Линн Мессина - Дизайн мечты

— Ксерокс, кажется, сломался. Вызови, пожалуйста, мастера. Мне нужны тридцать семь копий отчета, который я положил тебе на стол.

— Сейчас позвоню в сервисный центр, — пообещала я, приготовившись оправдываться и врать о затянувшемся визите к доктору, но Марк не спросил о причинах моего отсутствия — видимо, искренне считал, что помощница с утра пораньше носилась колбасой.

В кабинете было светло, и Марк, видимо, решил, что верхний свет включен, а я, как всегда, занята разнообразной и интересной черновой работой.

— Будут еще какие-нибудь поручения?

Поручения были — перезвонить клиентам, продлить подписку на журналы, подвести баланс его чековой книжки, заказать для ужина столик в ресторане, найти няньку для ребенка на вечер.

— Хорошо. Если что-нибудь понадобится, я рядом, — пообещала я. Обычно я не настолько предупредительна, но от радости, что опоздание прошло незамеченным, меня обуяло великодушие.

Перед тем как звонить мастеру, я подошла к ксероксу. На панели управления всегда высвечивается код неисправности или неистово мигающая лампочка сигналит о сбое, и в сервисном центре выходят из себя, если звонящий не в состоянии внятно объяснить, в чем проблема.

Аппарат показался мне необычно тихим. Бумага не застряла, порошок не кончился, и ксерокс не стоял в ожидании, пока кто-нибудь загрузит в нижний лоток стопку бумаги А4. Копир был просто выключен. Я щелкнула кнопкой и, в ожидании, пока аппарат прогреется, полистала пятидесятистраничный отчет, оставленный Марком на моем столе. В основном он содержал цифры и диаграммы, подробно описывающие наш экономический рост за истекшие пять лет и особенно за последние месяцы. Я уже неоднократно копировала этот отчет, но сейчас у «Марк Медичи и партнеры» был брачный сезон, мы всячески увивались за инвесторами, призванными вывести нас на новый уровень. Я понятия не имела, что означает новый уровень для компании — перспективы держались в строжайшем секрете, — но для меня лично это значит лишь новый вал черновой работы: больше походов в «Кинкос», больше телефонных разговоров с бухгалтерами, больше чашек кофе потенциальным «женихам», то бишь ожидающим в приемной клиентам, пытающимся от скуки завязать разговор. Они хотели всего лишь безобидной болтовни о погоде, я отвечала рассеянно и односложно, хоть и понимала, что это невежливо. У меня был строгий приказ: исподволь, но настойчиво расхваливать Марка, а мне претило выпячивать полученные им награды, заказы и гранты. Перечислять клиентам многочисленные боссовы достижения — словно шептать любовные стихи на ушко противящейся возлюбленной. В такие минуты я ощущала себя сводницей, Пандаром, добивающимся Крессиды для Троила.

Ксерокс свистнул, зашипел, и загоревшийся ровным зеленым светом глазок выжидательно глянул на меня с панели управления. Я положила отчет в лоток подачи и нажала кнопку «копировать». Аппарат с легким всхлипом подчинился, подтверждая мою догадку — Марк не заметил, что копир не включен. Так уже бывало раньше. Для человека, подавляющую часть работы выполняющего на «Джи-5», Марк до смешного беспомощен во всем, что касается техники. Когда что-нибудь происходит с компьютером, босс выходит из себя либо сидит мрачный как туча; перезагрузить машину ему как-то не приходит в голову.

Убедившись, что ксерокс исправен, я прихватила отчет и отправилась в «Кинкос». Для чего стоять над душой копировального аппарата, наблюдая, как из его недр извергаются бесконечные копии, когда то же самое делают в «Кинкос», да еще подшивают листки в аккуратную пластиковую папку, благодаря чему отчет сразу приобретает солидный вид. Отнеся заказ, я не стала возвращаться в офис, предпочла скоротать время в «Старбаксе» напротив за чашкой охлажденного капуччино и свежим номером «Виллидж войс». Обычно я проявляю больше сознательности — приношу в кафе пару выпусков нашего профессионального издания, но апатия и нежелание что-либо делать, охватившие меня утром, усиливались с каждым часом. Независимо от намерений, благих или не очень, от меня сегодня явно было мало проку.

Когда через полчаса я вернулась, то с удивлением увидела Эбби, одну из дизайнеров Марка. У нас в офисе вообще-то людно, но в понедельник после добросовестного празднования Четвертого июля дизайнеры явно были в нерабочем состоянии. Самому Марку тоже полагалось наслаждаться отдыхом в личном особняке на Кейп-Код, но вот пришлось вилять маленьким, как у буревестника, хвостом перед заинтересованными инвесторами.

— Привет, — сказала я, удивившись, что еще кто-то явился на работу. — Вот уж не ожидала увидеть тебя сегодня!

Подняв глаза от экрана компьютера, Эбби иронично-неодобрительной улыбкой осудила поспешные выводы.

— Я сегодня не на полный день пришла. Нужно кое-что доделать для Марка, — пояснила она, откидывая пряди, падавшие на глаза. У Эбби длинная тонкая челка, модная, но непрактичная. — Шеф дал мне чертежи «Пикассо 2.0» и попросил к концу дня сделать двухмерную компьютерную модель. Сейчас доделаю и пойду. У меня встреча с клиентом и поход на пляж.

«Пикассо» нового поколения весьма схожа с оригинальным вариантом. Новая урна выглядит современнее, изгибы стали круче, цвета — ярче, но основная идея — круглое основание, высота восемнадцать дюймов, материал (эластичный пластик) — осталась прежней.

— Опять в «Кинкос» бегала? — спросила Эбби, увидев знакомый пакет из крафт-бумаги. — Какая, должно быть, скука — с утра до вечера заниматься рутиной! Ничего, вот появятся новые инвесторы, и выделим тебе помощника!

Несмотря на сочувственный тон, я была готова лопнуть от злости. В этом вся Эбби. Милая, приятная девушка, мы неплохо ладим, иногда после работы ходим в бар «Бауэри» и подсмеиваемся над заученными позами изумительно одетых звезд разнообразных подиумов, но Эбби нередко выводит меня из равновесия снисходительным отношением, отеческим похлопыванием по плечу типа не-опускай-руки-детка-и-однажды-ты-достигнешь-моих-высот, создающими ложное впечатление, что она действительно чего-то добилась. У нее творческая должность, интереснее моей, но идеи Эбби прозаичны и неоригинальны. Цветовые гаммы она вообще выбирает по журналам технического прогнозирования колористических решений. Словом, девица пороха не выдумает, и нет на свете человека, которому я завидую меньше.

— Все не так плохо, — возразила я, водрузив пакет к себе на стол. На телефоне горел индикатор принятых сообщений. Может, уже звонил Ник? — Безалаберная организация работы в «Кинкос», усугубленная беспомощным руководством, досаждает мне все меньше. Видимо, развивается мазохистская зависимость: если меня игнорируют меньше десяти минут, я чувствую себя нелюбимой.