Фиктивный бывший и кот в придачу - Анна Варшевская

ключи, в голове - гулкая пустота, как в колокол ударили.

Хирург тем временем закрывает дверь, поворачивается в мою сторону, сталкивается с моим ошалевшим взглядом и тоже явно впадает в кратковременный ступор.

Пауза между нами повисает такая многозначительная, что тут подошла бы какая-нибудь замедленная сьемка. Я успеваю подумать, что у меня даже мусорный пакет в руках не шуршит - видно, тоже от шока застыл.

- Соседка, - произносит наконец хирург. - Серьезно?

Голос ровный, но взгляд - как будто я только что испортила ему весь день.

Я пытаюсь выдавить из себя «доброе утро», но выходит что-то вроде:

- Ымммм….

Князев осматривает меня сверху вниз. Очень медленно. И не моргая.

А я невольно прижимаю мусорный пакет к груди, как будто он может меня прикрыть.

- Интересный наряд, - в голосе такая неприкрытая насмешка, что меня бросает в жар. - Новый дресс-код клиники?

- Это…. я не… - отчаянно ищу слова. - Я дома. То есть… ну, как бы… теперь.

- Ага. Дома, - мужчина кивает, как будто делает себе пометку в картотеке подозреваемых. - И как давно «теперь»?

- Со вчерашнего вечера, - признаюсь обреченно. - Совершенно случайно. Я не знала, что вы… ну, в общем…

Он прищуривается.

- Что я здесь живу? Или что в принципе существую?

Растерянно хлопаю глазами. Такого забудешь, пожалуй…

- Оба варианта звучат так себе, если честно, - язык у меня действует вперед мозгов, и я не успеваю вовремя заткнуться.

У него едва-едва дергается уголок губ, но не в улыбке, скорее в каком-то сухом «ага, понятно».

- Ну, можешь не переживать, - говорит тем временем хирург. - Я не из тех, кто приходит занимать соль и заводить дружбу по подъезду. И в общедомовом чате ты меня вряд ли найдешь.

- И слава богу, - вырывается у меня. - То есть, я хотела сказать, отлично! - пытаюсь поправить положение, но делаю только хуже и обреченно закрываю глаза.

Ну почему ты не можешь просто молчать, Агата?!

Князев делает шаг вниз по лестнице, проходя мимо меня и не оглядываясь.

- И кофе в халате на площадке я тоже не практикую. Так что не надейся на утреннюю болтовню.

На это я все-таки заставляю себя промолчать. А так и хочется сказать какую-нибудь… гадость.

Дверь подъезда хлопает внизу, и только тогда у меня получается выдохнуть.

- Екарный бабай! - выдаю шепотом, прижимая к груди пакет с мусором, как родной. - Вот свезло мне, так свезло…

Сердце колотится так, как будто я только что с экзамена сбежала.

Это не может быть случайность… Нет, серьезно. Какие шансы, что моим соседом станет именно он - и именно здесь?!

Медленно спускаюсь вниз, глядя себе под ноги и считая ступеньки, чтобы успокоиться. Двадцать три ступеньки спустя думаю, что это все-таки может быть и совпадение. Еще спустя семнадцать ступенек решаю, что какая мне, собственно, разница? Мало ли соседей, которых я в жизни никогда не видела? Да и кому я вообще нужна, в тапках с ушами…

Выхожу из подъезда, нервно оглядываюсь, но Князева не вижу - видимо, ушел уже. Или уехал! Такие, как он, пешком наверняка не ходят - передвигаются только на машинах стоимостью с три годовых зарплаты санитарки.

- «Не надейся на утреннюю болтовню», - бурча себе под нос, передразниваю Князева, пока иду к мусорному баку. - Ага, а я прям мечтала с тобой по утрам лясы точить!

Швыряю пакет внутрь и уже разворачиваюсь, когда до меня из бака доносится писк.

О, боже, нет! Там… кажется, кто-то выбросил котят! Или щенят! Нет, мамочки, я этого не переживу снова! Я как-то один раз наткнулась на такое… и рыдала потом целые сутки!

- Нет! - у меня вырывается стон, когда писк повторяется. - Да ну нет же!!! Мне же… на работу надо!

Чуть не топаю своими чертовыми ушастыми тапками, мотаю головой, и после очередного писка… не выдержав, лезу обратно в бак.

Мне везет. Если это, конечно, можно назвать везением. Полусырой слабо шевелящийся мешок лежит прямо сверху на куче мусора.

- Господи-господи-господи.… - развязываю его трясущимися руками, и на свет выползает… нечто!

Мелкое, грязное, клочкастое - одним словом, блоха…

А я вспоминаю пророческие слова моей квартирной хозяйки. Про мужиков и котов, от которых одни проблемы.

- У меня тут, кажется, комбо! - мрачно смотрю на трясущегося котенка. - А как все хорошо начиналось!

Беру это создание на руки, он такой худющий, что больше похож на тряпочку с ушами. Мокрый, жалкий, а запах… господи!

- Ну конечно, - бормочу, зажав его в уголке куртки и бегом летя в сторону своего подъезда. - Утро, мусор, чертов сосед-хирург, снова мусор, кот, и давай, Агата, попробуй теперь нормально позавтракать!

Забегаю домой, кое-как переодеваюсь сикось-накось, запихиваю новоприобретенную блоху в свой шарф и в какую-то коробку - слава богу, нашлось что-то подходящее. Хорошо хоть времени у меня пока хватает. Нахожу на карте ближайшую ветеринарку, к счастью, всего две остановки на автобусе. В итоге она оказывается даже ближе, чем я думала, но толку от этого ноль.

На ресепшен меня встречает девушка, которая смотрит на меня с коробкой в руках так, как будто я тут им не котенка, а дохлую курицу притащила.

- У вас запись?

- Нет! - качаю головой. - Я в мусорке нашла.… вот. Но он дышит, пищит, можете позвать врача, пусть его посмотрят…

Девушка заглядывает в коробку, морщится.

- Мы таких не принимаем. У нас нет подходящего оборудования. Если он простужен или, не дай бог, с вирусами - он просто… ну…

- Что «он просто»?! - невольно повышаю голос. - Вы сейчас серьезно?! Это живое существо! Можете хотя бы врача позвать?

- Дежурный врач сейчас занят, - на меня кидают высокомерный взгляд. - И вообще, таких - только в госклиники. Или куда-нибудь, где есть стационар. Мы за таких не беремся.

«Таких» - это каких?! У меня аж руки трясутся. Чуть не рыдая от злости и бессилия, разворачиваюсь и быстро выхожу наружу, прижимая к себе коробку.

Так, надо найти какую-нибудь крупную клинику, а не ветеринарный кабинет.

Набираю свою Ба - она вечно говорит, что разбирается в «кошачьих драмах», и кошки у нее не переводятся.

- О, ты нашла себе жильца? - Виолетта хмыкает в трубку. - Отлично. Вот теперь заживешь. Главное, не называй его как бывшего!

-