Джослин Рэйнс - Романтика любви

— Комиссионные? — Графиня наконец оторвалась от газеты и посмотрела на Кэролайн так, как будто та вонзила ей нож прямо в сердце. — В «Элеганс» никогда не было комиссионных и никогда не будет! Я занимаюсь здесь бизнесом, а не благотворительностью. Позвольте напомнить вам, мадемуазель, что вы здесь бесплатно проходите обучение, не говоря уже о маникюре, одежде и питании. Это вы должны платить мне.

Графиня была права насчет обучения и других вещей, но она, конечно, была несправедлива по отношению к Кэролайн и хотела дешево отделаться от нее. Кэролайн решила наведаться в бюро по трудоустройству Сакса и заполнить анкеты для магазинов Гуччи, Картье и Армани на случай, если там вдруг появится вакансия.

Но к сожалению, графиня знала, что говорит: кругом действительно был застой. В бюро Сакса вакансий не было. Никто не требовался и в тех магазинах, куда обращалась сама Кэролайн. Она кругом получала отказы, но не оставляла попыток найти что-нибудь.

В Палм-Бич март — всегда самый оживленный месяц — это разгар туристского сезона. По Ворт-авеню разъезжают «роллс-ройсы», «феррари» и великолепные «мерседесы», все столики в изысканных ресторанах зарезервированы заранее, а магазины полны покупателей, обновляющих свои гардеробы. В этом месяце третий вторник оказался исключительно удачным днем для «Элеганс». К половине четвертого в холодильнике уже не осталось минеральной воды, охлажденного чая и печенья, поэтому графиня послала Кэролайн пополнить запасы.

— А вы справитесь без меня? — спросила ее Кэролайн, подумав о том, что некоторым клиентам может не хватить внимания графини, пока Кэролайн сбегает в «С'э си бон».

— Конечно, справлюсь, — резко ответила Тамара. — Но советую поторопиться.

Кэролайн потребовалось почти полчаса, чтобы купить все необходимое, а как только она появилась в салоне, графиня, убедившись, что все более-менее спокойно, удалилась в свой офис. Кэролайн догадалась, что та пошла позвонить своему маклеру, человеку, которого графиня очень ценила. Независимо от того, сколько клиентов собиралось в салоне, она обязательно звонила Клиффорду Хэмлину, иногда по два-три раза в день, чтобы поинтересоваться состоянием дел с ее капиталовложениями. Она часто упоминала имя Клиффорда и говорила, что этого финансового гения знает уже давно. Кэролайн представляла его себе как скучного седого старика, курящего толстые сигары и играющего в теннис в шортах, без конца рассуждающего об акциях, ценных бумагах и перспективах разных толстосумов. Но ее это фактически не касалось. Клиффорд Хэмлин мог интересовать только Тамару.

Кэролайн стояла в глубине опустевшего салона, когда открылась входная дверь и вошел какой-то мужчина. На него падал свет с улицы, освещая его сзади, поэтому Кэролайн не могла разглядеть его лицо. Она только отметила, что у него пышные светлые волосы и что он держится с достоинством человека, уверенного в себе. От него веяло силой атлета. Он был одет так, как в Палм-Бич одеваются только богачи на отдыхе: футболка, застиранные джинсы цвета хаки, специальные кроссовки на резиновой подошве для гребли на байдарках. Он был худощавым, но мускулистым, ростом около шести футов и с широкими плечами, из-за которых его фигура от талии и бедер напоминала треугольник основанием вверх.

— Я могу вам чем-нибудь помочь, сэр? — спросила Кэролайн, как ее учила графиня.

Она все еще не видела лица посетителя, потому что он, наклонив голову, рассматривал витрину. По его виду можно было понять, что он и сам не знает, чего хочет.

— Я ищу подарок, — наконец произнес он тихим, мелодичным, серебристым голосом. Проработав не один месяц на Ворт-авеню, Кэролайн уже знала, что такая манера говорить вырабатывается, только если джентльмена воспитывали лучшие гувернанты, если он посещал закрытые учебные заведения для избранных и самые изысканные клубы. Этот человек определенно принадлежал к одной из самых богатых и известных фамилий в Палм-Бич. — Что-нибудь оригинальное, — добавил он.

И наконец он перестал разглядывать витрину и посмотрел на Кэролайн.

Глава 3

Джеймс Годдард, без всякого сомнения, был самым красивым мужчиной, которого когда-либо встречала Кэролайн. Он как будто сошел со страниц романа, материализовался из самых ее сокровенных грез. Кэролайн поморгала глазами, чтобы убедиться, что это не плод ее воображения. Да, он в самом деле существовал и, улыбаясь, стоял перед ней.

У него были классически правильные черты лица, высокий лоб, широко расставленные глаза, прямой точеный нос и полные чувственные губы. Его светлые волосы, прядями спадавшие на лоб, выгорели на солнце, кожа слегка загорела, а загадочная и соблазнительная улыбка обнажала ровный ряд ослепительно белых зубов. Его ясные ярко-голубые глаза, светившиеся живым умом, обрамляли длинные темные ресницы. Кэролайн вдруг поняла, что он не намного старше ее.

Клиент сказал, что ему нужно что-нибудь оригинальное. Кэролайн ни минуты не сомневалась, кому предназначается этот подарок — молодой, богатой и красивой подруге. И конечно, очень избалованной. Он явно собирается купить что-нибудь для женщины, которая много для него значит.

— Что-нибудь оригинальное для оригинальной особы? — спросила Кэролайн.

Он не ответил, а, наклонив голову набок, оглядел девушку с головы до ног. Шелковистые каштановые волосы, перевязанные ленточкой, чистая здоровая кожа, хрупкая стройная фигура. Кэролайн попыталась сделать вид, что не замечает, как он ее разглядывает.

— У нас есть очень оригинальные вечерние сумочки и украшения, которые мы только что получили из Парижа, — сказала она, слегка покраснев.

— Нет, я думаю, что это не пойдет, — ответил он, не сводя с нее глаз.

— Может быть, вы хотели бы купить что-нибудь из дамского белья? — спросила Кэролайн, чувствуя себя не в своей тарелке от его оценивающего взгляда и прилагая все усилия, чтобы казаться сдержанной и спокойной.

При этих словах посетитель оживился, а его лукавая улыбка стала шире.

— Прямо в яблочко, — сказал он, не сводя с нее глаз. — Именно в эту секунду я как раз и подумал о белье.

Кэролайн изо всех сил старалась не покраснеть.

— В таком случае… — Она подошла к выставочной витрине и показала ему черную грацию с глубоким вырезом и разрезами по бокам, состоявшую, казалось, из одних кружев, — это была одна из самых оригинальных и дорогих вещей в салоне. Соблазнительная роскошная штучка, которую так приятно снимать с партнерши в порыве страсти.

— Может быть, вы это имели в виду? — спросила Кэролайн.