Кристин Волкер - Учебный брак

— Ну, на самом деле… — Джонни выпрямился и прочистил свое горло. — Поскольку ты упомянула, признаюсь — это я. Я делаю это.

Я уставилась на Джонни в изумлении.

— Что? Не может быть!

— Да, я свожу плей-листы для каждых танцев, начиная с первого класса старшей школы. — Он указал своим подбородком на мою толстовку. — Тебе нравится The Connells[4]?

Я толкнула его плечом.

— Боже мой, ты знаешь The Connells? Я обожаю их.

— Знаю их? — произнес Джонни. — Лично я думаю, что это одна из самых недооцененных поп-инди групп во всем движении пост-панка.

Я моргнула.

— Ух ты. Эмм… да, я полностью с тобой согласна. — Я вытянула свой балахон так, чтобы можно было прочитать надпись, несмотря на то, что она была перевернутой и начиналась с убойной шутки. — Я не понимаю, почему они не успешные.

— «'74-'75»[5] была вполне популярна в Европе. — Джонни поднял свои брови. — Что еще ты слушаешь?

Я развернулась и подтянула свою ногу на скамью.

— Я безумный, сумасшедший фанат The White Stripes[6].

— Абсолютно закономерно. Они вне пределов современности. Джек Уайт[7] — потрясающий музыкант.

— Корме шуток. The Raconteurs[8]?

Джонни повернулся лицом ко мне.

— Боже мой, его работа с ними просто сводит с ума. С «Salute Your Solution»[9] позднее сделали микс.

— Удивительно.

Мы усмехнулись и кивнули друг другу.

Начала играть «I‘ll Be Your Mirror» группы The Velvet Underground & Нико[10], и я сказала:

— Ух-ты, хороший выбор. Боже, если бы я знала, что ты сводил плей-листы все три года, я бы приходила на танцы чаще.

Джонни открыл рот, как будто собирался что-то сказать, но когда началась лирическая песня, он просто повернулся вперед и сгорбился на своих коленях.

— Ты в порядке? — спросила я.

— Все отлично. — Он попытался убедить меня, что все в порядке, не поднимая взгляда.

— Нет проблем.

Я искала на танцполе Гейба, но нигде не видела его. Зато я заметила Тодда и Аманду, прижимающихся друг к другу и качающихся под музыку. Она водила ногтями вверх и вниз по его рубашке поло, когда они танцевали.

Джонни поднял голову и тоже наблюдал за толпой. Один парень обернул серебряную ленту вокруг своей девушки и держал концы, в то время как она медленно танцевала перед ним.

— Ты любишь танцевать? — спросил Джонни.

О Боже. Это неловко. Он спрашивает, люблю ли я танцевать? Мой рот был широко открыт, в то время как я задумалась над более глубоким смыслом этого вопроса. Он, должно быть, почувствовал мои сомнения, потому что выпалил:

— Я ненавижу танцы. Думаю, что ненавижу. Я просто… Я просто в ужасе. Я полностью нахожусь в музыке, но действительно не могу танцевать.

Ух. Облегчение.

— Да, ты говорил об этом сегодня утром. И я не могу. — Я нацелила свой большой палец на танцующую пару. — Не то что бы я назвала это танцами.

— Ха. Верно.

— Иногда я скучаю по временам, когда у людей было мужество.

О, Боже. Это звучит неправильно. Я сказала:

— Имею в виду, когда были продуманные вечеринки, все наряжались и танцевали классические танцы и все остальное.

— Да.

Мы сидели и не разговаривали на протяжении нескольких песен. Были один или два предсказуемых хита, но также играло и несколько неизвестных «драгоценных камней». Немного Chairlift[11]. Немного The Killers[12]. Немного Plain White T‘s[13] (должна играть в родном городе парней), и даже местная группа, название которой я люблю — Kicked Off Edison. Этого было достаточно, чтобы показать, что у Джонни потрясающий вкус в музыке.

Я барабанила своими пальцами по скамейке.

— Сколько времени?

Джонни посмотрел на свои часы.

— Восемь минут.

Я потянулась.

— Где Мар носит?

— Понятия не имею.

— Возможно, мне стоит пойти поискать ее.

Как только я встала, музыка остановилась и директор Миллер подула в микрофон. Ее часы, наверное, спешили. Возможно, именно так она поймала своего обманывающего мужа. Свет стал ярче, и я увидела Мар, машущую мне и показывающую большой палец с другого конца зала. Час икс настал.

Директор Миллер сказала:

— Выпускники! Выпускники! Выпускницы и выпускники! — Она сделала паузу, чтобы посмеяться над своей хромой шуткой. — Позвольте мне прервать вас на минуту. Что ж, мы собрались здесь, чтобы начать новый год с шиком! Да! И отпраздновать приобретение знаний о браке и партнерских отношениях! Для начала я хотела бы, чтобы каждый из вас станцевал следующий танец с вашим партнером по образовательному браку! После этого веселитесь! И наслаждайтесь вечером!

Никто не двигался.

Кроме Джонни, Мар и меня. Я просигналила Мар, и она помчалась к Аманде.

Джонни и я двинулись к Тодду. Мы знали: у нас есть только несколько секунд перед тем, как свет погасят. Мар добралась до Аманды первая и начала указывать на ее лицо — отвлекала разговором о косметике, я думаю. Затем Джонни зашагал чуть впереди меня. Он кружился справа, повернулся, и… случайно натолкнулся на Тодда сзади. Тодд начал падать вперед. Джонни поймал его, но продолжил толкаться и неловко обращаться, при этом многократно извиняясь. Поскольку Тодд наклонился, я небрежно подошла к нему, вытащила наше секретное оружие из пластикового пакета, лежащего в кармане моей толстовки, и шлепнула им по заднице его штанов хаки. Благодаря всем толканиям и неловким действиям Джонни Тодд ничего не заметил. Только когда он встал, а Аманда завопила, он понял, что на него надет подгузник для взрослых с шоколадным пудингом, солидолом[14] и мясом из тако. Клейкие этикетки помогли, но солидол действительно заставил его держаться.

— ЧТО ЗА ЧЕРТ! — закричал Тодд, резко повернулся и увидел меня.

Я скрестила свои руки и улыбнулась.

— О, бедный ребенок, — сказала я. — Мамочка забыла сменить тебе подгузник?

Тодд снял подгузник со своей задницы и сделал фатальную ошибку: поднял его вверх. Келли Брукс закричала, словно это была отрезанная голова ее божества, Марты Стюард. Все вокруг обернулись и уставились на нас. Аманду начало тошнить, она прикрыла рот рукой и убежала в сторону туалета.

— Святой… Что…? Ооо, ты покойница, ПРИНЦЕССА МОКРЫЕ ШТАНИШКИ, — сказал Тодд. Громко. В общем, все услышали имя.

Кроме этого, у меня тоже было для него прозвище. Фактически, я позаимствовала идею у директора Миллер. Я сделала глубокий вздох и сказала:

— Рада, что тебе понравилось, СЕНЬОР НЕДЕРЖАНИЕ.

Несколько человек начали смеяться. Несколько пар присоединились. Затем кто-то крикнул: