Спасение грешника - Кайли Кент

— Я не должен, — говорит он.

Не знаю, что сейчас творится у него в голове, но я чувствую, как он отдаляется от меня с каждой секундой. Поэтому я встаю и подхожу к нему.

— Вин?

— Да?

— Поцелуй меня так, словно это первый и последний раз в твоей жизни, — говорю я ему.

— Мне казалось, я уже говорил тебе, что последнего раза не будет, — говорит он. Его руки обхватывают мое лицо, прежде чем он прижимается к моим губам. Нежно. Он всегда так нежен со мной. И я не ненавижу это.

Мои руки обвиваются вокруг его шеи, притягивая ближе. Я уже знаю, что он ничего не сделает, если я его об этом не попрошу. Я поняла это во время нашей первой совместной ночи. А это значит, что я не могу стесняться просить его дать мне то, чего мы оба хотим.

— Вин?

— Ммм? — бормочет он, скользя губами по моей щеке.

Я наклоняю голову, когда его губы путешествуют по моей шее.

— Я хочу, чтобы ты меня поцеловал...

— Я целую тебя, — говорит он.

— Не там.

Вин поднимает голову, и его глаза встречаются с моими.

— А где? Куда ты хочешь, чтобы я тебя поцеловал, Камми?

Я иду назад, пока не дохожу до кровати. Затем ложусь поперек нее и поднимаю колени, что ступни оказываются на матрасе. Моя юбка задирается вверх по бедрам, и я знаю, что он видит мою голую киску.

— Я хочу, чтобы ты поцеловал меня здесь. — Я показываю себе между ног.

— Блять, — шипит Вин, шагая к кровати. Он опускается на колени, просовывает руки под мою задницу и подтаскивает мое тело к краю. — Ты уверена, что хочешь этого?

— Я хочу этого, — говорю я ему. — Я хочу тебя.

Его плечи вздрагивают, прежде чем он проводит языком по внутренней стороне моего бедра. Когда он достигает моей сердцевины, то проводит языком прямо по центру, снизу вверх.

— Ты, блять, лучшее, к чему я когда-либо прикасался. И лучшее из того, что я когда-либо пробовал, — говорит он, прежде чем его язык проникает в мое влагалище. Кружа вокруг.

Моя голова откидывается назад.

— О боже, — стону я, чувствуя, как удовольствие начинает нарастать внизу живота. По всему моему телу пробегают маленькие искры.

Вин проводит языком по моему клитору. Он лижет, сосет и снова лижет. Его пальцы впиваются в плоть моих бедер, пока он удерживает мои ноги на месте.

— Вот черт. Я сейчас кончу, — говорю я ему. — Не останавливайся. — Мои руки опускаются ему на затылок, и он замирает.

Он осторожно берет меня за запястья и прижимает их к матрасу, продолжая выжимать из моего тела каждую каплю удовольствия. Я разрываюсь на части, крича во всю мощь своих легких. А Вин... Он продолжает лизать меня, пока я не перестаю дрожать.

Затем я чувствую, как прогибается матрас, когда он забирается на него.

— Ты в порядке? — Спрашивает он.

— Ага. А ты? — Я поворачиваю голову, и наши взгляды встречаются.

— Поедание тебя – это буквально самое яркое событие моего дня, детка. Никаких претензий. — Улыбается я.

— Это самое яркое событие твоего дня? — Повторяю я.

— Ты – самое яркое событие моего дня.

Я не знаю, что на это ответить. Я вижу, что он говорит абсолютно серьезно.

— Что произошло сегодня? — Спрашиваю я его.

— Что ты имеешь в виду?

— Что-то случилось. Я вижу. Ты… замкнут. — Я переворачиваюсь на другой бок, подпирая голову рукой.

— Ничего не случилось. Это просто семейное дерьмо, — говорит он.

— Хорошо. Вин?

— Да?

— Почему ты не прикасаешься ко мне, пока я не попрошу?

Он отворачивается, его взгляд сосредоточен на пустом потолке.

— Я должен идти, — говорит он.

— А вот и нет.

— Я должен. — Он снова смотрит на меня, и я вижу нерешительность на его лице.

— Вин, поцелуй меня. Пожалуйста, — прошу я его.

Он наклоняется вперед и целует меня в губы. Мы лежим на кровати, рядом друг с другом, и целуемся. Не знаю, сколько времени проходит, но когда он отстраняется, вид у него чертовски грустный.

— Целовать тебя – это лучший кайф, который я когда-либо испытывал, — говорит он.

— Тогда не переставай целовать меня. — Улыбаюсь я ему.

Он закрывает глаза.

— Думаю, ты можешь стать моим личным спасением.

— Я не спасение, Вин. Я не умею творить чудеса, — говорю я ему.

— Но ты уже творишь, просто не знаешь об этом. — Он открывает глаза и снова смотрит на меня. — Благодаря тебе все плохое исчезает.

— Что именно исчезает? — Я хочу протянуть руку и прикоснуться к нему. Хочу прижать его к себе. Но что-то подсказывает мне этого не делать, поэтому я лежу здесь. Неподвижно. Пока мое сердце бешено колотится в груди.

— Кошмары. — Он говорит это шепотом, как будто не хочет, чтобы я его услышала. Затем Вин наклоняется, целует меня в лоб и слезает с кровати. — Увидимся завтра, Камми, — говорит он и выходит за дверь.

На этот раз я не пытаюсь его остановить. В голове крутятся все возможные варианты. Хотя, когда речь заходит о кошмарах Вина, мне кажется, что мое воображение не способно придумать таких демонов, которые живут в его голове.

Я встаю, беру полотенце, висящее на двери и направляюсь в ванную. Там я стою и смотрю на душ в течение пяти минут. Я знаю, что мне нужно туда залезть, но не решаюсь смыть его прикосновения со своей кожи. В конце концов я осознаю, насколько безумно себя веду, поэтому захожу в кабинку. К тому времени как я выключаю воду, мои пальцы становятся морщинистыми, а комната наполняется паром. Обернув вокруг себя полотенце, я возвращаюсь в свою комнату и останавливаюсь, когда вижу, что Вин сидит на моей кровати.

— Я думала, ты ушел, — говорю я ему.

— Во сколько твои родители возвращаются домой? — Спрашивает он.

— Не знаю. Они просто сказали, что вернутся поздно. А что?

— Мне нужно поспать. Всего час или два. Можешь прилечь со мной? — Сейчас он выглядит таким уязвимым.

— Дай мне свою футболку.