TanzaLiz - Другая жизнь

Свон и Ейор зашли в туалет. Там не было никого из обычных заключённых, только шестёрки Реджины и Триша. Миллс не было в туалете. Эмма смотрела по сторонам и не видела её.

— Зачем меня позвали? — спросила блондинка у Триш, проходя в середину туалетной комнаты. Она посмотрела на Шер, чтобы та отошла и не держала её.

Шер немного отошла от Эммы, а сама смотрела на Триш, ища ответы.

— Чтобы узнать, кто ты и зачем сдала нас Шрамер и Поуп? — в туалетную комнату вошла Реджина, — тебе жить надоело?!

Свон тут же повернулась к Реджине. Но делала она это медленно, так как быстрее просто не могла. Она смотрела в глаза Реджины и молчала. Она не могла поверить в то, в чём её обвиняют. Ведь она бы ни за что не рассказала всё, что было, вчера охранницам.

Миллс прошла вглубь и встала к раковинам, скрещивая руки на груди.

— Отвечай! Если я тебе не поверю, я тебя так отделаю, что в морге мать родная не узнает.

— Реджина… — начала Шер, но Миллс её остановила движением руки.

Эмма опустила голову и вновь стала поворачиваться. Обратно, чтобы смотреть в лицо Миллс. Свон не знала, как себя оправдать. Ведь понимала, что Реджина имеет право думать на неё. Свон повернулась и, смотря в глаза Миллс, стала раздеваться. Она скинула с себя рубашку, являя взору всех присутствующих своё избитое тело.

— Меня вчера отделала дубинкой Шрамер. Как думаешь, это я ей сказала?!

— Разное бывало, меня синяками не проймёшь, — Реджина сняла с себя свою рубашку и повернулась спиной, а когда Эмма увидела её синяки, оделась обратно, — так кто ты, Свон?! Может, мне всё же отойти в сторону и ты преспокойненько достанешься Фрайс, а она уж завершит начатое вчера.

— Я не сдавала, — Эмма наклонилась, чтобы поднять свою рубашку. Ей было больно, но и стоять почти голой не хотелось.

Миллс усмехнулась на ответ Эммы, ведь она не сказала ей отойти в сторону.

— Что тебе вчера сказали?

— Спрашивали откуда порез. Я сказала, что заработала в прачке, — Эмма стала застёгивать пуговицы на рубашке. Она не смотрела на Миллс.

— Вот какого черта ты попала именно в эту тюрягу, — Миллс цыкнула, — короче, я от своих слов не отказываюсь, надоест так жить, приходи, а сейчас я умываю руки. А сейчас лечись, киса, — Реджина кивнула всей своей свите и пошла из туалета.

— Эмма, давай помогу, — Шер подошла к Свон.

— Она подумала, что я стукачка. Круто! — Свон медленно побрела к раковинам.

— Хорошо, что подумала, а не была уверена, — Шарлота подошла к Эмме, — если бы она была уверена, тебя бы начали метелить ещё до её прихода.

— Значит, мне повезло, — сделала вывод Эмма и стала умываться водой, — но почему? Кто мог сказать Поуп и Шрамер? Кому это нужно?

— Я думала Фрайс, но если Реджина начала выяснять, кто вас всех сдал, то это точно не она, — Ейор не знала, что и на кого подумать, — а Миллс-то тоже досталось, не как тебе, конечно, но всё-таки…

— Я заметила. Видно сделала рука с той же дубинкой, — Эмма закрыла кран с водой и посмотрела на Шер, — как думаешь, мне теперь ждать разбирательства с Рей? Она же тоже на меня подумает?!

— В ближайшее время однозначно нет, она сейчас не хуже тебя ходит, — девушка усмехнулась, — у Миллс рука тяжёлая.

— Чувствую, что я эту руку на себе тоже когда-нибудь почувствую, — Эмма постаралась усмехнуться, но в душе просто кричала.

Шер погладила Эмму по плечу, — а вот этого я не знаю. Всё будет зависеть от тебя.

— Это я понимаю. Господи, как я хочу блевать от всего этого, — произнесла на вздохе Свон.

— Ты в тюрьме, детка, тут от всего блевать хочется. Сюда нельзя попадать, а если попал, нужно принять, — Шер, как могла, подбадривала Свон, — я идиотка, что попала сюда во второй раз.

— Ты идиотка, — подтвердила Свон, — но я тебе благодарна за всё.

— Ну вот видишь, как я вовремя сюда попала, а то тебя бы уже отсюда в чёрном мешке вывезли.

— Нет. Я не могу этого допустить, — Эмма закачала головой и очень серьёзно говорила. Она не могла позволить дать кому-то убить себя. Ведь она обязана была вернуться.

— Ну, как-нибудь расскажешь почему, — Ейор выдохнула и в этот момент услышала голоса охранников, — пошли быстрее, а то сейчас ещё получим.

— Да, идём. Мне на работу пора, — Свон и Шер покинули туалет. Ейор проводила Эмму до прачечной. Рабочую смену никакие побои не отменяли.

— Не быстро ли ты ей поверила? — уточнила Триш, когда они с Реджиной вошли в свою камеру.

— Она не крыса, — уверенно и чётко ответила Миллс, — я знаю, кто рассказал Шрамер, мне просто нужно было убедиться.

— Но это сделала не Рей, — говорила Триш, — какие у тебя предположения?!

— Это была Ани, — Реджина посмотрела за решётку, чтобы убедиться, что рядом никого нет, — она была там.

— Зачем ей это? — уточнила Триша, — или она совсем идиотка? Она же чуть ли не правая рука Фрайс.

— Она не первая рука Фрайс, а её шестёрка, — Реджина развалилась на койке, — она ни во что её не ставит. Ани девочка на побегушках, которую Рей шпыняет, а потом трахает.

— Я в их отношения не лезу, — скривилась Триша и присела на свою койку, — ты скажешь Фрайс? Или пусть будет в неведении, что греет под боком крысу?

— Пусть будет в неведении, она сама поймёт, когда Ани с бухты-барахты на УДО заявление подаст, а самое главное, его одобрят, — Миллс засмеялась.

Райэн тоже засмеялась.

— А она может. За что она чалится? За разбой. Так ей вполне могут пару лет скостить, — предположила Триша, — эх, жаль, что мы с тобой таким же похвастаться не можем. Как же мне тут надоело. Воздуха хочу и еды. Нормальной!

— Ани и осталось полтора года, если я не ошибаюсь, и сидит она, по-моему, за сбыт наркоты. За разбой Фуги сидит, которая тоже за Рей бегает, — Реджина задумалась, — или это я путаю?!

— Оно тебе надо? — усмехнулась Триша, — похер на них. За своими статьями бы уследить, — она подмигнула и засмеялась.

Миллс тоже засмеялась, — а давай станем законопослушными гражданками своего государства и отсидим полные сроки и выйдем с чистой совестью?! — на полном серьёзе предложила Реджина.

— Мне ещё восемь лет, а тебе? — на том же серьёзе произнесла Триша, — совсем немного. Зато наша совесть будет чиста.

— А мне… — Миллс задумалась, — двенадцать. Вообще ни о чем, ещё два раза по столько же, сколько и отсидела.

— Мелочь, — меланхолично заметила Триша.

— Ну тогда сидим, — Реджина положила руки под голову и посмотрела в потолок. Она еле сдерживала смех, который из неё вырывался, — Хм…

— Чего ты там мычишь? Иди давай, работать и отрабатывать свою чистую совесть перед государством и законопослушными гражданами, — Триша сама смеялась внутри, но ждала, что первой прострелит Миллс.