Полюби меня (СИ) - Бонд Юлия

Д: “Я со своим приеду”.

Ага, приедешь… когда-нибудь в следующей жизни.

Я: “Не надо”.

Д: “Говорил же, динамщица”.

Вместо текста присылаю ему смайлик в виде злого чёртика и выключаю интернет. Пофиг. Мне на него пофиг, да. Обломится ко мне приезжать.

Чайник вырубается. А мне уже что-то кофе перехотелось.

На часах четыре часа утра. Люблю свою работу, я приду сюда в субботу и, конечно, в воскресенье…

Короче, заснуть всё равно не получится. А на работе я точно найду чем заняться.

Контрастный душ бодрит. Быстро одеваюсь в джинсы и чёрную майку. Волосы собираю в высокий хвост на затылке. Вызвав такси, сую наушники в уши. Слушаю свою Краймбрери. Обожаю её голос, а особенно тексты. Говорят, она пишет их сама. Если это так, то мы с ней очень похожи. Обе не очень счастливые, но талантливые.

Такси приезжает раньше, чем я успеваю выйти из подъезда.

– Здрасьте, на Химиков отвезите.

Таксист кивает, трёт уже сонные глаза. Всё понятно, он после ночной смены мечтает поскорее добраться домой, а я вот бегу из дому, не спав всю ночь. Странная я, да. Наверное, поэтому мужики от меня шарахаются. Им нужно, чтоб всё было просто и понятно, а не такие сложные с кучей тараканов в башке как я.

Встретить рассвет на заднем сиденье в такси могло быть романтичным, если бы было с кем. Молчаливый дядька за рулём – такая себе компания. Но падать духом я не собираюсь.

Телефон в руке. Камера включена. Навожу фокус и жму на кружок, снимаю рассвет. Красиво.

Публикую пост со свежей фоткой в Инсте, подписываю: “Доброе утро — это не время суток, это состояние души”. Довольная собой, прячу мобильный в сумку. Из кошелька достаю купюры, передаю их уставшему таксисту.

Люблю приходить на работу раньше всех. Вдохнуть запах фотостудии, закрыть глаза, и минуту ощущать себя счастливой – да, пожалуй, стоило год назад рискнуть, поставить на кон всё, занять кучу бабла и открыть своё любимое дело.

Врубив в помещении свет, включаю технику. Принтеры шумят, процессоры на компах гудят. Всё так привычно и по родному.

Но с работой не складывается. Зато я быстро нахожу себе занятие, вооружившись ведром воды и шваброй. Сто квадратов начищаю до блеска. Затем вытираю на всей мебели пыль. Перехожу к витрине и каждую фоторамку – мягкой тряпочкой, чтоб тоже не пылинки. К восьми утра у меня всё блестит.

Сделав кофе, устраиваюсь за ноутом. Обрабатываю фото на документы, которые вчера девочки приняли на сегодня. На фоне играет музыка. Я почти счастлива.

– Анастасия Александровна? – удивляется Лида, переступив порог студии.

– Ага, она самая. Привет.

– Доброе утро, а чего в такую рань? Случилось что-то?

– Да нет, всё нормально, – улыбаюсь по привычке, отвлекаюсь ненадолго от фотошопа, чтоб посмотреть на Лиду: – А ты чего такая красивая? Даже волосы накрутила.

– А у меня день рождения!

– Серьёзно? И ты не сказала заранее? – Лида застенчиво пожимает плечами.

А я уже срываюсь с места и спешу обнять именинницу.

– Извини, что без подарка. Я в обед пиццу притащу, отметим.

***

В обед, как и обещала Лиде, заказываю пиццу. Решаю поехать за ней сама, заодно заскочу в торговый центр и куплю подарок.

Поднявшись на эскалаторе, ступаю на второй этаж “Ривки” и топаю в любимый бутик с женской одеждой. Долго выбираю. Останавливаюсь на белом топе и летней рубашке из белой джинсовой ткани. Заодно и себе присматриваю пару шмоток. Оплатив всё на кассе, иду в пиццерию.

В пиццерии называю волшебные циферки – номер своего мобильного. Пока прикладываю мобильный к терминалу, меня с ног едва не сбивает один пухляш – темноволосый мальчонка с кудряшками, лет двух.

– Саша, сынок. Стой! Ты куда?

Мужской голос пробирает до дрожи. Я не успеваю сообразить.

Обхватив мою ногу, мальчонка прячется от своего отца за мной.

– Вот ты где. Ну проказник, – склонившись, отец берёт Сашу за руку. Выпрямляется: – Вы нас извините, пожалуй…

Как дура смотрю на него и улыбаюсь. Головой качаю. Нет, ни хрена не извиняю, форсмажорный ты мой.

