Солнечный свет для Шэдоу - Кэсси Харт

— Отлично, потому что я и не собирался, — ухмыляюсь, убирая палец и просовываю руки под ее попу, чтобы поднять и опустить на мой член. Она резко втягивает воздух, когда я прижимаюсь головкой к ее входу. Ее спина выгибается, когда я медленно опускаю ее на свой член.

— Ах, Шэдоу, — стонет она, а я глухо рычу, когда полностью вхожу в нее. Приходится сжать зубы, чтобы не кончить мгновенно.

— Ты чертовски тугая, розочка, — хриплю, сжимая ее талию, когда она пытается двигаться. Черт, я не могу позволить себе так быстро кончить, но ее тесная киска сжимает так сильно, что не хватает сил сдерживаться. — Дай мне секунду, малышка.

— Ты мне нужен, — выдыхает она, качая бедрами, глаза прикрыты от удовольствия. В этот момент я бы ни за что не поверил, что она неопытна, если бы сам не лишил ее девственности. Кажется, я что-то в ней разблокировал.

— Блять, ты такая ненасытная, малышка, — говорю, и ее затуманенные глаза встречаются с моими, говоря все, что нужно знать. Она начинает двигаться, словно в агонии, не может насытиться. Ее потребность почти совпадает с моей. Почти.

— Ты нужен мне, Шэдоу, — стонет она, и я резко переворачиваю нас на кровати. Ее ноги обхватывают меня, и я снова погружаю в нее член со всей силой своего отчаяния, отчего ее спина выгибается, а из горла вырывается громкий крик.

— Этого ты хочешь? — хрипло рычу, входя глубже в ее сжимающуюся киску. Она сжимается еще сильнее, губы приоткрываются от стонов, когда я выхожу и снова вхожу в нее с такой силой, что кровать сдвигается. Но меня это не останавливает. — Я собираюсь накачать твою тугую маленькую киску своей спермой. Наполню тебя до отказа.

— Да! О, Боже! — стонет она, и я упиваюсь ее покрасневшим выражением лица, набирая темп, вгоняя член в нее все быстрее и сильнее, пока она не начинает всхлипывать от желания кончить.

— Ты моя, — срывается с губ, и я не собираюсь брать слова назад, потому что это правда. Лиза моя, и я не остановлюсь, пока она, да и весь мир, об этом не узнают. — Ты моя. Моя!

Я не слежу за ее реакцией, впиваясь пальцами в ее бедра, толкаясь так мощно, что она хватается за простыни, а я чувствую, как она приближается к своей грани.

— Близко… Шэдоу… — шепчет она.

Я опускаю руку на кровать над ее головой и вбиваюсь в нее с дикой силой, почти звериной. Мои толчки становятся карающими, поскольку все во мне умоляет увидеть, как она разрывается на части в моих объятиях. Ее стоны смешиваются с моим рычанием, и когда она наконец кончает, я рад, что вижу этот момент.

Являюсь его причиной.

Она кончает с криком, ее тело содрогается подо мной, мышцы сжимаются вокруг моего члена, окончательно лишая контроля. Я кончаю с ревом, закрывая глаза, мое нутро болезненно сжимается за секунду до того, как удовольствие пронзает мой позвоночник, и я выпускаю толстые струи своего семени в ее лоно.

— Блять! — выдыхаю, вгоняя свой член в ее влажную киску, зарывая свое семя глубоко в нее. Дрожь сотрясает мое тело, пока я расслабляюсь, тяжело опускаясь на нее. Мое сердце сжимается, когда она обнимает меня за плечи. Мы лежим в тишине, слышно только наше сбивчивое дыхание, пока она наконец не прерывает молчание.

— Ты назвал меня своей, — шепчет она так тихо, что я едва различаю слова. — Пожалуйста, не говори того, что не имеешь в виду. Я могу воспринять твои слова всерьез и вцепиться в тебя, как какой-нибудь жук. Как называется жук, который цепляется и прилипает? Клещ?

Ее слова должны быть смешными, но я уже понял, что она часто прячется за юмором, чтобы скрыть свой страх. Но ей больше не нужно прятаться. По крайней мере, от меня. Мы это исправим.

— Я сказал то, что чувствую, Лиза. Теперь ты принадлежишь мне, — говорю ей. — Ты стала моей с того момента, как явилась сюда требовать встречи с кузиной.

Она фыркает.

— Ты же не серьезно. Люди всегда говорят, что любят меня, а потом уходят. Так что не обещай мне ничего. Это только усугубит ситуацию, когда между нами все закончится.

— Я не скажу ничего, пока ты не будешь готова услышать, Лиза. Но знай, что я чувствую их, и имел в виду то, что сказал. Я докажу тебе, что я не такой, как все. Ты — моя, а я — твой. И точка.

Она ничего не отвечает, но я слышу, как она время от времени шмыгает носом, пытаясь это скрыть. Мы долго остаемся в объятиях, пока я не понимаю, что, наверное, раздавил ее своим весом и пытаюсь отодвинуться. Но она останавливает меня.

— Нет, останься, — шепчет, проводя пальцами по моему плечу.

— Я не ухожу, но я слишком большой, могу тебя раздавить.

Она, наконец, уступает, и я перекатываюсь на спину, подтягивая ее тело к себе. Она опускает голову мне на грудь, и мы остаемся в объятиях друг друга всю ночь.

ГЛАВА 7

Лиза

Вот так выглядят мои кошмары.

Стою в огромном торговом центре, вокруг яркий свет ламп, отбрасывающих зловещие тени. Смех покупателей звучит странно, а разноцветные витрины кажутся жуткими. Кошмар довершает толпа шумных людей — полная противоположность моей обычной спокойной жизни.

Почти думаю, что мне все это снится, когда Рея цепляется за мою руку и тянет в очередной бутик.

Нет, не сон. К сожалению.

Я добровольно пошла с новой подругой в торговый центр, и никакие угрозы и уговоры не потребовались. Утром, когда я собиралась уехать в город, Рея пришла к Шэдоу и застала меня за сборами. Заявила, что Саша на работе, а ей скучно, и что мы идем за покупками. Я хотела отказаться, но перспектива вернуться в пустую квартиру не слишком радовала, и я согласилась пойти с ней.

— Лиза, тебе обязательно понравятся вещи, которые здесь продают, — говорит Рея, заговорщически подмигивая. — Именно здесь я покупаю все свои сексуальные штучки, чтобы дразнить Найта. — Она наклоняется ближе и шепчет: — Говорю тебе, Лиза, у этого мужчины есть отвратительная привычка рвать мои трусики на куски.

— Если это такая уж плохая привычка, почему ты улыбаешься, как кошка, съевшая канарейку?

— Потому что мне нравится, когда он их рвет. Значит, что потом купит мне новые! Так что пойдем тратить денежки моего любимого.

Она тянет меня в отдел с нижним бельем, и я почти уверена, что у меня сотрясение мозга