий голос действовал так, как прикосновение руки одетой в перчатку. — Я все это устроил потому, что боялся твоего отказа. Я думал, что если заранее предусмотрю все твои возражения, тебе ничего не останется, как принять мое приглашение.

Она посмотрела в его золотисто-карие глаза. Нетерпеливо отбросив прядь волос со лба, он продолжал:

— Я уже говорил тебе, Лени, и продолжаю настаивать. Я никогда не причиню тебе вреда. Поверь мне. — Он улыбнулся. — Тебе даже не придется переодеваться. Я знаю небольшое джазовое бистро, где джинсы и босоножки — парадная форма.