Виновато опустив взгляд, Санёк говорит кудрявому пухляшу, чтоб он шёл к маме. Провожаю взглядом ребёнка. Забавная картина: мама, папа и двое деток пришли в пиццерию.

А я… Я же просто Настька-фотограф, со мной так можно, да. Любовь и золотые горы никто не обещал.

Почесав затылок, Санёк стреляет в меня глазами. Думает, чтоб сочинить такого правдоподобного, чтоб и на этот раз прокатило. А я похлопываю его по плечу.

– Да всё нормально, Саш. Иди к семье, а то неудобно как-то.

– Насть, нет. Всё не так. Ты неправильно поняла.

– Это уже неважно, – беру коробки с пиццей, но Санёк преграждает дорогу. Ну что ещё?

– Насть, это моя бывшая жена.

– Дети тоже бывшие?

– Нет, дети нынешние. Блин… заговорила. Мои дети от бывшей жены.

– Я поняла, Саш. Иди. Тебя ждут. Бывшая жена и небывшие дети.

– Я тебе потом позвоню и всё объясню, ладно? Развернувшись, иду на выход. Ну попробуй, может, дозвонишься, если у меня будет хорошее настроение.

***

Пересчитав всю валюту, звоню Потоцкому на мобильный, говорю, что хочу вернуть долг.

– Тебе деньги на карту скинуть или отдать наличкой?

Закусив губу, жду ответа. Сердце глухо тарабанит по всей грудной клетке. Если сейчас скажет наличкой, то нам придётся увидеться. Хочу ли я это? Где-то одна половина меня протестует, а вторая… Ой, её даже слушать не хочется. Она такая вредная и на меня совсем непохожа.

– Я тебе как деньги давал?

– Наличкой. Значит, хочешь бумажные, шелестящие, да?

– Угу, скину адрес куда привезти.

Потоцкий кладёт трубку раньше, чем я успеваю с ним попрощаться. Странный какой-то, совсем неразговорчивый. Может, случилось что-то?

От тревожных мыслей, моментально вспыхнувших в голове, хочется отряхнуться как от налипшей шерсти на чёрные брюки. Я не буду за него переживать, даже если что-то там и случилось.

На мобильный приходит сообщение. Похоже на домашний адрес. Время восемь вечера. Если я поеду на такси, то уже сегодня смогу закрыть все вопросы с долгом, а затем вернуться домой и немного отпраздновать, что я такая вся молодец, вернула деньги даже раньше, чем планировала.

Без грамма косметики на лице, в обычных джинсах и майке собираюсь выйти из дома, но меня тянет к шкафу переодеться. Не загоняюсь. Не пытаюсь рыться в своей голове: почему не хочется появляться перед Потоцким в своём привычном виде. Я же девочка, да. Априори должна быть красивой, даже когда просто иду в магазин за хлебом.

Вдруг по дороге куда-нибудь я встречу того единственного и буду вся такая не при параде? Он же тогда мимо пройдёт, не поймёт, что всю жизнь искал именно меня. Похоже на бред? Ой да пофиг как-то. Зато жирные тараканы в моей голове выстроились в ряд и аплодируют стоя.

Красивый комплект белья с кружевом. Юбка покороче. Облегающий топ. Волосы свободно лежат на плечах.

Макияж делаю за минуту: выравниваю тон любимым СС-кремом, на скулы немного румян, стрелки на верхнее веко и на губы ярко-красную помаду. Ну вот же. Красавица. Как в такую не влюбиться?

Вызываю такси. Пока жду его на улице, прислушиваюсь к внутренним ощущениям. Ух… как волнительно. Сегодня точно случится что-то хорошее. Не может же моя чуйка так нагло врать.

Такси привозит в новый район из современных многоэтажек. Я здесь впервые.

Рассчитавшись за поездку, выхожу из машины и уверенным шагом двигаюсь к подъезду. На домофоне нажимаю номер квартиры. Жду пару секунд, и дверь в подъезд открывается.

Пока еду лифтом на шестнадцатый этаж, успеваю сделать несколько селфи в кабинке и опубликовать в Инсте пост: “Будь счастлив в этот миг. Этот миг и есть твоя жизнь. Омар Хайям”.

Сейчас я счастлива, да. Потому что отдаю деньги, которые брала взаймы год назад. Это значит, что всё было не зря. Я потянула руки к солнцу, приблизилась к своей мечте вплотную, и не обожглась. А ведь могла всю жизнь прожить серо и скучно: мечтая, но боясь рискнуть, как живут большинство людей. Очень горжусь своей смелостью и решительностью. Пока другие ходят на нелюбимую работу, живя от зарплаты до зарплаты, я кайфую. У меня есть моя студия. Моё детище. Любовь всей жизни, если не больше.