Энн Мэтер - Надменный герцог

— Вас волнует поиск сокровищ, сеньорита?

Джулиет не смогла скрыть своего энтузиазма.

— Да, сеньор. Разве это может оставить кого-нибудь равнодушным? — она поставила бокал с вином на белоснежную скатерть. — А вы часто ныряете с аквалангом?

— У герцога мало времени для таких пустяков, — вмешалась Эстелла, задумчиво посмотрев на Джулиет.

Герцог пожал плечами и подлил себе вина.

— Сеньора Винсейро имеет в виду, что лично ее поиск подлинных памятников истории не интересует, — неожиданно резко произнес он, и Джулиет заметила раздражение на лице Эстеллы.

— Ты отлично знаешь, что этот спорт весьма опасен, — сказала Эстелла. — А твое положение не позволяет тебе безответственно относиться к своей жизни!

— Я всегда помню о своей ответственности, Эстелла, — возразил герцог, — а подводное плавание опасно только для дилетантов!

Джулиет предпочла промолчать, чтобы не вызывать недовольства Эстеллы Винсейро, у которой являлась пока единственной сторонницей. Однако, герцог сам переменил тему разговора, и Джулиет облегченно вздохнула.

После ленча сестра Медисон увезла Тересу в ее комнату. Джулиет, почувствовав себя лишней, извинилась и ушла к себе, но она потом долго не могла избавиться от мысли, что герцог и Эстелла остались наедине, и почему-то это вызывало у нее беспокойство.

Так случилось, что в этот день Джулиет больше не видела Тересу. За обедом, который она ела в одиночестве, так как герцог опять отсутствовал, ей сказали, что у сеньориты Тересы разболелась голова, и девушка осталась у себя в комнате. Джулиет сомневалась в правдивости этой информации, но ничего не могла поделать, кроме как мысленно назвать Тересу обманщицей.

После обеда вместо прогулки по пляжу она поднялась в свою комнату и попыталась занять себя чтением романа, который привезла с собой. Но персонажи показались ей какими-то безжизненными, лишенными тепла и глубины. Характеры тех людей, с которыми она здесь познакомилась, и жизнь на острове были гораздо интереснее, поэтому Джулиет отложила книгу и осталась в сумерках сидеть на балконе, глядя на огни яхты в бухте.

На следующее утро Тереса вышла к завтраку, чем очень обрадовала Джулиет, которой не хотелось обращаться к герцогу с просьбой поговорить с племянницей, потому что сама Джулиет не может с ней справиться. Сестра Медисон тоже была здесь, и Джулиет показалось, что Тереса взяла ее с собой для поддержки.

Пожелав всем доброго утра, она попросила служанку принести ей кофе и булочки и дружелюбно улыбнулась Тересе.

Та демонстративно отвернулась, и Джулиет поняла, что нисколько не продвинулась на своем пути.

— Я думаю, сегодня утром мы могли бы пойти на пляж, Тереса, — весело сказала она, но приготовившись выслушать гневные возражения своей воспитанницы.

Тереса фыркнула.

— Я думаю, у моего дяди несколько иные планы на этот счет, — язвительно заметила она.

Джулиет нахмурилась.

— В самом деле? И какие же?

— Он берет меня с собой, сеньорита. Так что вам, видимо, придется выполнять свой план в одиночку.

Тереса с гордым видом откинулась на спинку кресла. Одетая в кремовое платье с красной вышивкой, она выглядела очень привлекательно, и кажется, была чрезвычайно довольна собой. Джулиет не могла понять, что же задумал герцог. Приглашая Тересу с собой, он только способствует тому, что разыгравшееся воображение опять начинало рисовать ей счастливые картины, которые в реальной жизни никогда бы не могли осуществиться. Джулиет была раздосадована и молча принялась за завтрак, чувствуя, как злорадно сестра Медисон смотрит на нее. Когда на стол упала чья-то тень, Джулиет не подняв глаз, продолжала есть, хоть и ощущала присутствие герцога всеми фибрами души.

— Доброе утро, сеньорита! — произнес он. — Надеюсь, вы хорошо спали?

Джулиет была вынуждена поднять голову. Она подумала, что герцог де Кастро, в шелковой рубашке горчичного цвета, темно-коричневых брюках для верховой езды, заправленных в высокие сапоги, выглядел внушительным, уверенным в себе и очень привлекательным. На солнце его волосы казались иссиня-черными. Он закатал рукава рубашки, обнажив сильные руки; левое запястье украшали золотые часы. Ворот рубашки был расстегнут, и Джулиет раздраженно подумала, что он прекрасно осознает собственную привлекательность. Чувствуя свое бессилие, она еще больше разозлилась на Тересу.

— Спасибо, сеньор, я спала хорошо, — ответила она как можно спокойнее и опять вернулась к завтраку.

Герцог спросил сестру Медисон о самочувствии пациентки, потом заговорил с Тересой. Джулиет услышала в ответе девушки нежные интонации и поняла, что не сможет повлиять на сложившуюся ситуацию до тех пор, пока герцог не будет прислушиваться к ее советам.

Но тут герцог обратил свое внимание на Джулиет:

— Тереса сказала вам, сеньорита Саммерс, что сегодня мы едем на прогулку?

Джулиет подняла на него глаза.

— Да, сеньор. Я хотела пойти с Тересой на пляж, но теперь от этого намерения, конечно, придется отказаться.

Она увидела, как Тереса зло смотрит на нее, и с опозданием поняла, что говорила слишком резко.

Герцог провел рукой по своим волосам. Одна непослушная прядь спадала ему на лоб, и хотя он отбросил ее назад, она тут же вернулась на прежнее место. Его взгляд оставался совершенно непроницаемым, когда он произносил:

— Тереса, конечно, объяснила вам, что и вас это тоже касается.

Джулиет бросив взгляд на женщин, отмстила нескрываемый гнев Тересы и удивление сестры Медисон. Видимо, Тереса не сказала об этом и своей медсестре.

— Тереса только сказала, что едет вместе с вами, — ответила, Джулиет, не имея возможности уйти от прямого ответа.

— Понимаю. — Герцог посмотрел на племянницу. — В чем дело, Тереса?

Девушка наморщила нос.

— Сеньорита Саммерс сделала неправильные выводы, дядя Фелипе. Я же не сказала, что она с нами не едет.

Этого Джулиет не могла отрицать, но ни она, ни Тереса не стали объяснять ему, как в действительности обстояло дело.

— Могу я спросить, куда мы поедем? — поинтересовалась Джулиет.

Герцог достал портсигар.

— Мне нужно побывать в Вентерре. Это поселок, который вы видели в день приезда, сеньорита. Мои дела не займут много времени, потом мы могли бы поехать на другую сторону острова в бухту Лауганка-Бей. В давние времена у ее берегов затонуло несколько испанских галеонов. Я подумал, что это могло бы заинтересовать вас, сеньорита.

От удивления Джулиет потеряла дар речи. Наконец она пришла в себя и спросила:

— А мы сможем побывать там на пляже?