Моя СверхНовая (СИ) - Малышева Анастасия Сергеевна

Окошко располагалось довольно высоко. Вздохнув, я убрала телефон в карман и застегнула его на молнию — не хватало ещё, чтобы в помойку и мобильник тоже угодил. После, дав себе подзатыльник за то, что пренебрегала фитнесом в последнее время, оперлась на руки и, подпрыгнув, подтянулась — и нырнула. Ну, не полностью. Держась одной рукой за ржавый край окна, второй я вытягивала свой пакет. Представив, как выгляжу со стороны — торчащие из помойки ноги в кроссовках и зад, обтянутый серыми спортивными штанами — не удержалась и прыснула. Тут плакать надо — у девочки мозги закончились, а она ржёт вместо этого! Ава, точно пора к доктору!

Вытащив пакет, я спрыгнула и нетерпеливо открыла его. Бинго! Вот они, родименькие, на дне лежат сиротливо, ждут свою тупую хозяйку. Достав гарнитуру, вернула пакет на место — и побежала в сторону дома. На местных бомжей я, к счастью, так и не нарвалась.

Оказавшись в своей квартирке, я достала из кармана телефон и написала Крису:

«Я оказалась права. Как я это поняла? Скажу одно — помойка воняет. И я теперь тоже».

Ответ пришёл примерно через минуту, когда я, вернув наушники на положенное им место, направлялась в ванную.

«Ава, ты реально рылась в помойке? Прям в огромном контейнере?»

«У меня нет времени ждать, пока придёт новая гарнитура! Мне работать надо!»

Отправив сообщение, я зашла в ванную. Стянув с себя футболку, на которой красовалась огромная ржавая полоса — привет от помойки — услышала сигнал о том, что пришла ещё одна смс-ка.

«Поздравляю с удачной рыбалкой, девочка!»

Номер был незнакомый, но я прекрасно понимала, кому он принадлежит. Потому что «девочкой» меня называл только один человек. Закрыв окошко этого чата, я зашла в другой диалог и, тщательно сдерживая гнев, быстро написала:

«Крис. У меня три вопроса. Первый — откуда у Ноа мой номер? Второй — какого хера ты ему всё рассказал⁈ И третий — под каким кустом мне тебя закопать?»

Ответ пришёл быстро:

«Ава, прости. Он был рядом, когда ты написала. Ну, и я настолько удивился, что ляпнул это вслух. А номер твой есть у всех парней. Не надо меня нигде закапывать, я хороший!»

— Ага, хороший, как же, — пробурчала я недовольно.

Желание заблокировать Ноа пришлось подавить. Этот дятел хоть и бесил неимоверно, но я всё ещё с ним работала. Мало ли — вдруг у всех парней сразу утонут телефоны и только Ноа сможет со мной связаться, чтобы свести нужную дорожку? А что — жизнь такая странная порой. И непредсказуемая. Сама в этом вот только убедилась.

Поэтому, вздохнув, я написала Крису: «Ладно уж, живи», получила в ответ кучу смайликов и с чистой совестью убрала телефон.

— Господи, ну и вечерок, — пробормотала я, закрывая дверцу душевой кабинки и включая воду.

Глава 7

Ава

Знаете, что я ненавидела больше, чем опоздания, тёплое молоко с пенкой и Ноа? Правильно — ранние звонки. Особенно когда можно было спать и спать. Как вообще людям хватает смелости и совести будить человека по утрам в его законный выходной?

Примерно с такими мыслями я, не открывая глаз, пыталась нашарить на тумбочке телефон. Когда мне это удалось, я прохрипела:

— Алло?

В ухо мне ударил громкий и обеспокоенный голос Криса:

— Ава, ты где?

Так, стоп. А почему он меня искал? Мы, что, договаривались провести время вместе и поработать? Вроде нет. Тогда какого чёрта ему надо⁈

Погодите…а что если… приоткрыв один глаз и окинув взглядом залитую утренним светом спальню, я тихо спросила:

— А какой сегодня день недели?

После секундной заминки парень ответил:

— Эм… вообще-то понедельник.

Чёрт. Нет, не так. ЧЁРТ! С таким мысленным воплем я буквально слетела с кровати. Понедельник. Не просто рабочий день. Съёмки клипа «Даймондс» на новую песню — заглавную для предстоящего альбома. На которых я должна была обязательно быть. И которые начинались — быстрый взгляд на часы — пять минут назад. Блеск. Просто класс.

