С. Хукс - Абсолютные новички

— Ты остаешься? — Спросила она, совершенно не стесняясь своей наготы.

— Нет, — пропищал я и, прочистив горло, продолжил, — н — нет, я должен вернуться домой…

— Хорошо, — сказала она, улыбаясь. — Увидимся на занятиях в пятницу.

Она быстро поцеловала меня в щеку и вернулась к кровати. Я стоял и смотрел, как она залезла под одеяло.

— Спокойной ночи, — попрощался я.

— Спокойной ночи, — сонно зевнула она. — Будь осторожен на дороге, Стивен.

— Спасибо, ты тоже, — машинально ответил я и лишь потом понял, что сказал.

Убирайся отсюда, придурок!

Она рассмеялась и повернулась в постели, давая одеялу сползти и обнажить грудь. Всего на секунду я подумал, что это ничем не хуже, чем провести ночь в своей постели. Она была теплой, мягкой и приятно пахла. Я должен признать, что это не так уж страшно звучало.

Нет, больше не подходи туда.

— Хм, да. Пока, — я быстро подошел к двери.

Я повернулся, чтобы посмотреть на нее, и она помахала мне с кровати. Я неловко поднял руку в ответном жесте, прежде чем, наконец, вышел на улицу, закрыв за собой дверь. Она закрылась с легким щелчком, отгораживая меня от квартиры, и я решил, что это хорошо.

Я помчался домой, желая вернуться к привычной жизни, где все было организовано и рационально. Я безумно нуждался после ночи проведенной в месте, где царили хаос и беспорядок, оказаться в своей практически стерильной постели. Входя в свою квартиру, я снова подумал о Мисс Уайльд. Я представил, что она может подумать о ней: чистая, гармонирующая по цветовой гамме мебель и легкий запах лизола[6]. Вероятно, она возненавидит мою квартиру так же, как я уже ненавидел ее. Я лег спать под прохладной белоснежной простыней, одетый в пижаму, в спальне с белыми стенами, на кровати без украшений. Но моей последней мыслью перед сном стала мысль о дикой девушке в теплой светящейся комнате, лежащей на чудовищной кровати, теплой и обнаженной под одеялом. И в моих снах этой ночью она не была одинока.

Глава 5

Следующим утром со мной случилось то, чего не происходило никогда прежде: я проспал. Уже опаздывая, я скатился с кровати, застонав, когда почувствовал, как мои мышцы протестовали. Я не растянул их вчера после тренировки и теперь расплачивался за это болью. Я поплелся в ванную, прокручивая в голове распорядок дня. Но сегодня утром я чувствовал себя немного необычно. Мой мозг не работал, хоть я и выспался. Я спал как убитый после…

О, Боже, я спал с Мисс Уайльд.

Она привела меня к себе и практически соблазнила. И мне это понравилось. Она даже смогла проникнуть в мое подсознание. Сейчас я отчетливо вспомнил сон, снившийся мне перед пробуждением. Это была сцена из прошлой ночи: Мисс Уайльд на коленях, ублажающая меня орально. Но в отличие от прошлой ночи во сне я сам все контролировал. Ее «конский хвостик» был обернут вокруг моих пальцев, я толкался в ее рот, а она смотрела на меня. Выражение ее глаз, застенчивое и похотливое одновременно, практически умоляло меня доминировать.

Господи. Что со мной не так?

Я встал под душ и покачал головой, оказавшись под струей воды. Никогда прежде у меня не возникало желания проявлять власть над женщиной, но теперь я вспомнил сон в подробностях: после орального секса я грубо взял ее сзади, а она кричала от удовольствия. Понятно, что это была реакция на бутерброд, который я съел у нее вчера. Есть перед сном не очень полезно для здоровья и, я слышал, это может вызывать кошмары. У меня не было склонностей к тому, что я видел во сне, и, уверен, что у Мисс Уайльд также. Ей нравилось контролировать ситуацию в спальне, а мое представление о ней во сне, совершенно противоположно той женщине, с которой я спал прошлой ночью.

Я спал со своей студенткой. Со своей очень раздражающей, ужасно одетой, сквернословящей студенткой!

Я ударился лбом о стенку душевой кабины. Дважды.

Ой.

Я потер лоб, чувствуя себя абсолютно нелепо.

Закончив принимать душ, я быстро вытерся, надеясь, что смогу избавиться от воспоминаний о прошлой ночи, вернувшись к ежедневной рутине, включающей в себя поездку в центр города. Обычно я обедал с Мэттом два раза в неделю, так как я бывал в кампусе только три дня из пяти, а он проводил все свои ночи вне дома. Спортивным баром главным образом управлял его друг Шон, поэтому у Мэтта всегда было достаточно свободного времени на то, чтобы распутничать и делать то, что он считал «хорошим времяпровождением».

Я не знаю, почему Мэтт проводил со мной так много времени, хотя и считал меня скучным. Скорее всего, он думал, что я одинок. Я всегда предпочитал любой компании свои книги, свой телевизор и свое уединение, однако я не мог отрицать, что неплохо бы было иметь подругу, чтобы проводить время с ней. И я хотел завести собственную семью. С годами вероятность того, что это произойдет, становилась все меньше и меньше, я посещал свадьбы и крестины своих коллег неизменно в одиночку. Тем не менее, я не жаловался. Одиночество стало моей второй натурой. Даже в школе я большинство ночей и выходные дни провел в одиночестве. Я никуда не вписывался: фирменный ботаник из-за очков и неуклюжего телосложения, я был принят в их ряды, только чтобы понять, что меня мало интересуют ролевые игры, жанр фэнтези и компьютеры; я любил классическую литературу, слушал виниловые пластинки моего отца и играл в шахматы, что сделало меня изгоем даже среди изгоев. В колледже и аспирантуре стало немного легче, и я был благодарен судьбе за горстку хороших друзей, которых завел тогда, хоть у меня и не получалось часто встречаться с ними.

Вернувшись к обыденным делам, я оделся в один из костюмов, побрился и посмотрел на свои волосы. Мэтт говорил, будто я пытаюсь зачесать лысину, укладывая волосы, но торча в разные стороны, они выглядели довольно странно. Я вздохнул и решил оставить все как есть. Я был уверен, что получу нагоняй от брата, если попробую как-то их изменить.

Добравшись до кафе через полчаса, я увидел Мэтта, сидящего за столиком уличного кафе, и поспешил.

— Эй, братишка, я почти разочаровался в тебе, — сказал он, кинув на меня странный взгляд. — Ты опоздал, чего раньше никогда не случалось, ведь ты пунктуален до чертиков.

— Я знаю, — я сел за столик напротив него. — Прости, я проспал.

— Ты проспал? Полагаю, что ад просто замерз.

Я даже не пытался объяснить ситуацию, ведь насколько Мэтт знал, вчера вечером я ушел домой еще до девяти часов, и я не смог придумать убедительную ложь в оправдание.

— Опять засиделся за работой до глубокой ночи? — Спросил он с озабоченным выражением на лице. — Ты не должен так много работать, Стивен. Это не хорошо.