Карина Винтер - Сбежать к себе. Часть 1

— Что это было?

Кожа горела огнем, а изнутри пробивала дрожь.

Джек сидел рядом, одарив сестру озадаченным взглядом.

— Ты упала в обморок. Послушай, может быть, причина твоего обморока очевидна?

Хелена удивленно смотрела на гостя, вдруг нервно засмеявшись.

— Нет, нет. Я бы не допустила этого. И потом, я ни с кем не встречаюсь, Джек. У меня, правда, слишком много работы. Я пытаюсь совершенствоваться, и у меня не остается времени на всякие там романы. Я не беременна. Если ты об этом, конечно?

— Именно.

Она потянула на себя плед, поджав колени.

— Совсем одна? Что, ни с кем не сдружилась?

— Ни с кем. Сначала было некогда, а потом я не обнаружила желания. Мне хватает внимания моей семьи. Это чувство всё время со мной. Оно словно в крови.

— Всё верно. Но ты совсем одна в чужом большом городе. Об этом ли ты мечтала?

— Мои мечты в прошлом. Я мечтала в детстве. Тогда мне казалось, что мы все будем вечно рядом; что боль от смерти близкого человека мне никогда не познать; что каждую весну будут цвести красивые цветы вокруг нашего дома, и на каникулах мы опять будем собираться всей семьей. Мои мечты прекратились. Их вытиснула реальность. Мне кажется, мечтать глупо. Ведь потом так обидно, когда этой мечте так и не суждено сбыться.

— Слишком реалистично для твоего возраста.

— Зато без обмана.

— Неужели это говорит моя сестра? Та самая Хелена? Даже не верится.

— Присмотрись внимательнее, это я.

Спустя какое-то время они сидели на диване рядом, откинувшись на спинку и продолжая беседу. Так бывало и раньше. Разница лишь в том, что со временем меняется тема разговора.

Джек заметил перемену в настроении сестры. Она ободрилась, наконец, предложив:

— Мне кажется, самое время открыть шампанское?

На небольшой кухне обстановка не отличалась от остальных комнат. Однако, посуда всё же присутствовала.

Джек разлил шампанское по бокалам.

— Странный этот продавец. Я просил вино, а он всё равно подсунул это.

— Он, верно, решил, что ты идешь на свидание.

Гость сдержанно улыбнулся.

— Откуда в тебе столько сарказма? Вижу, тема моей помолвки тебе невыносима. Давай не будем говорить об этом сегодня? Тебе так будет легче, а значит и мне тоже.

Хелена молча, согласилась, четко осознавая, что проблему это не решит.

Потом они переместились снова в комнату с телевизором. Как всегда рассматривая снимки с диска, что привез Джек. Это было что-то вроде их традиции, что поддерживалась уже несколько лет. Они старались видеться, даже если Джек оказывался в аэропорту всего на несколько часов. Тогда он звонил сестре, и она мчалась в такси на встречу.

Слайд шоу закончилось, но Хелена уже спала у брата на плече.

Утро ещё никогда не было таким прекрасным: разбудил запах свежезаваренного кофе; солнце играло, отражаясь в окнах соседних домов; внизу шумело уличное кафе.

Хелена вошла на кухню, застав непривычную картину. Джек готовит завтрак. Воздух в квартире не звенит от пустоты и одиночества. Можно говорить о чем хочешь и сколько угодно. Блаженство одолело сонное подсознание. Она уселась за стол, выдохнув.

— Доброе утро.

— Привет.

— Хороша хозяйка, если гость утром сам готовит кофе.

— Я не стал тебя будить. Ты так крепко спала.

Хелена пожала плечами.

— Я, если честно, плохо сплю. Сегодня исключение. Может, от слишком сильных эмоций? Или просто спокойнее, когда кто-то рядом?

Она взяла в руки маленькую баночку с кофе.

— Что это за сорт? Никогда не видела такого раньше и аромат особенный. Очень сильный.

— Этот кофе выращивает один мой хороший приятель, в далекой, далекой стране. Не знаю, что за сорт. Это его тайна.

— Звучит, как сказка. Знаешь, жизнь в старшей группе без тебя казалась мне ужасной, но я всё же была уверена в следующей нашей встрече. Ещё существовала какая-то привычка. Я точно знала, что будет. А теперь все иначе. Прости, что опять за старое, но я не могу об этом не думать.

Джек сел рядом, взяв сестру за руки.

— Радость — это когда всем вокруг хорошо. Я сейчас такого не ощущаю. Как это изменить ума не приложу. Чувствую себя виноватым. Наверное, поэтому всю ночь так и не мог толком уснуть. Хотя приучил себя засыпать на новых местах. Но только не сегодня. Давай попробуем просто смириться и продолжать жить дальше. Я буду звонить и приезжать. И у нас есть одна очень важная причина для встреч: ты всё ещё моя сестра, а у тебя по-прежнему есть брат и у нас есть общий дом.

— Я помню об этом.

— У меня есть предложение. Только сначала пообещай мне кое-что?

Хелена приподняла брови.

— Ты обязательно будешь на свадьбе. Без тебя ничего не получится.

Девушка лишь вздохнула, переломав себя и крайне этому удивившись.

— Обещаю. Но точно знаю, что и без меня вашей свадьбе быть. Не спорь. Терпеть не могу, когда меня пытаются обмануть.

Джек согласился.

— У меня есть ещё в запасе часа четыре. Хочу купить тебе самое красивое платье и тогда, ты точно не сбежишь со свадьбы. Знаешь здесь какие-нибудь магазины поблизости?

Хелена улыбнулась.

— Да, знаю. Хожу мимо них каждый день. Как не знать?

День свадьбы Джека и Агнесс был назначен на середину сентября.

С утра прошел сильный дождь. С густой листвы в саду ещё долго стекала прозрачная и чистая вода. Солнце проглядывало сквозь обрывки туч. Вокруг всё медленно покорялось осени.

В доме с самого утра не умолкая, звонил телефон. Это был мистер Белл из пекарни. Он в сотый раз уточнял, какие кремовые цветы должны быть на торте? Пользуясь, случаем, Лора напомнила, что начинка для тарталеток должна быть четырех видов, а не трех как это оговаривалось раннее. Из соседнего поместья, с первыми лучами солнца примчалась мисс Фишер. Лора от такой помощи не отказалась. Женщины задорно смеялись на кухне. Их оживленный разговор, в вперемешку со звоном посуды, доносился и до второго этажа. Там Хелена с дядюшкой расставляли по огромным вазам роскошные букеты из собственного сада. Всё вокруг напоминало о грядущем событии.

Уловив свободную минутку, Хелена забежала в свою комнату, снова наткнувшись взглядом на платье, что купил ей Джек. Сегодня утром она проснулась с ужасным настроением, которое ухудшалось всё больше и больше. Мысль о том, что в их семье появиться какая-то женщина, явно претендующая на собственность к тому, кто дорог Хелене больше всего на свете, сводила с ума, а ещё мысль о побеге не давала покоя. Но одно удерживало в доме: она не хотела подводить своих близких, им и без того хватает сегодня забот.