— Твою мать… — так интересно — когда очень хотелось орать благим матом, получилось только шептать срывающимся голосом.

Крис хмыкнул в трубку:

— Кажется, у кого-то проблемы.

Уже залетая в ванную и, поставив телефон на громкую связь, схватила зубную пасту и щётку с отрывистым:

— Буду через пятнадцать минут. Максимум — двадцать. Крис, ты не мог бы…

Парень перебил меня, не дослушав:

— Я тебя понял. Прикрою, и настрою оборудование. Благо, все кнопки кажутся знакомыми.

Господи, он правда был папой-медведем. Забота, переживание и искренность — вот три составляющие Криса. Вот только с каких пор его отцовский инстинкт распространяется на меня? А, хотя — я вообще в тех условиях, чтобы задаваться этим вопросом?

— Спасибо. С меня кофе.

— Я люблю чёрный, без сахара, — любезно подсказал Крис, — Всё, до встречи.

Клянусь — так быстро я ещё никогда не собиралась. Пронёсшись по квартире ураганом, быстро нырнула в первые попавшиеся джинсы и толстовку, пальцами расчесала волосы и заплела их в какое-то подобие гульки, одновременно с этим вызывая такси. Будьте прокляты, чёртовы будильники, которые не срабатывают, когда это нужно! Хотя…вспомнив, как он всё же зазвенел, но я, решив, что сегодня реально воскресенье, отключила его и перевернулась на другой бок, поняла, что проклинать надо не технику, а мозги свои куриные.

Уже в такси, прислонившись лбом к прохладному стеклу, я смогла выдохнуть. Движение, как ни странно, было довольно бодрым, так что пробок не наблюдалось. Да и павильон, в котором проходили съёмки, был недалеко от меня. Так что я даже не соврала Крису — меня должны были домчать в рекордные сроки.

Пока мы ехали, мне вдруг вспомнилось, как перед выходными группа под нашим с Крисом руководством записывала новую песню. Ну, точнее, рулил всем Крис, я же по большей части наблюдала за всем со стороны, изредка вставляя какие-то свои реплики. Мне было интересно своими глазами увидеть, как звёзды мирового масштаба работают в студии. И знаете — мне понравилось то, что мне показали.

Что сразу бросилось в глаза — парни не подчинялись Крису беспрекословно. Они работали над песней все вместе, внося в свои партии персональный стиль, как бы окрашивая трек в свои цвета. Порой текст менялся прямо на ходу и в песню добавлялись свои фишки. Вскрылись и подводные камни — например, что все дорожки Крис всегда пишет сам, хотя с текстом, как я уже говорила раньше, ему нередко помогают. Вуди, например, как оказалось, хорош не только в чтении рэпа — он и писал его постоянно, причём, раскидывал текст на всех. Ноа нередко брал на себя лирическую часть, хоть и отвечал за читку. Оно и понятно — образование то у парня было классическое. Это ради группы он резко переобулся и поменял амплуа. Но я-то помнила, как он в старшей школе с ума сходил от баллад и обладал идеальным музыкальным слухом.

«Даймондс» были единым организмом. Да, они разные, каждый со своей придурью, но, когда они заходили в комнату для записи и, надев наушники, вставали перед микрофоном, всё ребячество улетучивалось и на его место вставал взрослый, уверенный в себе музыкант.

- Майки, попробуй спеть эту часть на полтона выше, — попросил Крис их младшенького, который, как самый самокритичный, записывался дольше всех.

- Ага, понял, — кивнул парень и, дождавшись музыки, пропел свой кусок лирики.

Крис, наблюдавший за ним с самым серьёзным видом, цокнул. Что-то было не так. Песня всё ещё обладала своими шероховатостями, которые не удавалось сгладить. И дело тут было не в тональности.

- Пусть попробует оборвать ноту в конце, — сказала я, чуть подумав.

Крис и остальные парни, которые уже отстрелялись, повернулись в мою сторону. Это был чуть ли не первый раз, когда я открыла рот не для того, чтобы поздороваться или сказать что-то вроде «окей, поняла, да», а с конкретным советом.