Барбара Делински - Когда приходит беда

– Я наблюдала за тобой и просто не могла поверить, что это ты так носишься. Одно дело, если бы ты была одна. Но с девочками!

– Девочки в шлемах. К тому же они были пристегнуты.

– Не в этом дело. Помочь Мике с девочками – это, конечно, очень благородно с твоей стороны. Но не слишком ли ты много берешь на себя? А что, например, если бы одна из них выпала. Ты бы ведь не смогла бы ее даже поднять.

Поппи начала выходить из себя:

– Я прекрасно смогла бы ее поднять.

– Каким образом?

– Так же, как и все другие, – руками. У меня сильные руки. Уж во всяком случае сильнее, чем у тебя.

Роза вздохнула:

– Может, оно и так. Но ведь это еще полдела. У тебя ведь никогда не было детей, так что ты даже не представляешь, с какими проблемами может столкнуться мать.

– Дети есть у слепых женщин, – парировала Поппи. – Дети есть у глухих женщин. Дети есть у безнадежных дур. Ты хочешь сказать, что я справилась бы хуже их? Но ты можешь не беспокоиться, я не собираюсь заводить детей. Я знаю, какие могут возникнуть проблемы. Я всего лишь помогаю друзьям. Если ты так уж переживаешь о Мисси и Стар, почему бы тебе тоже не помочь?

– Прекрасная идея, – спохватилась Роза. – Наши дочки уже набегались. Поэтому Арт возьмет сейчас напрокат пару видеокассет и закажет пиццу. Я бы хотела пригласить и Мисси со Стар. Как ты думаешь, Мика не станет возражать?

Поппи знала, что Мика будет работать допоздна и не станет возражать, если кто-нибудь пригласит девочек к себе домой. Поппи придется весь вечер выслушивать глупости Розы. Но тут уж ничего не поделаешь.

За весь день Мика не перемолвился с Гриффином и десятком слов. Однако к наступлению сумерек в помещении, где готовится кленовый сироп, были собраны результаты их труда. В теплом сыроватом воздухе ощущался легкий запах хлорки. Они тщательно промыли и трижды сполоснули пластиковые шланги, выводные трубки для сбора сока, всевозможные приспособления из нержавеющей стали.

Вытирая длинную стальную раковину, Гриффин спросил:

– Сколько сиропа вы делаете?

– В хороший сезон? Примерно четыре с половиной тонны. Чем дольше деревья дают сок, тем больше сиропа.

– А от чего это зависит?

– От погоды. Сок выделяется, когда ночью температура ниже точки замерзания, а днем выше. Если днем и ночью одинаково холодно или тепло, сок идет плохо.

– Вы научились этому ремеслу у отца?

– У отца, у дяди. – Мика посмотрел на Гриффина. – Конечно, у них тогда не было столько леса, сколько у меня. Таскать сок ведрами с двадцати гектаров было бы невозможно. Теперь мы используем шланги. Это облегчает работу. Поэтому мы можем справляться сами, не нанимая рабочих. По крайней мере раньше могли. Я очень рассчитывал на Хезер.

Он замолчал.

– Я хотел бы поговорить с вами о Хезер. Мика бросил на него уничижительный взгляд:

– Я все ждал, когда же дело дойдет до этого.

– Я ведь могу помочь. У меня есть связи. У меня есть возможность раздобыть информацию, недоступную другим.

– Скажите, а зачем это вам нужно?

Гриффин не мог заставить себя признаться, что хочет таким образом искупить свою невольную вину. Поэтому он сказал:

– Ради Поппи. Она мне очень нравится, и я хотел бы помочь ее друзьям.

– Это она послала вас ко мне?

– Нет. Она оберегает вас. Она пока так до конца и не поверила, что я ей друг.

– Если даже она не уверена в этом, то почему я должен вам доверять?

– Потому что я даю вам честное слово. И делаю я это не только из-за Поппи, – добавил он. – Мне просто повезло, что у меня есть возможности. Я зачастую пользуюсь ими, чтобы раздобыть информацию о чем-то, что мне по существу безразлично. А это совсем другой случай. Мне нравится ваш город. Мне нравятся здешние люди. А с Хезер действительно сурово обошлись.

– Сколько это будет мне стоить?

– Нисколько. Дело в том, что вы – главное звено в этом деле. Вы можете подсказать мне правильное направление поиска.

Мика начал собирать мокрые тряпки.

– Мне нужны самые основные сведения, – уговаривал его Гриффин. – Хорошо бы знать, где она родилась.

– Не могу вам ничем помочь.

Захватив охапку мокрых тряпок, Мика вышел за дверь. Гриффин взял куртки и последовал за ним.

– Потому, что сами не знаете? Но ведь вы прожили вместе четыре года. Может быть, она хоть о чем-то упоминала, на что-то намекала.

– Если она что-то и говорила, я этого не помню, – пробормотал Мика и широким шагом направился к дому.

– Может быть, какие-нибудь письма? – не сдавался Гриффин. – Она когда-нибудь получала письма, поздравительные открытки с незнакомым вам обратным адресом?

– Нет. Правда, я никогда не просматривал почту.

– Может быть, она что-нибудь спрятала?

– Нет! – Он отворил заднюю дверь и вошел в дом. Гриффин прошел за Микой в кухню, а потом в комнатку, где стояли стиральная и сушильная машины.

– Нам не нужна ее полная биография. Нам нужно лишь доказательство, что во время того инцидента она находилась в каком-то другом месте.

Мика загрузил тряпки в стиральную машину.

– Родственник. Какой-нибудь родственник, – продолжал настаивать Гриффин, проходя за ним в кухню. – Должны же вы хоть что-то о ней знать. Она ведь где-то жила до того, как приехала сюда.

И тут Мика сорвался. С горящими глазами он закричал:

– Я не знаю, где она жила. Вы думаете, мне самому это приятно?

За вспышкой последовала гробовая тишина. Наконец Гриффин заметил, что Мика повел глазами в сторону двери. Повернувшись, он увидел Поппи. Она с болью смотрела на Мику.

Гриффин тяжело вздохнул.

– Нет, я не думаю, что вам это приятно, – тихо сказал он и вышел через заднюю дверь.

Глава пятая

На рассвете в воскресенье пошел снег. Пушистые легкие снежинки мягко падали за окном спальни Поппи. Но от этого ее настроение не улучшилось. Поппи встала позже обычного, приняла душ, закуталась в свой любимый халат, приготовила кофе. Когда она включила коммутатор, ни одна из лампочек не загорелась. Обитатели Лейк-Генри или сидели перед каминами, самостоятельно отвечая на входящие звонки, или уехали кататься в горы.

С кружкой кофе она подъехала к окну гостиной и увидела во дворе пикап Гриффина, который он как раз ставил рядом с ее «блейзером». Поппи не поехала встречать его к дверям – ей было непонятно, рада она его появлению или раздосадована им. И вдруг она подумала: а не привез ли он чего-нибудь перекусить? Сейчас было бы неплохо съесть горячей острой фасоли, которую так вкусно готовят у Чарли.

Гриффин потопал, отряхая снег с сапог, повернул ручку, приоткрыл дверь и крикнул:

– Есть кто дома? – Заметив Поппи, он улыбнулся. – Привет! Как дела?