Бумеранги. Часть 2 - Варвара Оськина

кажется – да! – протянул Бен и под паникующим взглядом Джил отправил в канализацию новую порцию.

И вот тогда она не выдержала. Джил не знала, где нашла силы… Не представляла, чем потребует отплатить измученный организм, но понимала, что Рида надо остановить. Если она хотела остаться в своём уме, то ей нужны долбаные стимуляторы! Без них она не справится, не переживёт ни дикий рабочий график, ни, упаси боже, синдром отмены! Мозг погрязнет в суицидальном бреду, тело – в раздирающей боли, а Джил будет абсолютно беспомощна! И ей никто… никто не поможет… А потому, отчаянно всхлипнув, она ползком бросилась в сторону Бена и, повиснув на его руке, попыталась спасти последние капсулы.

– Идиот! Ублюдок! Что ты творишь?

– Спасаю твои мозги, – пришёл холодный ответ, и Рид жёстко отодрал от себя скрюченные женские пальцы, едва не выдрав по пути клок рыжих волос.

– Конченый псих, – прошептала она, пытаясь подняться на дрожавшие ноги. Её шатало, но она всё равно упрямо шагнула в сторону валявшихся на туалетном столике блистеров, но Бен преградил дорогу. Схватив Джил за талию, он легко сдерживал её отчаянные потуги вырваться.

– Пусти меня! Скотина! Ты хоть понимаешь… Понимаешь, что только что смыл в унитаз кресло в Конгрессе?

– Не знал, что оно белое и овальное, – ехидно протянул Рид, а Джил задохнулась в отчаянии и на мгновение замерла.

Как ему объяснить? Как?! Мозг лихорадочно пытался включиться в работу, но просто не мог. А потому Джиллиан снова бросилась в сторону капсул, мечтая спасти хотя бы часть…

– Пожалуйста… пожалуйста… не делай этого со мной, – взмолилась она, а сама старалась дотянуться. Однако Бен крепко держал извивающееся тело. – Я не смогу без них! Не справлюсь! Слишком мало времени…

Она пыталась донести такую простую и очевидную мысль, но Рид не понимал. Не желал или действительно не мог, Джиллиан не знала.

– Не думаю, что всё так печально, – хмыкнул он. – Успокойся. У тебя просто психоз, это пройд…

– Психоз?! – взвыла она и истерично засмеялась. – Конечно у меня психоз! Господи… Я засыпаю со снотворным, просыпаюсь со стимулятором и живу на антидепрессантах! Не так печально, говоришь? Разумеется, когда я могу работать по двадцать часов в сутки!

– Джил! Так нельзя…

– Да пойми же ты… – она снова пыталась найти слова, но желе собственных мыслей не слушалось. – Я не смогу… Не выдержу, уже пыталась… Нельзя так резко!

– Ты сидишь на наркоте! – заорал Бен и невольно слишком сильно оттолкнул вновь забившуюся Джиллиан прочь. А она вдруг пошатнулась и, не удержавшись на слабых ногах, рухнула на пол, где больно ударилась ладонями о холодные плиты.

Повисла пауза. Длинная. Такая долгая, что, наверное, можно было прочитать всю «Илиаду». Но вместо этого Джил слышала только шум воды в сточных трубах да короткое дыхание Бена. Она боялась поднять голову и посмотреть ему в глаза. Боялась даже открыть рот и сплюнуть кровь, что выступила с кончика прикушенного языка. Но потом раздался звук шагов, и перед глазами оказались кроссовки. Обычные. Белые. Такие никак не ожидаешь увидеть на воплощении стиля и делового этикета, каким всегда был Бенджамин Рид. Но именно эта деталь стала тем абсурдным толчком, что вынудил Джил переступить через остатки собственной гордости.

Она прикрыла глаза и вдруг отчаянно улыбнулась. А в следующий миг её худая рука, где от истощения выцвели даже веснушки, медленно скользнула по затянутой в грубую ткань мужской голени, очертила неведомый узор на колене и пробралась чуть выше. Почти сразу к ней присоединилась вторая. На мгновение они с силой обхватили узкие бёдра и сразу поднялись дальше. Туда, где за пряжкой стандартного ремня и краем обычной футболки скрывался пояс брюк. Джил надавила ладонями, вскинула голову и подползла ближе, едва не стелясь под ноги Бену. А тот замер и в недоумении следил за чем-то происходившим в тени его личности, пока руки Джил уже тянулись к застёжке.

– Пожалуйста… Зачем тебе это? Оно ведь того не стоит… – шептала она, пока медленно вытягивала грубую кожу ремня из джинсовых шлёвок. Одна… вторая… Джил ногтем подцепила язычок пряжки, расстегнув тот с тихим лязгом.

– Что ты делаешь? – процедил, наконец, Бен.

В его глазах бушевало неверие. Рид такого не ждал и оказался вдруг не готов, что Джиллиан сыграет так грубо. А она уже вычерчивала в паху контуры ширинки и с каждым новым кругом надавливала чуть сильнее, накрывала ладонью, нежно сжимала. Джил знала, что делать. Чувствовала и понимала, ловила малейший нюанс реакции. Хотел ли её Рид? Да, несомненно. Мгновенно и отчаянно. Даже в таком состоянии: униженную, на коленях, в шаге от самой настоящей наркотической ломки. Джил чувствовала рукой и щекой, как он невольно подался вперёд, и приласкала пальцами его эрекцию, постаравшись вытянуть всё из этого примитивного чувства.

– Разве не ясно? Ты же думал об этом. Мечтал… Так давай, бери!

«Сделай всё что угодно, только оставь хоть немного! Я так боюсь сойти с ума… Не заставляй меня проходить через это!»

Вторая рука потянулась к пуговице на джинсах, чтобы тут же ловко её расстегнуть, и Джил зубами схватила бегунок, ощутив на языке кислый привкус металла. Она упёрлась ладонями в твёрдый тёплый живот, чуть отклонилась и с тихим шелестом потянула замочек молнии вниз, а потом провела носом, вдыхая запах Бена. Но стоило зубам сквозь ткань нижнего белья слегка прихватить твёрдый член, как в волосы вцепились чужие пальцы и с силой дёрнули прочь. Джиллиан зашипела от боли.

– Повеселились и хватит, – ужасающе ледяным тоном бросил Бен, а затем склонился над лицом задыхавшейся Джил и зло прошептал: – Я знаю, чего ты хочешь на самом деле. И мой ответ – нет! У меня нет хобби трахать в счёт дозы.

Ну а в следующий миг он отпустил, схватил со столешницы оставшиеся блистеры и резко сжал в кулаке, вынудив с надсадным треском лопнуть тонкие стенки капсул. Белая пыль медленно полетела на пол, осев на поверхностях, и её пелена отразилась у Джиллиан в расширенных от страха зрачках. Она протянула руку, словно хотела коснуться налёта, но Бен разжал пальцы и чуть тряхнул оставшейся в ладони фольгой.

Молча, почти в паническом отупении, Джил смотрела, как падает в никуда её надежда. А потом она отчаянно завизжала и ринулась спасти невозможное, но споткнулась, снова рухнув к ногам Рида. Он не понял… Ничего не понял… У неё нет лекарств! Никаких! Даже снотворное больше не действовало. Она не могла пойти в клинику, у неё не было здесь ни врача, ни сиделки. Поздно, Господи! Поздно! Её ждёт отвратная ломка, что вывернет наружу суставы, погрузит мозг в бессвязный бред, размажет рассудок и швырнёт на нож или вообще из окна. Джиллиан в ужасе задохнулась.

– Мне даже любопытно… – сквозь исступлённое биение сердца