Мэгги Шайн - Кожа и кружева

— Во всех этих видах спорта я хотел попробовать себя, — объяснил Ричард.

— И что же, попробовал? — удивленно приподняв брови, спросила Марта Джейн.

— А что, мой возраст уже не позволяет? — Он усмехнулся, а Марта Джейн покачала головой. — Да, во всех попробовал. Причем делал это так часто, что они уже мне надоели. Мне вообще все быстро надоедает. — Он многозначительно посмотрел на Марту Джейн. — До недавних пор надоедало.

Марта Джейн откашлялась и предпочла сменить тему разговора.

— А что скажешь о клетке с чучелом попугая, которую ты повесил в углу?

— О клетке? Клетка должна напоминать мне о том, что я никогда не должен попасть в нее.

— Как твой брат?

— Вообще-то я думал именно об этом, когда вешал ее, — нахмурившись, ответил он.

Марта Джейн отвела взгляд в сторону. Она была права: этот человек никогда не изменится.

— Ты мне так и не сказала, что сама поставишь у себя в кабинете, — напомнил Гейбл.

Марта Джейн огляделась по сторонам, раздумывая.

— Вот там, над столом, я хочу повесить одну картину. Я увидела ее недавно и не могу забыть. На ней изображена женщина с тремя лицами, каждое из которых — это часть ее личности.

— Видел я эту картину, — кивнул Ричард. — Значит, ты повесишь ее здесь, чтобы посетители знали, что в тебе есть много такого, чего они не видят?

Марта Джейн медленно покачала головой:

— Нет, для того, чтобы напомнить себе самой, что я до сих пор жила в одном-единственном измерении. Я долго не знала многого о себе — до тех пор пока… В общем, я не хочу об этом забыть.

Ричард пробормотал что-то вроде того, что он и не позволит ей забыть.

Она быстро оглянулась на него.

— Что ты сказал?

— М-м-м… Я спросил, что я могу сделать для тебя. Как президент фирмы, покровительствующей вам.

— Ты ничего не должен делать, — пожала плечами Марта Джейн.

— Да нет, должен, — проговорил он исключающим возражения тоном. — Что еще ты поставишь здесь?

— У меня вообще-то есть кое-что на примете. Например, можно поставить аквариум. А у окна можно устроить гигантскую скалу.

— Скалу?

— М-м-м… Такую миниатюрную. Я недавно видела в магазине. Она вся в аметистовых пиках, и когда в окно будет светить солнце, она засияет, как бриллиант.

— Зачем тебе скала в кабинете? Или она тоже будет иметь какое-то особое значение?

— Да, — кивнула Марта Джейн. — Я поставлю ее как символ того, чего я хочу от жизни: безопасности, стабильности и постоянства. Можно, конечно, и свернуть куда-нибудь разок-другой, но я хочу всегда видеть впереди определенную цель.

— Куда это свернуть? — Ричард явно удивился ее словам, но лицо у него при этом оставалось безмятежным. — Даже представить себе не могу, что ты имеешь в виду.

— Может, мне стоит взять у тебя напрокат несколько фотографий твоих экстремальщиков, — с улыбкой произнесла она. — Есть множество вещей, которых я никогда не делала, но которые хочу попробовать. Альпинизм, полеты на параплане… — Она была готова биться об заклад, что Ричард поежился.

— Но это же опасно, Марта Джейн. К тому же ты, кажется, сказала, что хочешь стабильности и постоянства.

— Но я же их еще не получила, — с легкой улыбкой промолвила в ответ Марта Джейн, вспоминая прошлую ночь. — Так что почему бы мне пока не пощекотать себе нервы?

Ричард смотрел на Марту Джейн с таким видом, словно она только что призналась ему, что продала секретные документы китайского правительства. Наконец он покачал головой.

— Вот что я тебе скажу. Если ты и в самом деле хочешь попробовать себя в экстремальных видах спорта, то только скажи. Я буду сопровождать тебя, чтобы удостовериться в полной твоей безопасности.

Марта Джейн взглянула на него, склонив голову набок. Ее рука невольно схватилась за шею, пальцы стали поглаживать ниточку пульса.

— Что-то не так? — Ему безумно хотелось, чтобы она опять зарозовела своим дивным нежным румянцем. — Я когда-нибудь говорил тебе, какая у тебя красивая шея, Марта Джейн? Очень красивая!

Он что же… флиртует с ней? С ней, с простой Мартой Джейн Бисуэлл? Нет, это не умещалось у нее в голове. Просто он разбудил в ней первобытный сексуальный инстинкт, вот ей и мерещится всякое. Она становится смешной. Она же знала, что прошлая ночь кончилась, едва успев начаться. Для Ричарда это было приключение, один из экстремальных видов спорта: опасный, щекочущий нервы и очень короткий. Девушка на одну ночь. Переспать с ней и забыть. Для него она ничего не значит — ни как Валентина, ни как Марта Джейн Бисуэлл.

И она совершит огромную ошибку, если встретится с ним ночью. Огромную! Но, черт возьми, как ей этого хотелось! Стабильность и постоянство — это, конечно, замечательно. Но ведь их еще нет у нее. Да, в разговоре она поддразнивала Ричарда, но что плохого, если она еще разок свернет в сторону?

Глава 7

Ричард не думал, что она придет. Он почти надеялся, что не увидит ее. Потому что она напугала его сегодня своими разговорами о стабильности и постоянстве. Он знал, что она имела в виду. Один мужчина, одна женщина, взаимные обязательства. Ричард слишком хорошо знал себя, а потому понимал, что такое ему быстро надоест. Так что будет совсем неплохо, если она не придет. Лучше не привыкать к ней.

Да, но ведь… ведь он же сам вызвался сопровождать ее, если она вздумает увлечься каким-нибудь экстремальным спортом… Сам ей предложил. Потому что кое-что ему надоело, а с ней будет, наверное, интересно. А может, для нее в этом тоже будет стабильность и… возбуждение.

Нет! Он знает, чего хочет, а чего не хочет. Лучше, если они сразу все обговорят и он поймет, какие еще безумные идеи роятся в ее голове.

Ричард отошел от парковой скамьи. Фонтан за его спиной шумел так сильно, что он не услышит ее приближения даже в том случае, если она позвонит в колокольчик. Хотя, конечно, она не придет, но все-таки…

— Привет, Ричард!

Он повернулся так резко, что едва не сбил ее с ног.

Она опять говорила низким — одновременно грубоватым и мягким — голосом, напоминающим шелест бархата по нежной коже. Ричард понимал, что она меняет голос, чтобы он не узнал ее. И все же это потрясло его. Теперь, после близости, он понимал, что Марта Джейн всегда привлекала его. Даже в своих твидовых костюмах. Даже в длинном пальто и в шерстяной шапке, в которых она явилась на свидание. Даже когда она ежилась от холода и прятала руки в карманы.

Он, прищурившись, посмотрел на Марту Джейн. Было темно, но она все равно… надела маску! Другую на этот раз. Кажется, из черного бархата и с рожками, что ли? «Еще одно творение Кайлы!» — с горечью подумал он. Значит, она все-таки не хочет, чтобы он понял, кто прячется под маской. Что ж, отлично! Пусть будет так.