В плену страха - Ольга Купцова

долго так продолжаться не может. Ведь забросив её, я останусь без средств. А мне нужно собрать не малую сумму, что бы дочь поставить на ноги. И чем быстрее я это сделаю, тем легче будет ей восстановиться.

За две недели изрядно измотался. Нужно искать выход. Нанять сиделку. Да кто согласится за копейки? За эти дни я понял что это очень тяжело.

В этом году Танюша должна была идти в первый класс. Ей не только нужно готовить и находится с ней рядом. Ещё хоть как то заниматься. Девочка она умная, уже умела читать и немного писала. Но это беда нарушила все планы на жизнь.

— Баб Надь, я долго так не протяну. — в очередной раз придя к ней за обедом для дочери, я сел на стул, обхватив голову руками.

— Да Богдан. Я вижу что тебе тяжело. Но ты должен быть сильным ради Танечки.

— Я стараюсь. Но мне надо и работать. Без моего контроля на лесопилке, чёрт знает что творится. Ты же знаешь после смерти отца, я ей не занимался. И вот так получилось что пришлось её востанавливать, почти с ничего. Заказы на поставку леса упали. Или они там без меня что то мутят… И дочь на долго не могу одну оставить. Другое дело если бы она была взрослой. Но она же ещё ребёнок, не самостоятельная. Да ещё и безпомощная.

— Помощницу тебе надо нанять.

— Да я и сам знаю. Только кто согласится за копейки? Много платить я не смогу.

Баба Надя села на против меня.

— А ты к Веронике обратись. Она как то на днях мне говорила, что хочет работу найти. Не может она без дела сидеть. Может она согласится.

Ника. Я старался гнать мысли о ней. Почему сам не понимаю. Она крепко засела в моей голове. Даже несколько раз произжал мимо её дома. Хоть мне и не по пути. Частенько ловил себя на мысли, думал чем она занимается? Поправилась ли она?

— А ты можешь сама у неё узнать. Времени совсем нету. Заседелся и так.

Сам не понимал себя. Что то не понятное творилось со мной. После смерти Вики, думал что не на одну женщину не посмотрю. А тут заполнила одна все мысли. Безусловно Ника красивая женщина, даже синяки не скрывали этого. Интересно какая она без них? Может всё-таки она меня привлекает не как женщина. А больше интирес что с ней случилось? Ведь то что её хотели обворовать, было не правдой. И я это прикрасно понимал.

— Хорошо Богдан, я узнаю у неё. Тем более я думаю она как раз тот человек. Если она говорила правду, что очень было похоже. Очень умно она изрекалась. Она работала в каком-то там центре, массажистом, несколько лет. ДТТ или ДРТ? Не помню как она его называла. Но хочу тебе сказать, что доверие она мне внушает, а я чувствую когда человек хороший или нет. Вот как тебя чувствую.

— Так ты меня с детства знаешь.

— Это ни чего не значит. Я больше пол века прожила. И людей разных знала.

Я вспомнил что Ника как то говорила что она врач. Но тогда я только посмеялся над этим, и не придал этому значение. Может она и в самом деле говорила тогда правду. Потому что когда она говорила что её хотели обворовать, прятала глаза. Тем самым выдавая себя на вранье. А когда сказала что врач. Гордо, не пряча взгляд. Проработав не мало лет опером. Научился различать, когда врут, а когда правду говорят.

На следующий день, когда я в очередной раз приехал к баб Наде. Она мне сказала что Ника охотно согласилась.

— Только Богдан не ругайся на меня. Я ей все рассказала, что у тебя случилось. Пришлось предупредить её, о том что ты дочери не рассказал о гибели матери. Что бы и она случайно ни чего лишнего не сказала. Так что сегодня я готовлю тебе в последний раз.

— Спасибо тебе. Твоя помощь была безценной.

— Та прям уж безценной. Ты мне постоянно помогаешь, и готовила я то не бесплатно. Ты же платил мне.

Я пожалел что когда то не взял номер телефона у Ники. Времени совсем нет к ней заезжать. Переживал за дочь. Решил сначало заехать домой проверить Танюшку, покормить её, а потом поеду к Нике.

Дочка моя настоящий боец. Не плакала. Сидела в коляске за столом, что то рисовала.

— Привет зайчонок! Что рисуешь.

— Ещё не готово. Как дорисую, покажу. — она закрыла альбом.

— Хорошо, хорошо. Это правильно. Художник не должен показывать не завершённую работу. Ты проголодалась?

Она только отрицательно покачала головой.

— Танюх! Мне нужно с тобой серьёзно поговорить.

— О чём? — и она так деловито сложила руки на стол.

Я сел на против неё.

— Дело в том что папе нужно работать. Что бы зарабатывать денег нам на жизнь, и твоё лечение…

— И маме? — перебила она меня.

— Ну да, конечно! — я немного помолчал. — А тебя одну я не могу оставить на долго.

— Ну я же уже большая! — возразила она.

— Да ты у меня вообще умница! Но всё равно я за тебя буду переживать… Так вот, баба Надя нашла нам помощницу. Она будет нам готовить и за тобой присматривать. И мне будет спокойно и тебе не скучно.

— Ура! И тогда ты заработаешь много денег! И маму быстрее вылечат!

Я опустил глаза в пол не зная что ей ответить. Мне было больно смотреть ей в глаза.

— Тогда ты сейчас останешься немного одна. А я за ней съездию, привезу её. Что бы вы познакомились. Ты ей расскажешь что ты любишь из еды, покажешь свои любимые книжки. Хоккей!?

— Хоккей!!!

Поцеловав дочь в макушку, поехал к Нике.

Подъехав к дому Веронике, не глуша машину прошёл к дому. Поднимаясь на крыльцо обратил внимание что оно покрашено, так же перила и входная дверь. Дёрнув за дверь, она оказалась закрытой. "Странно эта дверь, сколько себя помню ни когда не закрывалась. На ней даже замка не было". Закрыто из нутри. Значить дома.

Я постучал. Через какое-то время услышал, "Кто там?"

— Это Богдан.

Услышал скрежет засова. Дверь открылась.

— Ты чего так забрикадировалась?

— Не привыкла что бы двери не закрывались на замок.

Пройдя в дом через каридор, обратил внимание что на второй двери появилась ещё одна щеколда. Она явно чего-то боялась.

— Привет. — поздоровался с ней первый.

— Привет. — слегка улыбнулась мне.

Я обратил внимание что от синяков не осталось следа.