Бывшая лучшего друга (СИ) - Брежнева Маша

Он не знал, что именно она представляет, каких призраков вырывает из прошлого, что пытается изменить в настоящем, но видел: она очень старается.

Когда она в очередной раз замахнулась, парень перехватил ее руку, крепко сжав, и остановил.

— Ты научилась видеть цель. Теперь груша. Там можно колотить сильнее, если ты готова.

— Готова, — быстро кивнула Поля.

— Ну тогда вперёд, — Кир зубами разлепил ремешок перчатки, стянул с себя и освободил другую руку. Он вместе с Полей подошёл к груше и одним взглядом и кивком головы дал девушке знак начинать.

Он знал, что это полезно. Что вот такой выброс эмоций обязательно наведёт порядок в голове. Сам через это проходил. Но все равно смотреть на хрупкую девушку, колотящую в исступлении эту дурацкую грушу, ему было тяжело. Татуировка виднелась из-под края ткани, и Кир старался внимательнее рассмотреть рисунок. Есть парни, которые не признают татуированное женское тело. Мол, это портит красоту. Кир был не из таких. Он смотрел и любовался чернильными завитушками на коже той, ради которой был готов терпеть все.

А Полина лупила и лупила. Одиночество. Недопонимание. Невзаимная любовь. Обиды. Ошибки. Тоска. Каждый удар — новое слово, новая мысль. Больно. Даже в защите из перчаток это было больно, но она не останавливалась, пока руки не перестали подниматься совсем. Крикнув, хотя это было больше похоже на всхлип, она упала на колени и ударила перчатками по ковру, прижимая руки к полу.

— Больше не могу, — шёпотом произнесла она, поднимая глаза на Кира.

Теклер моментально оказался рядом с ней, на полу. Снял с ее рук перчатки и увидел покрасневшие от усилий ладони. Полина пыталась прийти в себя, тяжело переводя дыхание.

— Я сейчас, — Кир метнулся к рюкзаку, оставленному у входа, и вернулся к Полине. Протянул ей воду в бутылке для тренировок, а сам упаковал перчатки в рюкзак и закрыл его. Девушка никак не могла оторваться от воды, словно сто лет ее не видела, и только несколько глотков спустя смогла восстановить силы и дыхание.

Она закрыла крышку и передала бутылку Киру. Он дотронулся до ее пальцев лишь мимолётно, но она почувствовала. Такой резкий контраст — ещё несколько минут назад он позволял ей наносить удары, пусть и в терапевтических целях, а сейчас допускал эти нежные прикосновения. Словно кубиком льда тушил злой огонь.

— Спасибо, — все, что она могла сказать. Больше даже, чем могла.

— Да пожалуйста, обращайся, — Кир не драматизировал, а старался улыбаться. Больше всего он боялся, что она заплачет. Но Полина даже не думала об этом.

— Как у тебя так получается?

— О чем ты?

— Почему ты лучше меня знаешь, что нужно мне?

— Считай, что я твой личный Дед Мороз, — с той же улыбкой ответил Кир. — Можешь использовать меня, когда нужна мужская сила, надёжное плечо и красивая мордашка. Ой, перегнул.

Но ее это развеселило. Может, он шутил, но был бесконечно прав. За обаятельной «мордашкой» красавчика с явной репутацией плохиша скрывался нереально понимающий парень, даже слишком понимающий.

— Кир, ты не боишься, что делаешь все это зря?

— Ты хотела спросить, не боюсь ли я, что ты меня никогда не полюбишь? Черт, не знаю. Наверное, боюсь. Давай я скажу тебе, что нет такого варианта?

— А если серьезно?

— Будет очень грустно вернуть к жизни человека и отдать его кому-то другому. Блин, Полина, я даже не думал об этом! Но знаешь, я скажу это тебе сейчас и повторю столько раз, сколько будет нужно. Все это твой выбор. Как было вчера, как есть сегодня и как будет завтра. Я хочу быть не только сегодня, но и завтра тоже. Но выбирать будешь ты.

— Ты стал невыносимо умным, Теклер, аж бесишь.

— Я люблю тебя бесить.

Слово «бесить» можно убрать отсюда, подумал Кир. Но вслух не произнес.

— Я хочу съехать с квартиры, — после небольшой паузы сказала Полина. — Не могу там находиться. Но мне нужно что-то найти и позвонить отцу, потому что мама денег точно не даст…

— Полин, — Кир остановил ее словесный поток. — Это не та проблема, которую нельзя решить. Пойдём?

