Сюзанна Брокман - Опасная любовь

— Неужели?

Кейт опять пристально вглядывалась в его лицо, и он, отбросив в сторону сомнения, сделал ставку на полную откровенность.

— Нет, хотя должен признаться — я чуть не проглотил все до капли. Франц сказал, что я вообще-то могу и не пить, но если я не выпью, то он позаботится о том, чтобы Стэн Гроган никогда больше не предложил мне работу. И тогда я поднес стакан ко рту, и… — Ох, как же ему хотелось в тот момент выпить — больше, чем когда-либо в жизни! Но он понимал, что даже честность в разговоре с Кейт О'Лафлин должна иметь пределы. — И тут заметил, что Франц караулит каждое мое движение, ждет не дождется, когда все пять лет моей трезвой жизни пойдут насмарку… Тогда мне стало ясно, что на самом деле я не проиграл. Пока еще не проиграл. Но по-настоящему Франц победит только в том случае, если я выпью. Я поставил стакан на место и ушел из бара.

Помолчав, Кейт рассмеялась.

— Неплохо! — заметила она. — Даже очень неплохо! Пусть это было не правдой — вы определенно умеете брать за живое!

Отчаяние захлестнуло его. Она не пожелала смеяться его шуткам, зато развеселилась в ответ на откровенность.

— Но это правда.

Кейт так смеялась, что ей пришлось перевести дух.

— Мистер Бомон, вы выдающийся артист. Это ваша работа — говорить так, чтобы люди верили каждому вашему слову. — Она снова вздохнула. — В последнее время вы не жаловались на здоровье?

— Нет. Я каждый день занимаюсь, и…

— А когда вы в последний раз проходили медосмотр?

Джеду так и хотелось спросить: не желает ли она поиграть еще и в доктора и произвести осмотр лично?

— Меньше года назад — перед тем как подписать контракт на съемки в «Тугих временах».

Кейт кивнула и что-то пометила у себя в папке.

— Пусть ваш агент пришлет мне копию справки.

У Джеда от восторга зашумело в ушах, он едва усидел на месте. Однако голос прозвучал на удивление спокойно:

— Вы предлагаете мне роль Ларами?

Кейт подняла на него непроницаемый взгляд.

— Простите, я, наверное, неточно выразилась. Мне следовало сказать: «Если мы возьмем вас на роль Ларами, пусть ваш агент пришлет мне копию справки». Остались еще кое-какие условия, с которыми вам предстоит согласиться, прежде чем мы сможем приступить к обсуждению самого контракта.

Джед кивнул, чувствуя, какими бешеными толчками сердце гонит кровь по всему телу. Вот оно! Вот оно!!!

— Контракт наверняка уже готов, ведь мы обсуждали его с Виком…

— Эти условия не имеют ничего общего с вашим гонораром.

— Не понял?..

— Прежде чем мы подпишем с вами контракт, я должна получить гарантии того, что наш проект не окажется под угрозой срыва. Я должна быть уверенной в том, что вы не возьметесь за наркотики и алкоголь на всем протяжении подготовки съемок, самих съемок и подготовки проката, когда необходимо будет присутствовать на презентациях.

— Я даю вам честное слово, — кивнул Джед. — Я ничем таким больше не балуюсь и не собираюсь возвращаться к этому вновь. Если понадобится, я стану посещать группу анонимных алкоголиков не меньше трех раз в неделю, и…

— Разумеется, вы будете все это делать, — перебила Кейт. — И как мне ни жаль, но вряд ли ваше милое обещание и крепкое рукопожатие успокоят наших инвесторов. — Она зашелестела новыми бумагами. — Поэтому я взяла на себя вольность заказать своему адвокату небольшой документ, — дополнение к стандартному контракту, одобренному вашим профсоюзом, — содержащий условия вашего приема на работу.

Джед испуганно уставился на пачку листов, которую Кейт держала в руках. Черт, до чего же она толстая! Не меньше десяти страниц убористого машинописного текста. Первоначальный восторг заметно поутих.

— Конечно, вы пожелаете прочесть их внимательнейшим образом, — колко заметила Кейт.

— Что это такое?

— Наши гарантии против «баловства» — как вы только что изволили изящно выразиться. — Ее голубые глаза по-прежнему оставались совершенно холодными. — Я уже говорила, что в этом документе перечислены условия…

— К примеру?.. — Джед все не понимал, к чему она клонит.

Кейт полезла в папку и вытащила копию все того же документа.

— Насколько я помню, в первом пункте… да, вот. Ежедневный анализ мочи на наркотики.

Торопливо колотившееся сердце словно споткнулось на бегу, а вместо восторга к горлу подкатила тошнота.

Джед ошалело уставился на пачку бумаг у себя в руках. Они требовали от него ежедневно брать анализ мочи. И это только в первом пункте. Он торопливо заглянул в конец. Пункт седьмой. Значит, выдвигается еще шесть каких-то условий. Всего семь пунктов — семь способов унизить.

— Второй пункт подразумевает периодические дыхательные тесты на алкоголь. Третье — посещение группы анонимных алкоголиков не меньше двух раз в неделю на протяжении оговоренного срока. Четвертое: вы соглашаетесь на наблюдателя. Мы сами подберем для вас наблюдателя…

«24/7»… это значит — двадцать четыре часа в сутки, семь дней в неделю. Этот документ, эти условия выглядели так дико, что Джед не знал, плакать ему или смеяться.

— Вы имеете в виду няньку? Или тюремного надзирателя?

Кейт предпочла не отвечать.

— …и он приступит к круглосуточному наблюдению с момента начала работы и до окончания съемок. До съемок и после них вы можете оставаться без наблюдения, но если в ходе презентации вы причините ущерб фирме своим недостойным поведением, то лишитесь права на процент от прибыли с проката. Если же вы будете замечены пьяным до съемок, вас просто лишат работы.

Кейт перевернула страницу, обмирая от ужаса при мысли о том, что Джерико Бомон обо всем этом скажет.

— Пятое: во время съемок вы будете пользоваться двумя отдельными трейлерами. Один — для того, чтобы спать, а другой — для дневного времени. Согласно этому договору в трейлере, отведенном под спальню, у вас не будет находиться личных вещей.

— Чтобы я не мог спрятать наркотики? — Джед расхохотался, хотя ему давно было не до смеха. — Это же чушь какая-то!

Кейт подняла на него скучающий взор, молясь, чтобы он не сказал, что она слишком много на себя берет.

— Личные вещи вам позволено держать во втором трейлере, но его станут обыскивать не реже двух раз в день, а если понадобится, то и чаще. Ах да, спальный трейлер будут запирать на всю ночь. Ключи останутся у наблюдателя.

— Заперт… — У Джерико больше не осталось сил разговаривать с ней бархатным голосом суперзвезды. — То есть по-вашему, я буду всю ночь оставаться под замком?

Кейт понимала, что если заставит Джерико подписать этот документ, то сведет риск к разумному минимуму. Но какой ценой? Определенно, это не сделает Джерико Бомона ее лучшим другом. В душе зашевелилось слабое сожаление, и Кейт поспешила его подавить.