Людмила Леонидова - Духи для киски

— Как только, так сразу, — обиделась девушка.

После очередной перепалки с любовником, перебрав гардероб Джуди, Зойка фыркнула на длинные платья и дорогие палантины соперницы. Невозможность вообразить себя в такой одежде разрешила Зойкины сомнения, и она предстала перед гостями в обтягивающей красной юбчонке из синтетической кожи и блестящем топе, прикрывающем только то, что не прикрыть было нельзя. На фоне смокингов мужчин и длинных вечерних нарядов дам, юная иностранка тем не менее чувствовала себя прекрасно. Главное, она не была обделена вниманием сильного пола. Молодые люди во время танца охотно заглядывали в тугой вырез топа, поскольку пухленькие, не обремененные лифчиком груди выскакивали оттуда с настойчивостью неваляшек. А ее оголенные ляжки вызывали вполне определенные желания. Дешевый наряд Зойки был принят всеми за экстравагантный прикид. Всеми, только не строго-чопорной научной дивой Мелани, которая публично не одобряла замужества Джуди, а втайне завидовала подруге. Бесшабашное кокетство новоиспеченной родственницы Джуди со всеми подряд сразило ее наповал!

— Наш Геракл, кажется, достойную себя кузину подобрал, — собрав в стайку подружек, презрительно сплетничала хозяйка.

— Т-ш-ш, услышит, — завидев беззаботно приближающуюся Зойку, предостерег кто-то.

— Думаю, она не поймет, такой… как она, о Геракле слышать не приходилось, — смерив презрительным взглядом разрозовевшуюся от внимания мужчин Зойку, нарочито громко высказалась Мелани.

— Вы не правы, Мелани! — совершенно не обиделась Зойка. К счастью, не забыв после нескольких крепких коктейлей, что ее родина теперь Греция, Зойка решила сразить ученую крысу знанием греческой мифологии: — Страна должна знать своих героев, — подняв палец, поучительно заметила она. — Про все двенадцать подвигов Геракла, сына Зевса и смертной женщины Алкмены, в латинской версии, заметьте, его звали Геркулес, я знала еще с колыбели, — Зойка театрально вздохнула, — а вот о ваших Гераклах и Робин Гудах, к сожалению, не знаю ни-че-го. Может быть, в Америке их просто не было? Хотя, над «Унесенными ветром», которые я прочла в подлиннике, — Зойка эффектно всхлипнула, — прорыдала всю ночь.

Затем она огляделась по сторонам и, поманив пальчиком одного из самых преданных ухажеров, которого только что обучала танцевать польку, кадриль и самбо одновременно, попросила ей чего-нибудь налить.

— Что желаете? — очень научного вида господин в очках с готовностью откликнулся на просьбу.

— Водочки, — нарочито громко отозвалась Зойка, прочтя в глазах Мелани, которая второй час мучила пустой стакан, неподдельный ужас.

— С соком? — поинтересовался услужливый ухажер.

— Чистенькой, — повергая в дальнейшее смятение группу ученых див, небрежно бросила Зойка.

— И еще вот что, коллега… — подслушав, как ученые обращаются друг к другу, Зойка решила, что по праву может назвать так Мелани.

Подобной наглости Мелани не ожидала никак! Зойка залпом опрокинула поднесенную рюмку, мимоходом попросив повторить.

— Итак, коллега, я тоже специалист по славянской истории, языкам и литературе.

От ужаса Мелани остановилась в позе «замри», но, придя в себя, не выдержала:

— В какой науке вы достигли успеха, видно невооруженным глазом.

— Ах, как вы не правы! — театрально воскликнула Зойка и продолжила: — В подтверждение могу назвать не только древнегреческих героев, но и героев славянского эпоса, таких как… — В это время подоспела вторая рюмка, а Зойка загнула наманикюренный пальчик: Илья Муромец, — круг слушающих увеличился, — Алеша Попович…

Кто-то одобрительно захлопал, раздались удивленные возгласы.

«Черт, — ругнулась про себя Зойка, — третьего я забыла». — Она опрокинула рюмку в рот и продолжила:

— Русский художник Васнецов изобразил их на картине «Три богатыря». Они там все вместе, можете в Москве в музее Васнецова посмотреть! И еще, — блистала эрудицией Зойка, — в русском эпосе есть «Слово о полку Игореве». Оно относится к двенадцатому веку. Главный герой насовершал там кучу подвигов, таких же, как Геракл.

Мелани, пожав плечами, дала понять, что не знает о таком.

— Вы, коллега, замкнулись в узкой теме, — однажды Зойке так сказал на экзамене преподаватель. Теперь она, как школьницу, поучала признанного авторитета Мелани. — Оперу надо посещать, — продолжила она. — «Князь Игорь» гениального русского композитора Бородина не приходилось слушать?

Круг собравшихся дружно закивал. Мелани скорбно молчала.

— Как раз по мотивам «Слова о полку Игореве», — победоносно выдала Зойка. — Не знали? Искусство освежает науку! Мне рекомендовали вас как большого знатока. Я разочарована! — Гордо подняв голову, Зойка покинула кружок сплетниц.

— Коллега, вы преподаете? — Господин, подносивший водочку по ее просьбе, семенил следом с еще одной рюмкой в руках.

— Молоток, хвалю за то, что проявил самостоятельность, — великодушно поощрила скандалистка и повторила вопрос: — Преподаю ли я? Почти что. — Почувствовав, что этого недостаточно, Зойка решила пояснить: — Я недавно получила диплом.

Бумажная салфетка, поданная очкариком, оказалась как нельзя кстати. Она посмотрелась в большое зеркало: размазанная во время нелегкого сражения помада — после каждой рюмки она тыльной стороной руки вытирала губы — напоминала боевой раскрас индейцев. Поплевав на салфетку, Зойка с остервенением стерла следы яркой помады.

— Я недавно получила диплом и могу преподавать историю, литературу, язык, — похвасталась она. — Да, еще я проходила стажировку в Англии, в Оксфордском университете. Не верите?

— А-а, поэтому вы так…

— Хорошо танцую, — пьяно помогла ему Зойка, почувствовав, что, выполняя ее поручения, он тоже прикладывался к стаканчику. — Не хотите ли вы мне предложить работу?

— Я как раз об этом подумал…

Очки у господина научного вида совершенно сползли на нос, а галстук-бабочка, перевернувшись, болтался сбоку.

— Мы с вами об этом непременно поговорим, — пообещала Зойка, — а сейчас не окажете ли мне услугу?

— Вы хотели бы еще выпить? — догадался ученый.

— Непременно!

Победа над Мелани подняла Зойку на щит, теперь-то ей было совсем не страшно. Напротив — все веселило и радовало: приветливые официанты, проносившиеся мимо, каждый раз при этом предлагая выпить или закусить, музыканты, играющие по ее просьбе любую мелодию, голубые волны бассейна, плещущиеся у ног… Перетанцевав со всеми мужчинами, Зойка наконец отыскала любимого. Эйфория приятного вечера захватывала. Косые взгляды Мелани были нипочем.