Он поднялся и протянул Полине руку. Девушка решилась не сразу, и Кир успел подумать про себя, что все действительно могло быть зря. Но после заминки Поля приняла руку и поднялась.

Она первой пошла к раздевалке и не видела, как Теклер ещё долго улыбался за ее спиной.

Глава 11

— Если хочешь, я отойду, чтобы без свидетелей, — предложил Кир, когда Полина уже держала палец над кнопкой вызова. Контакт — «папа».

— Да, так будет лучше, — быстро ответила она, и Кир, шустро кивнув, действительно оставил ее, отойдя на несколько метров. Для показательности он даже вставил наушники в уши и занялся своими делами в телефоне.

Полина же ещё долго не решалась набрать «заветный» контакт. Разговоры с отцом легкими не бывали, но хотя бы не так, как с матерью.

Гудки сменились шумом в трубке быстро. Как всегда, в дороге. Даже в субботу.

— Пап, привет, ты можешь говорить?

— Привет, давай быстро, дела, — привычным нетерпеливым тоном ответили на том конце.

Дочь звонит раз в неделю, а у него и в эту секунду всегда находятся дела. Как так? Неужели ему совершенно плевать, чем она занята в чужом большом городе? А мама… та обязательно ответит, но скажет, что она в ее, Полинины годы, уже все сама могла. А деньги просить — это непозволительно. Бери, сколько дают, и не жалуйся. Полина и не жаловалась никогда, просто на первом курсе не было даже малейшей возможности подрабатывать — слишком сложно шла учеба. Сейчас появилось понимание, как это можно было бы сделать, но вот внутренних сил не хватало. Поля с радостью рисовала бы работы на заказ, но рисование требует вдохновения, даже если делается по требованию. А вдохновения не было уже давно.

— Пап, мне надо переехать, — быстро выпалила Полина и прислушалась к реакции.

— В Лондон? Или куда ты теперь собралась?

— В другую квартиру.

— А с этой что? Затопили?

— С квартирой все нормально, проблемы с соседкой, — ответила Полина и прикусила губу в ожидании следующих слов отца.

«А я всегда знал, что ты не умеешь разбираться в людях», — она ждала чего-то в таком духе.

— И что с соседкой? — ворчливо поинтересовался отец.

— К ней переехал парень, я стала третьей лишней.

Молчание. Видно, родственник обдумывал ответ.

— И ты собираешься жить одна?

— Мне просто нужно съехать хоть куда-нибудь. Пожалуйста, пап. Хотя бы до нового года, а после я что-нибудь придумаю.

— Ты знаешь, куда идти?

— Я сегодня переночую у подруги, а за выходные найду вариант.

Хороша подруга такая. Метр восемьдесят пять и рука в татухах. Бреется по утрам. Да и вообще, зовут Кирилл Теклер.

— Хорошо, Полин. Я переведу денег, но после нового года ты решаешь проблему с квартирой, да?

— Да, пап, обязательно, — бодрым голосом пообещала Полина.

— В остальном все хорошо? Здорова, не отчислена?

Интересно, что вопрос о здоровье все-таки первый, значит, не все потеряно у этих родителей.

— Хорошо, пап. Спасибо. Маме привет.

— Передам, дочь. Все, не могу говорить, — и вместо прощания в трубке вновь зазвучали гудки.

Через минуту банк сообщением оповестил Полину о переводе денег от отца. Ей захотелось срочно забрать вещи из квартиры, хоть она и понятия не имела, куда будет переезжать. Тащить вещи к Киру? Не слишком удобно… Но ей все же нужно переодеться со вчерашнего вечера.

— Теклер, я уже поговорила, — Полина подошла прямо к нему, но Кир не слышал. Точнее, не слушал, продолжая прятаться в паутину сети. — Теклер, аллё! — Полина помахала ладонью у самого его носа, и тогда парень все-таки вытянул один наушник. Делалось все это медленно, с целью немного понервировать Полю.

— Какая умница. И есть успехи?

— Да. Нужно срочно искать, куда съехать до нового года, на праздники поеду домой, а после уже надо найти новую соседку по квартире.

— Супер, тогда домой вместе и поедем, — обрадовался Кир, который решил, что пора бы избавиться от наушников окончательно и убрать телефон. Не делить ее с интернетом, который всегда под рукой. А вот Полина рядом — не слишком частое явление.