Гарольд Карлтон - Рай, ад и мадемуазель

— Обожаю тебя! — По ее щеке скатилась слеза. — Мне так не хватало наших ночных разговоров!

Он настороженно посмотрел на девушку и признался с улыбкой:

— Мне они тоже нравились.

— Отлично, а теперь расскажи про секс, — попросила она. — Где в Париже его можно заполучить?

— Есть два типа людей, — прищурился месье. — Первые всю ночь напролет крутятся в барах или на дискотеках, робко поглядывая на возможных партнеров, а вторые подходят и спрашивают: «Эй, малыш, займемся сексом?»

— Не шутишь? — изумленно выдохнула Саманта.

— Девятнадцать из двадцати сразу же убегут, а последний согласится. Так вот!

— Впечатляет… — кивнула девушка, оглядывая Жан-Жака и гадая, снимает ли он когда-нибудь эту блестящую черную кожу.

Занимается ли он вообще сексом? Трудно представить…

— Эй, займемся сексом? — попробовала американка. — Правильно говорю?

Деятель моды пожал плечами.

— Вот французы все время пожимают плечами, — сказала она, тряхнув головой, — а в Нью-Йорке говорят: «Ничего особенного».

Они снова стали друзьями. В глубине души Жан-Жак признался себе, что никогда не встречал подобных Саманте. Он с нетерпением ждал ее рассказа о применении новой техники соблазнения.

Кристофер наблюдал, как Камилла Деланж составляет безвкусную весеннюю коллекцию. Обычная палитра — бежевый, коричневый и серый. «Молодежные» зарисовки, которые он с надеждой предложил, вежливо отклонили. В платьях и костюмах не было ничегошеньки нового.

— «Великие хиты Камиллы», — скорбно поведал он Клаусу, уплетая дома омлет. — Просто не верится, что мода может быть такой скучной!

— Так встряхни старушенцию! — фыркнул сосед.

— Как? Мы будто на разных планетах.

ГЛАВА 4

Три недели — и никакой работы. Саманта решила воспользоваться козырем: отцом! Богатый, властный, дерзкий венгр иммигрировал в Лос-Анджелес в сороковых годах и сколотил состояние на пошиве спортивной одежды — наводнил ею рынок Калифорнии, когда индустрия моды в стране только начинала развиваться.

Шандор Липштадт основал несколько фирм по производству одежды и стал владельцем парфюмерной линии «Деланж» в Америке. Грамотная рекламная кампания — особенно подарочные наборы ко Дню матери — приносила по несколько миллионов долларов в год. А теперь он выведет дочь на «модную сцену». Скоро должны были перезаключать контракт, и Саманта попросила его предложить семье Деланж найти ей работу в парижском доме. Добровольно-принудительно.

Вот так в небольшом доме мод «Деланж» появился первый рекламный агент. Директора приняли условие со скрипом, как расплату за многомиллионные продажи в Америке.

Для Саманты быстро нашли кабинет (переделали кладовую) и ввели новую должность: directrice по созданию образа и продвижению товара. Фальшивое название для фальшивой работы, если бы не стремления и творческие способности новенькой.

В первый трудовой день Саманта созвала совещание. Оделась в «Шанель» с ног до головы. «Может, зря», — подумала девушка через некоторое время. В директорате оказались в основном высокомерные дочери, племянницы и кузины Камиллы Деланж. Стройные, светловолосые, роскошные парижанки — не то что она…

Желая произвести неизгладимое впечатление, Саманта лучезарно улыбнулась в ответ на злобные взгляды. У нее слегка кружилась голова: девушка приняла сильный транквилизатор, купленный еще в Нью-Йорке.

— Bonjour, — заговорила она. Но продолжить не успела.

— Вы американка! — обвиняюще выкрикнула самая злобная директриса.

— И что?

— С чего вы взяли, что можете рассуждать о моде?

— Не о моде, а о продажах, — с вызовом поправила Саманта. — Вы же хотите, чтобы дом приносил доход?

Девушка всегда «от нервов» становилась дерзкой.

Женщины обменялись взглядами. Саманта почувствовала себя ужасно, как в Беверли-Хиллз, когда не выдержала «испытания на модность».

Парижанки разглядывали новую directrice. Все как одна скорчили презрительную гримасу, когда Саманта подняла огромный плакат с довольно лаконичным списком:

1) СЕКС.

2) СЕКС!

3) СЕКС!!!

Зрители молча смотрели на нее.

— И к чему весь этот секс? — с неприкрытым пренебрежением спросила наконец Шанталь Деланж, самая молодая племянница — лет тридцати пяти. — Для французов это plaisir,[33] а не торговля.

— Секс помогает продавать одежду… — терпеливо разъяснила американка. — И духи. И косметику. И темные очки. И обувь. И сумки. И…

Дамы смотрели на нее в упор.

— Уловили суть? — улыбнулась девушка.

— Откуда вам это известно? — спросила другая из семьи Деланж. — И почему вы так уверены?

— Я с этим знанием родилась, — искренне заверила ее Саманта.

— И как нам применить весь этот секс?

— В рекламе, — провозгласила девушка и объяснила, как придать живости закоснелому образу «Деланж».

— Мой кабинет, — чуть позже фыркнула она, говоря с отцом по телефону в уличной будке, — меньше, чем наш шкаф для обуви в Нью-Йорке. А первое рабочее утро жутко меня перепугало.

— Они сами тебя боятся, милая, — ответил он. — Ты же дочь Шандора Липштадта!

— Папочка, эти тощие француженки так злобно на меня пялились, — прошептала Саманта, — словно им подсунули под нос перезревший камамбер. Я оделась в «Шанель», но впечатления не произвела.

Девушка рассмеялась.

— И чем же они лучше тебя? — фыркнул Шандор.

— Думаю, французы ненавидят американцев, папочка… — тихо проговорила Саманта.

— Неужели? И при этом обожают наши доллары?

— Я заработаю для них кучу денег. Так, пап, пора. Умираю с голода, да и сантимы на исходе. Позвоню завтра. Люблю тебя.

На следующий день она, как королева, приняла у себя одного за другим всех важных сотрудников дома.

— «Деланж» звучит так аппетитно, — говорила Саманта. — Словно восхитительный малиновый сорбет. Нужно пробудить в девушках желание. Новая роскошная рекламная кампания поможет продать уйму флаконов.

Саманту не просили менять рекламную стратегию, но девушка казалась столь уверенной в себе, что ее энтузиазм заразил остальных. Персонал «Деланж» внезапно понял, что у дома есть не только прошлое, но и будущее. Американка решила выжать из имени и репутации Камиллы Деланж все до капли или даже больше.

Как-то утром Шанталь остановила девушку на выходе из ее кабинета.

— У меня вопрос: нашей сотруднице обязательно носить «Шанель»?

— Но… это все, что у меня есть! — простонала Саманта.

— В интересах дома хочу предложить наши модели по себестоимости, — отчеканила директриса.