Софи Кинселла - Шопоголик и сестра

Ознакомительный фрагмент

— eBay? — Я удивленно таращусь на нее. — Это еще что такое?

Откуда мама знает про сетевой аукцион? Она же к компьютеру близко не подходит! В прошлом году я предложила ей подарить Люку на Рождество коврик для мыши, так она отправилась за подарком в зоомагазин.

— Ну как же, шопинг по Интернету! Я сделала ставку на пару подсвечников… — Она вытаскивает из кармана цветастый блокнотик и сверяется с записями. — Ах да, и еще секатор для папы. Почти новый!

— Интернет-аукцион — это нечто! — вторит ей Дженис. — Развлечение — блеск! А ты там ничего не покупала, Бекки?

— Я?… Нет.

— Знаешь, тебе понравится, — подхватывает мама. — Правда, вот вчера вечером зайти на сайт так и не смогла и ставки на портмейрон-ские тарелки не проверила. Не знаю, что со связью случилось.

— Наверное, доменные сервера у них глючат, — со знанием дела говорит Дженис. — Я всю неделю со своим модемом мучилась. Бекки, печеньку будешь?

Ничего не понимаю. Мама бывает на виртуальном аукционе? А завтра что? Скажет, что прошла шестой уровень «Лары Крофт — расхитительницы гробниц»?

— Да у тебя и компьютера-то нет! Ты же терпеть не можешь всю эту современную технику, — говорю я.

— Ну, это уже в прошлом! Я вместе с Дженис позанималась на курсах. И еще мы провели выделенную линию! — Мама на полном серьезе продолжает: — И вот что я тебе скажу, Бекки: надумаешь заводить выделенку, обязательно поставь надежный брандмауэр [Программа, защищающая компьютер от вторжения извне; как правило, входит в состав всех современных операционных систем].

Нет, это уже слишком. Родителям не полагается знать о компьютерах больше своих детей. Я беспечно киваю и отпиваю кофе, ничем не выдавая беспокойства, хотя понятия не имею, что за зверь этот брандмауэр!

— Джейн, уже без десяти двенадцать, — осторожно напоминает Дженис. — Ты собираешься…

— Вряд ли, — отвечает мама. — А ты иди.

— Что такое? — Я перевожу взгляд с одной на другую. — Что-то не так?

— Все хорошо! — Мама ставит чашку на стол. — Просто мы договорились сегодня пойти в гости к Маршаллам вместе с Дженис и Мартином. Но ты не волнуйся. Мы вежливо откажемся.

— Вот еще! — порывисто возражаю я. — Обязательно сходите. Не надо лишать себя удовольствия из-за нас.

Пауза.

— Ты правда считаешь, нам стоит пойти? — спрашивает мама.

Мне немного обидно. Не думала, что она так скажет. По идее, она должна была ответить: «Зачем нам какие-то гости, если приехала единственная дочка?»

— Конечно! — с напускным оживлением говорю я. — Идите, веселитесь, а поболтаем потом.

— Ну, если ты настаиваешь… — неуверенно тянет мама.

— Я мигом соберусь, — обещает Дженис, — Было очень приятно повидаться, Бекки!

Когда она уходит, я замечаю, что папа так и стоит, угрюмо глядя в окно.

— Папа, у тебя все в порядке? Ты что-то все молчишь.

— Прости, — он поворачивается и улыбается, — просто я немного задумался о… гольфе — соревнования через неделю. Очень важные, — Папа имитирует удар клюшкой по мячу.

— Ясно, — отвечаю я, все еще притворяясь веселой.

Но на самом деле мне давно уже не по себе. Нет, не о гольфе папа думает. Что он скрывает?

Что здесь вообще творится?

И тут я вспоминаю о той женщине, которую видела с родителями на улице. Пока они не сбежали обратно за угол.

— А… кто эта женщина, которая была с вами? — спрашиваю я как ни в чем не бывало. — Там, на улице?

С таким же успехом я могла бы взорвать бомбу. Маму с папой будто парализовало. До смерти перепуганные, они переглядываются и отводят глаза.

— Женщина? — наконец произносит мама. — Какая женщина? Грэхем, ты кого-нибудь видел?

— Может быть, Бекки имеет в виду… прохожих, — бормочет папа.

— Ах да! — Опять этот фальшивый тон. — Помню, проходила мимо какая-то дама. Совершенно незнакомая. Наверное, ты о ней и говоришь, дорогая.

— Понятно.

Пытаюсь улыбнуться, но мне уже по-настоящему тошно от этой комедии. Мама с папой мне врут?

— Ну… вам пора! Идите, веселитесь.

Когда за ними закрывается дверь, я с трудом удерживаюсь от слез. Как я ждала этого дня! А теперь жалею, что мы вообще вернулись домой. Никто нам даже не обрадовался. И мои сувениры никакая не редкость и не экзотика. И с родителями что-то неладное. Отчего они такие странные?

— Хочешь еще кофе? — спрашивает Люк.

— Нет, спасибо. — Я тоскливо шаркаю ногой по полу.

— Бекки, ты расстроилась?

— Да, — еле слышно шепчу я. — Немного. Я думала, все будет по-другому.

— Иди ко мне. — Люк разводит руки, и я прижимаюсь к нему. — А чего ты ожидала?

Что они все бросят и закатят в нашу честь праздник?

— Нет, конечно! — Я замолкаю и поднимаю голову. — Вообще-то… да. Броде того. Нас так долго не было дома, а встретили нас, будто мы выскочили в магазин на пару минут.

— Сюрприз — это всегда лотерея, — наставительно объясняет Люк. — Нас ждали только через пару месяцев. Неудивительно, что к встрече никто не подготовился.

— Знаю, но дело не только в этом.

Я вздыхаю. — Люк, тебе не показалось, что мама с папой… что-то скрывают?

— Показалось.

— Да?!

Я в полной растерянности. А я-то надеялась, что он скажет по своему обыкновению: «Нет, Бекки, тебе почудилось».

— Тут явно что-то случилось. — Люк замолкает. — И я догадываюсь, в чем дело.

— В чем? — Я уже устала удивляться.

— Думаю, женщина, которую мы с ними видели и о которой они не хотят говорить, — агент по продаже недвижимости. Наверное, твои родители задумали продать дом.

— Продать дом? — ужасаюсь я, — Но почему? Это же замечательный дом! Лучше не найдешь!

— Ты переехала, а для них он слишком велик.

— А почему мне никто ничего не сказал? Я же им дочь, единственная! Уж мне-то могли бы довериться! — В расстройстве я почти кричу.

— Наверное, не хотели тебя огорчать.

— Я бы не огорчилась! — негодую я. И тут же понимаю, что уже огорчена.

— Ну и огорчилась бы, подумаешь. А скрытничать-то зачем?

Высвобождаюсь из объятий Люка и подхожу к окну. Даже думать невыносимо, что мама с папой решили продать наш дом, С тоской оглядываю сад. Нет, с ним родители не расстанутся. Просто не смогут. Папа так холил и лелеял свои бегонии!

Вдруг я замечаю в соседнем саду Тома Вебстера. На нем джинсы и футболка с надписью «Меня бросила жена и оставила только эту паршивую футболку». Том тащит здоровенную доску. Ну и свирепый же у него вид.

— Возможно, причина не в этом, — говорит Люк у меня за спиной. — Возможно, я ошибаюсь.

— Нет. — С несчастным видом я оборачиваюсь. — Ты наверняка прав. Что им еще скрывать?

— Лучше не думай об этом. Выбрось из головы. Завтра крестины, увидишь Сьюзи!