Ольга Ясинецкая - На соискание счастья

— Вы знаете итальянский? Скажите, что мой номер 528. Пусть пришлет за своей собачкой.

Кирилл кивнул и очень любезно поговорил со старушкой.

— Она говорит, что ее благодарность за то, что вы спасли ее Арни, бесконечна. Ее внук сейчас спустится за собакой. Только не будете ли вы так любезны что-нибудь на себя накинуть, а то он очень темпераментный парень, и в противном случае она не ручается за его поведение при виде такой очаровательной девушки в неглиже.

— Спасибо… — начала было Таша, но тут до нее дошел смысл переведенных слов. Она в ужасе опустила глаза и, прикрывшись бедным Арни, запутавшись ногами в ножках проклятого кресла, выскочила, наконец, с балкона.

Бросив на пол ни в чем не повинного (хотя еще как посмотреть) пса, Таша, кипя от возмущения, сдернула покрывало с кровати, выскочила в коридор и стала молотить в соседнюю дверь, что есть силы. Дверь не открыли. И не надо.

— Идиот! — Закричала Таша в дверь. — Придурок! Вы видели, что с меня упало полотенце, и ничего не сказали. Фетишист! Фашист! Вам все равно, что я стояла голышом на виду у посторонних людей. Безжалостный самодовольный болван! Ненавижу.

Пока Таша молотила кулаками в дверь, покрывало сползло до колен. Девушка стала натягивать его вверх, наступила на один конец, сделала шаг и упала.

— Могу я вам чем-нибудь помочь?

Кирилл появился из двери по другую сторону от Ташиной. Его бархатный голос и вкрадчивые интонации, несомненно, говорили о том, что и этой сценой он насладился вполне. Он подошел к девушке, поднял ее на руки и отнес в номер. Спеленутая до пояса, Таша брыкалась, но сопротивляться было бесполезно. Руками она прикрывала грудь. Кирилл бережно держал ее и смотрел, как румянец покрывает щеки. Остановившись у дивана, Он почему-то не отпускал ее. А Таша только чувствовала, как горит под его руками ее кожа, как теплеет внизу живота и расплавляются остатки самообладания.

— Ненавижу, — прошептала Таша. Но невербальное послание ее тела говорило что-то вроде того: «Сдаюсь без боя. Возьми меня здесь и сейчас. И поскорее». Кирилл, казалось, уже готов был потянуться к ней губами, как вдруг раздался стук в дверь. Тогда он хладнокровно поставил ее на пол и пошел в ванную.

— Вот. Накиньте, — он протянул ей халат. — Это пришли за Арни, наверное. Не стоит продолжать смущать итальянца. Уважьте просьбу пожилой леди.

— Что вы говорите? А я как раз обожаю смущать красивых молодых итальянцев, — прошипела Таша, натягивая халат.

— Оно и видно.

— Если бы вы проявили каплю благородства, мне не пришлось бы сейчас краснеть.

— Я не мог. У вас очень красивая поп… поза. И… и все остальное.

— Нахал, убирайтесь отсюда.

— Эксгибиционистка! Уже ухожу.

Таша и Кирилл продолжали переругиваться, когда девушка уже открыла дверь и оглядывала номер в поисках злополучного Арни. Пес улегся на Ташину футболку, валявшуюся на полу и спал, нервно подрыгивая лапами во сне.

Черноволосый парень, не решаясь зайти в номер, так и не получив приглашения, смотрел на Ташу, не отрываясь.

— Вы уверены, что сможете выпроводить его из номера? Похоже, ему ваши прелести не на шутку приглянулись.

— Уйдете вы, наконец?

— Но вы же не знаете итальянский, — вдруг заартачился Кирилл.

— Простите, но переводчик не понадобится. Я немного владею русским. Моя бабушка — Елена Петровна — русская. Меня зовут Антонио.

— Наташа, — девушка протянула руку.

— Извините за беспокойство. Вы спасли не только Арни. Вы спасли мою бабушку. Представьте, как она бы страдала, если бы с ее любимцем что-то случилось. Она так к нему привязана. Бабушка хочет познакомиться с вами и приглашает вас на ужин. Она хочет выразить вам свою признательность.

— Это получилось случайно, и совсем не стоит благодарностей. А за приглашение спасибо. Мне очень приятно будет познакомиться с вашей русской бабушкой.

Антонио медлил.

— Если это ваш друг и вы вместе, то, конечно, приглашение распространяется и на него.

Вежливость Антонио с трудом, но победила неприязнь к Кириллу.

Таша улыбнулась Антонио и ехидно посмотрела на Кирилла.

— Нет-нет. Этот мужчина — просто мой сосед. Он услышал шум и зашел узнать, все ли в порядке.

«Понравилось? — Таша не отличалась мстительностью, но все же рада была отомстить за позавчерашнее пренебрежение к своей славной персоне. — Съел? То-то!»

Кирилл попрощался с ними легким кивком и покинул номер с достоинством свергнутого с престола императора. Антонио с трудом сдержал радость.

— Так я зайду за вами. В семь.

— Отлично.

Парень нехотя повернулся, видно было, что ему совсем не хочется уходить.

— Подождите, — закричала Таша. — А зачем вы приходили?

Антонио, не понимая, моргал.

— Собаку забыли.

Глава XVII

Третий ужин в Каннах явно был послан Таше в компенсацию за несостоявшиеся два предыдущих. В день приезда Таша ужинала под пальмой в одиночестве. Вчера был банкет по поводу закрытия фестиваля, на котором было много шампанского и немного канапе. Поэтому Таша быстро захмелела и совершенно не помнила, как Айгуль и Бакир доставили ее в номер. А может, они и сами не помнили. Или они не пили… Неважно. Веселились они как дети.

После некоторых колебаний (все-таки вечернее платье медового цвета было куплено Юлей специально для охмурения Кирилла) Таша решила надеть это самое платье. Не везти же его в Москву ни разу не надеванным. И где это она сможет выступить в Москве в такой красоте? Тем более что акция с Кириллом провалилась с треском. Заглушив небольшое чувство неловкости такими размышлениями, Таша достала косметичку и принялась за легкий макияж. Незаметный, естественный. Чтобы просто немножко помочь природе, как говорила она своим клиенткам. Хорошо, что мужчины не догадываются, сколько часов нужно провести в метаниях между зеркалом, ванной, косметичкой, шкафом с одеждой, маленьким зеркалом и зеркалом во весь рост, еще раз косметичкой, феном, в поисках щипчиков, пузырька лака нужного оттенка и закрепителя для этого самого лака. Сколько раз нужно заколоть и переколоть эту упрямую прядку, принюхаться к флакончикам с духами, чтобы определить, какой запах сегодня подходит к образу и случаю. И все это еще помимо всех подготовительных процедур, о которых нет смысла упоминать, так как они были в должной мере освещены в «Дневнике Бриджит Джонс».

И все это для того, чтобы выглядеть так естественно привлекательно, будто не больше трех минут поколдовала над прической. Через три с половиной часа все этапы «трехминутного колдовства» были закончены, Таша надела, наконец, платье, освежающее тело прохладой натурального шелка, и изящные босоножки, делающие ступни соблазнительными до невозможности.